Марк Липовецкий - Паралогии

Павлов Е. Шок памяти. Автобиографическая поэтика Вальтера Беньямина и Осипа Мандельштама / Авториз. пер. с англ. А. Скидана. М.: Новое литературное обозрение, 2005. С. 12, 13, 17. Далее ссылки на эту книгу даются в основном тексте в скобках после цитаты.

Беньямин В. Произведение искусства в эпоху его технической воспроизводимости / Пер. с нем. С. Ромашко // Беньямин В. Произведение искусства в эпоху его технической воспроизводимости. М.: Немецкий культурный центр им. Гёте; Медиум, 1996. С. 28.

Мандельштам О. М. Собр. соч.: В 4 т. / Сост. П. Нерлер и А. Никитаев. М.: Арт-Бизнес-Центр, 1993. Т. 2. С. 473. В дальнейшем цитаты из повести приводятся по этому изданию с указанием страниц в основном тексте в круглых скобках после цитаты.

Цветаева М. И. Мой ответ Осипу Мандельштаму // Цветаева М. И. Собр. соч.: В 7 т. / Сост., подгот. текста и коммент. А. Саакянц и Л. Мнухина. М.: Эллис Лак, 1994. Т. 5. С. 313–314.

См.: Кацис Л. Осип Мандельштам: Мускус иудейства. М.; Иерусалим: Мосты культуры; Гешарим, 2002. С. 273, 287–386.

Caruth С. Trauma and Experience: Introduction. P. 9.

Waugh P. Op. cit. P. 40, 41.

Isenberg Charles. Mandelstam’s Egipetskaia marka as a Work in Progress // Столетие Мандельштама: Материалы симпозиума. P. 237.

Isenberg Charles. Op. cit. P. 231.

Полякова С. В. «Шинель» Гоголя в «Египетской марке» Мандельштама // Слово и судьба: Осип Мандельштам. М.: Наука, 1991. С. 457–459.

Реальный начальник петроградской милиции в марте 1917 года носил фамилию Кржижановский (См.: Сегал Д. М. Указ. соч. С. 202).

Гаспаров M. Л. Две готики и два Египта в поэзии О. Мандельштама // Гаспаров М. Л. О русской поэзии. СПб.: Азбука, 2001. С. 290–291.

О еврейских контекстах и подтекстах «Египетской марки» см.: Кацис Л. Указ. соч. С. 287–386.

Аверинцев С. С. Так почему же все-таки Мандельштам? // Новый мир. 1998. № 6. С. 220.

Аналогичные персонажи, воплощающие — и отделяющие, остраняющие — авторскую травму (исторического масштаба), можно увидеть в таких героях поздней лирики Мандельштама, как щелкунчик («Куда как страшно нам с тобой…», 1930), Ариосто («Ариост», 1933), Андрей Белый («Голубые глаза и горячая лобная кость…», 1934–1935), Чарли Чаплин («Чарли Чаплин вышел из кино…», 1937) и, наконец, «пехота» из «Стихов о неизвестном солдате» (1937), впрочем, появляющаяся впервые рядом с «человеком эпохи Москвошвея» в стихотворении «Полночь в Москве. Роскошно буддийское лето…» (1931).

См.: Гаспаров М. Л. Указ. соч. С. 283–291.

Там же. С. 290.

Панова Л. Г. Русский Египет: Александрийская поэтика Михаила Кузмина: В 2 т. М.: Водолей; Прогресс-Плеяда, 2006. Т. 1. С. 12.

См.: Розанов В. В. Возрождающийся Египет // Розанов В. В. Возрождающийся Египет. Апокалиптическая секта (Хлысты и скопцы). Малые произведения 1909–1914 годов // Собр. соч / Под общей ред. А. Н. Николюкина. М.: Республика, 2002. С. 7–322.

Подробный обзор источников и рецепции египетской мифологии в России Серебряного века см.: Панова Л. Г. Указ. соч. Т. 1. С. 12–226. См. также: Баран X. Египет в творчестве Велимира Хлебникова: Контекст, источники мифа // Новое литературное обозрение. 2001. № 47.

Рак И. В. Мифы Древнего Египта. Екатеринбург: У-Фактория, 2005. С. 177.

Тураев Б. А. Древний Египет. Пг.: Огни, 1922. С. 111.

Панова Л. Г. Указ. соч. С. 150.

Тураев Б. А., Бороздин И. Н. Древний мир: Изборник источников по культурной истории Востока, Греции и Рима. Изд. 3-е. Ч. 1. Восток. М.: Мин-во Нар. Проев., 1917. С. 9, 10. Интересно, что рядом с этим текстом в антологии Тураева и Бороздина был опубликован текст «Заклинания против детской болезни», что перекликается с мотивом детской болезни как одного из синонимов «петербургской гибельности» в «Египетской марке»: «Петербург — его детская болезнь» (с. 491).

Рак И. В. Указ. соч. С. 270. Кроме того, отношения между Парноком и Кржижановским удивительно напоминают древнеегипетскую «Историю красноречивого поселянина», написанную в конце 111 тысячелетия до н. э., в которой некто Джехутинахт хитростью отнимает у «Анубисом хранимого» поселянина его одежду. Поселянин же требует справедливости и говорит обидчику, в частности, следующее: «Ты не только меня избил и все мои пожитки себе присвоил, — ты еще намерен все жалобы из уст моих забрать, замкнуть мне рот! <���…> Безмолвия Владыка [обращение к Осирису, в одной из своих ипостасей также богу смерти], верни мне вещи, дабы криком мне больше не тревожить твой покой» ( Рак И. В. Мифы Древнего Египта. С. 220). Петиция же поселянина к правителю, сопровождаемая избиениями жалобщика, вызывает ассоциацию с другими мотивами повести: «Подобен ты презренному вовеки / стиральщику белья, что жаден сердцем: / он друга подведет, родных оставит / ради того, кто даст ему работу: / кто ему платит — тот ему и брат!» (с. 228); «Ты — город без правителя!.. Ты словно / толпа без предводителя!.. Ты словно / ладья без капитана на борту!.. / Разбойничий отряд без атамана!..» (с. 228, 229). В этом контексте и ограбление в прачечной, и сцена самосуда оказываются «единоприродными», что, впрочем, могло бы объяснить сближение этих мотивов и в тексте «Египетской марки» («То было страшное время [с. 474]… страшный порядок, сковавший толпу» [с. 476]). Перевод этого древнеегипетского текста впервые был опубликован в 1920 году по-английски Дж. А. Бартоном ( Barton G. Archeology and the Bible. Philadelphia, 1920. P. 418–420). К сожалению, нам неизвестно, мог ли Мандельштам быть знаком с этим текстом.

Рак И. В. Указ. соч. С. 178.

Тураев Б. А. Древний Египет. С. 113.

Тураев Б. А. Указ. соч. С. 111.

Тураев Б. А., Бороздин И. Н. Древний мир: Изборник источников по культурной истории Востока, Греции и Рима. С. 10.

Тураев Б. А. Древний Египет. С. 108.

Ragland Ellie. Lacan, the Death Drive, and the Dream of the Burning Child // Death and Representation / Ed. by Sarah W. Goodwin and Elisabeth Bronfen. Baltimore: John Hopkins University Press, 1993. P. 97.

Цит. по: The Girard Reader / Ed. by James G. Williams. N.Y.: A Crossroad Herder Book, 1996. P. 108, 109.

Мандельштам перечеркнул в черновике следующую версию этой сцены: «Карэ перед ним [Парноком] расступилось, сомкнулось, и тут — тут оставался <���недолгий> выбор: или разделить судьбу перхотного воротника, ведомого к баржам Фонтанки, или же в знак своей лояльности взять его под локоток, хоть чуточку к нему прикоснуться. И Парнок оценил это молниеносно: <���так соображают ящерицы, куда <���им> юркнуть, когда загрохочет крымский экипаж. Он вошел в систему затылков. < Подчинился круговой поруке, > нужно войти в контакт с затылками, признать кругов<���ую> поруку» (с. 568). С чем связано исключение этого эпизода? С цензурными соображениями или — что представляется более логичным — с невинностью Парнока, его принципиальным неучастием в убийстве?