Марк Липовецкий - Паралогии

Жирар Р. Насилие и священное / Пер. с фр. Г. Дашевского. М.: Новое литературное обозрение, 2000. С. 15, 22.

Girard Rene. Violence and the Sacred / Transl. by Patrick Gregory. Baltimore: John Hopkins University Press, 1977. P. 26. От редактора: Этой фразы нет в издании, по которому сделан русский перевод.

См.: Мосс М. Очерк о даре // Мосс М. Общество. Личность. Обмен. М.: Труды по социальной антропологии / Пер. с фр., послесл. и коммент. А. Б. Гофмана. М.: Восточная литература, РАН, 1996. Впервые опубликовано в 1924 году.

Bataille G. The Notion of Expenditure // Postmodernism: Critical Concepts / Ed. by Victor E. Taylor and Charles E. Winquist. L.; N.Y.: Routledge, 1998. Vol. 1. P. 4–5.

Интерпретация Ямпольского относится к следующему фрагменту:

«И вот однажды я не спал целую ночь. Я ложился и сразу вставал. Я садился за стол и хотел писать… Я знал, что мне надо написать что-то, но я не знал что. Я даже не знал, должны это быть стихи, или рассказ, или какое-то рассуждение, или просто одно слово <���…>

Я встал и подошел к окну. Я сел и стал смотреть в окно.

И вдруг я сказал себе: вот я сижу и смотрю в окно на…

Но на что же я смотрю? Я вспомнил: „окно, сквозь которое я смотрю на звезду“. Но теперь я смотрю не на звезду. Я не знаю, на что я смотрю теперь. Но то, на что я смотрю, и есть то слово, которое я не мог написать».

И. Кукулин указывает на повторяемость пары имен «Окнов» и «Козлов» в целом ряде текстов Хармса: особенно важными оказываются диалог «Окнов и Козлов» (1931) и стихотворение «Окнов и Козлов». По мнению исследователя, и в «Охотниках» присутствует аллюзия на ритуальное убийство — древневосточный ритуал разрывания козла ( Кукулин И. «Двенадцать» Блока, жертвенный козел и сюжетосложение у Даниила Хармса // Новое литературное обозрение. 1995. № 16. С. 147–153).

О перекличках между Хармсом и Арто кратко упоминает Жаккар ( Жаккар Ж.-Ф. Даниил Хармс и конец русского авангарда. С. 205–206, 208).

Арто А. Второе письмо [о языке] / Арто А. Театр и его двойник / Пер. с фр., коммент. С. А. Исаева. М.: Мартис, 1993. С. 121.

Арто А. Театр жестокости (первый манифест), раздел «Жестокость» // Арто А. Театр и его двойник. С. 108. Курс. автора. — М.Л.

Benjamin Walter. Reflections: Essays, Aphorisms, Autobiographical Writings / Transl. by Edmund Jephcott. N.Y.; L.: Schocken Books, 1978. P. 300.

Деррида Ж. Письмо и различие. С. 297.

См.: Barth J. The Literature of Replenishment // Essentials of the Theory of Fiction / Ed. by Michael J. Hoffman and Patrick D. Murphy. Durham, NC: Duke University Press, 1996. P. 273–286.

Couturier M. Nabokov in Postmodernist Land // Critique: Studies in Contemporary Fiction. 1993. Summer. № 34 (4). P. 257. О соотношении «Лолиты» с культурно-идеологическим сознанием послевоенной эпохи см. статью: Бродски А. «Лолита» Набокова и послевоенное эмигрантское сознание / Авториз. перевод В. Нугатова // Новое литературное обозрение. 2002. № 58.

Couturier М. Nabokov in Postmodernist Land. P. 257.

Ibid. P. 258.

Medarič М. Владимир Набоков и роман XX столетия // Russian Literature. 1991. № 1. P. 91, 93.

Левин Ю. И. Биспациальность как инвариант поэтического мира В. Набокова // Russian Literature. 1990. № 1. P. 90.

Александров В. Е. Набоков и потусторонность / Пер. с англ. Н. А. Анастасьева. СПб.: Алетейя, 1999. С. 195.

Характерно, что рассказ «Волшебник», играющий роль «черновика» «Лолиты», начинается с весьма книжного монолога от первого лица, который тем не менее заключен в кавычки и затем прерывается голосом безличного повествователя («Так приблизительно возилась в нем мысль…»). «Бледный огонь» (1962) с этой точки зрения представляет собой развитие нарративной логики «Лолиты»: литературное письмо Гумберта расщепляется здесь на квазидиалог между поэмой Шейда и комментарием Кинбота.

Toker Leona. Nabokov: The Mystery of Literary Structures. Ithaca, N.Y.: Cornell University Press, 1989. P. 201–202.

«Гумберт объявляет себя художником квази-оскар-уайльдовского типа, стремящимся превратить свою жизнь в произведение искусства и потому солипсически манипулирующим людьми вокруг себя, как будто они лишь „композиционные приемы“» ( Toker L. Op. cit. P. 201).

Этот пласт романа наиболее подробно проанализирован К. Проффером в книге «Ключи к „Лолите“» (Bloomington: Indiana University Press, 1968; издание в России: СПб.: Симпозиум, 2000) и А. Аппелем в подробном комментарии к роману (см.: Appel Alfred Jr. The Annotated Lolita. N.Y.; L.: Penguin, 1970; Appel Alfred Jr. The Annotated Lolita (Revised ed.). N.Y.: Vintage Books, 1991).

Блоковские интертексты «Лолиты» убедительно проанализированы в статье: Сендерович С., Шварц Е. «Лолита»: по ту сторону порнографии и морализма // Литературное обозрение. 1999. № 2. С. 63–72.

Э. Найман артистически показал, что шекспировские эротические каламбуры служат основанием для набоковской эротической тайнописи (см.: Naiman Eric. A Filthy Look at Shakespear’s Lolita // Comparative Literature. Winter 2005. Vol. 58. № 1. P. 2–23). Исследователь доказывает, что даже Куильти может быть понят как «Шекспир, существующий только на уровне похабности» (р. 16), а весь текст Гумберта представляет собой попытку овладеть телом через власть над языком эротических каламбуров, шуток и намеков — однако «блеск и трагедия языка в том и состоит, что это всего лишь язык — и поэтому [он] бесполезен » (р. 20).

Подробный комментарий ко всем именам в этом списке см. в статье: Shapiro G. Lolita class list // Cahiers Du Monde Russe. 1996. Vol. XXXVII. № 3. P. 317–327.

Здесь и далее цит. в пер. В. Левика.

Несомненна перекличка этого проекта с набоковской идеализацией собственного детства и детства вообще. Не случайно Виктор Ерофеев доказывает, что мотивы детства у Набокова всегда таят в себе архетип рая, эдемского сада, прекрасного и утраченного ( Ерофеев В. В. В поисках потерянного рая (Русский метароман Набокова) // Ерофеев В. В. В лабиринте проклятых вопросов. М., 1990. С. 173–174). Интересно, что «Лолита» была написана фактически сразу же после «Других берегов» — книги, в которой поэзия детства достигает наивысшей концентрации.

Набоков В. В. Лолита. СПб.: Кристалл, 2001 (Серия «Библиотека мировой литературы»). С. 34–35. Далее все цитаты из романа приводятся по этому изданию с указанием номера страницы в скобках после цитаты.

В файле — полужирный — прим. верст.

«Длящееся целый год путешествие Гумберта с Лолитой по Америке выглядит развитием знаменитой „экипажной“ сцены из „Мадам Бовари“. В ходе суда над романом Флобера эта сцена рассматривалась императорской прокуратурой как пример порнографии. В „Лолите“ воспоминание о флоберовской сцене актуализируется прямой аллюзией к автору „Мадам Бовари“: „Мы узнали — nous connumes, если воспользоваться флоберовской интонацией“. Длинный список мотелей напоминает список улиц, по которым ездил экипаж с Эммой и Леоном» ( Couturier М. Op. cit. Р. 411).