Алексей Исаев - Чудо под Москвой

Взрыв Яхромского моста

По состоянию на вечер 28 ноября во 2-й тд насчитывалось боеготовыми 13 Pz.II, 39 Pz.HI, 2 Pz.IV и 2 командирских танка [315] NARAT315 R90 frame 1104. .

Один из самых интересных вопросов здесь: «с кем воевала 2-я тд в районе Красной Поляны?». Первым противником 2-й тд стала 129-я сд, ранее ополченческая Московская Стрелковая Дивизия (МСД), формировавшаяся в середине октября 1941 г. Когда немцы прорвались к Клину и Солнечногорску, по приказу штаба обороны Москвы дивизия занимает оборону на северных подступах к Москве со штабом в деревне Лианозово. Батальон 2-го полка МСД занимает оборону в районе Озерецкое, Владычино (деревня на Клязьме к западу от Красной Поляны, не путать с Владыкино). 7-я рота занимала оборону в районе деревни Мышецкое к северо-западу от Красной Поляны и первой приняла на себя удар врага. В 7.00 утра рота была атакована «ротой автоматчиков с тремя танками» и вытеснена из Мышецкого. В ночь на 30 ноября в Красную Поляну выдвигается рота из резерва.

Удар немцев непосредственно на Красную Поляну последовал уже в сумерках, в 16.20 30 ноября. В ЖБД 129-й сд отмечаются действия авиации противника, предварявшей атаку пехоты с танками. Далее целесообразно процитировать ЖБД 129-й сд:

«С выходом противника через Мышецкое к Красной Поляне командир 3/2 си капитан Ижиндеев [316] В ОБД «Мемориал» не обнаруживается. и комиссар полка батальонный комиссар Печников, боясь обхода противником своего левого фланга, проявили трусость: батальонный комиссар Печников в 1.00 1.12.41 отдал приказ на отход по шоссе на Киово» [317] ЦАМО РФ. Ф. 301. Оп. 6782. Д. 28. Лл. 468-468об. .

У командования ГА «Центр» во второй половине ноября 1941 г. открылось узкое «окно возможностей» для решительного броска на Москву. Морозы сковали раскисшую под октябрьскими дождями землю, и вновь можно было наступать вне дорог. С другой стороны, морозы еще не были настолько суровыми, чтобы парализовать операции. Однако предоставленные возможности ГА «Центр» реализованы не были.

Произошло это не в последнюю очередь ввиду спорного построения плана операции. Нельзя не согласиться с авторами труда «Разгром немцев под Москвой», еще в 1943 г. указавшими на фактор местности в развитии событий осени 1941 г.:

«Немецкое командование не учло особенностей того района театра военных действий на своем северном крыле, где предполагалось осуществить молниеносный удар на Москву с северо-запада.

В районе, где действовали подвижные группы немцев, имеется много лесов. Это вызывало известные затруднения для массированного применения танковых дивизий. Немцы рассредоточивали свои танковые части и лишь в отдельных случаях и на отдельных участках применяли танки массированно, сосредоточивая танковые полки.

Если лесистый характер местности вынуждал танковые соединения двигаться преимущественно по дорогам, то наступавшие заморозки давали возможность немцам совершать движение подвижными частями и вне дорог, по целине (там, где не было крупных лесных массивов)».

Действия в условиях крупных лесных массивов сковывали возможности подвижных соединений 3-й и 4-й танковых групп и облегчали восстановление фронта даже в условиях катастрофического развития событий. К последнему, безусловно, относится потеря Истринского рубежа и окружение группы Захарова, а также прорыв обороны 5-й армии.

Стартовые возможности у советской стороны при этом были отнюдь не блестящими. В ноябре, так же как и в конце сентября 1941 г. Западный фронт готовился к обороне. Точно так же, как перед началом «Тайфуна», советским командованием были неверно определены планы противника и направления его ударов. Разница заключалась в том, что в октябре последствия неверной оценки противника наступили немедленно и сосредоточенные не там, где нужно было, советские войска попали в окружение. Во второй половине ноября собранные на Малоярославецком и Серпуховском направлениях войска такой печальной участи избежали. Вскоре их частично использовали для восстановления положения. Танковые бригады и стрелковые дивизии рокировались на правое крыло фронта и спасали положение. К концу ноября эти резервы оказались фактически исчерпаны. Г.К. Жуков предпринимает изъятие с пассивных участков батальонов, а потом и взводов для пополнения 16-й армии.

Московские ополченцы. Ноябрь 1941 г. Боец слева вооружен винтовкой Мосина, а справа – американским пулеметом BAR, скорее всего, захваченным в «польском походе» 1939 г.

Уже традиционно для Битвы за Москву большую роль в сдерживании противника сыграли танковые бригады. Их своевременная переброска позволяла выправлять положение и наносить потери противнику. Так, именно своевременный ввод в бой нескольких танковых бригад не позволяет немцам сразу развить успех с плацдарма на Истре.

Артиллерия в 1941 г. оставалась богом войны и опорой войск в оборонительном сражении в куда большей степени, чем стрелковое оружие. Сдерживающим фактором для артиллерии ЗФ, как указывалось во фронтовом отчете, являлась необеспеченность тягачами. Однако в условиях снижения темпов немецкого наступления артиллерия успевала сказать свое веское слово. Расход боеприпасов артиллерии ЗФ в ноябре 1941 г. показан в таблице.

Таблица

БОЕВОЙ РАСХОД БОЕПРИПАСОВ АРТИЛЛЕРИИ ЗАПАДНОГО ФРОНТА ЗА НОЯБРЬ 1941 Г. [318] ЦАМО РФ. Ф. 81. Оп. 12075. Д. 11. Л. 19.

Еще несколько тысяч выстрелов приходится на 76-мм горные орудия. Также Западный фронт израсходовал аж 6900 выстрелов к пушкам ЗИС-2. Расход минометных мин крупных калибров пока не впечатлял, за ноябрь израсходовано 21 300 штук 120-мм мин.

Много это или мало? Если сравнивать с хорошо обеспеченным Центральным фронтом на Курской дуге 5-12 июля 1943 г., то Западный фронт за ноябрь 1943 г. израсходовал больше 152-мм выстрелов обр. 37 г. – 16,3, против 16,3. Причем лишь за весь июль 1943 г., включая период наступления, ЦФ слегка превзошел Западный фронт ноября 1941 г., израсходовав 47,1 тыс. 152-мм выстрелов обр. 37 г. Сравнимое число 152-мм гаубичных выстрелов – 24,1 тыс. штук ЦФ 5-12 июля 1943 г., против 21,5 тыс. штук ЗФ ноября 1941 г. Воронежский фронт за июль 1943 г. израсходовал меньше 152-мм выстрелов 37 г., чем ЗФ под Москвой в ноябре 1941 г. – 29,4 тыс. штук.

Вместе с тем расход 76-мм выстрелов у ЦФ практически вдвое больше, чем у ЗФ под Москвой. Однако в целом следует признать, что артиллерия Западного фронта в критический момент битвы за столицу не сидела на голодном пайке.