Самовидець - КРАТКАЯ ИСТОРІЯ О БУНТАХЪ ХМЕЛЬНИЦКАГО

Понялъ Хмельницкій, что нехорошіе начальники въ войскЂ были и со всЂмъ своимъ войскомъ расположился станомъ у небольшой рЂчки, Пилявки, на равнинЂ; хотя и очень невыгодно расположилось наше войско, но не хотЂло оставаться въ бездЂйствіи и часто на непріятеля нападало. А какъ тамъ была плотина, вредившая Козацству, то Хмельницкій на той плотинЂ поставилъ нЂсколько пушекъ и доволыю людей, чтобы они нашимъ переходить мЂшали. Однако Лящъ съ княземъ Корецкимъ съ тысячью охотниковъ, пробравшись гдЂ то стороною, нечаянно напали на станъ Хмельницкаго, и такое въ немъ произвели замЂшательство, что чернь весьма переполошилась. Когда фортуна одинь день нашему охотнику такъ послужила, то на другой день перемЂнила счастіе; потому что какъ только взошло солнце, пришло извЂстіе, что Хмельницкій со всею своею силою наступаетъ на наше войско. Испуганные тЂмъ, наши полководцы, не дожидаясь вЂрнЂйшихъ свЂдЂній, устроили свое войско и въ готовости ожидали. Но какъ послЂ солнечнаго восхода наступилъ великій туманъ, потому что одинъ другаго не могъ видЂть, то непріятель сидЂлъ тихо, готовя нашимъ лихо, а подъ вечеръ, когда эскадроны начали съЂзжать съ поля, послышался какой то шумъ въ станЂ Хмельницкаго, ибо въ бубны забили, въ сурмы и въ трубы заиграли и изъ пушекъ стрЂлять начали. Удивлялись наши, какая была бы причина такого торжества, ничего инаго не могли придумать, кромЂ того, что Ханъ Татарскій пришелъ съ войскомъ къ Хмельницкому, и для того Козаки его привЂствуютъ. И хотя наши не могли добыть вЂрнаго языка, однакожъ удалось поймать како- /9/го-то попа, который сказалъ, что Козацкое войско сильно было испугалось, когда вчера охотникъ Польскій такъ сильно его смЂшалъ, и уже Хмельницкій думалъ бЂжать; но что теперь пришли къ нему на помощь Татары, онъ ободрился и хочетъ на Польское войско напасть. Получивъ такое извЂстіе, наши полководцы сей часъ около стана сильныя стражи поставили. Хмельницкій, примЂтивъ, что наши весьма осторожно держатся, устроилъ полки свои и Татаръ, которыхъ было только 4,000, и то прежнихъ, съ переодЂтыми по Татарски нЂкоторыми Козаками и послалъ ихъ противъ нашихъ, которые какъ только великою толпою подъ наше войско подошли и съ чрезмЂрнымъ крикомъ закричали : Гала ! Гала ! такъ тотчасъ наши такъ крЂпко переполошились, что въ своихъ силахъ совершенно усомнились. Эта одна и пустая тревога нашихъ мучила, а другая та была, что на дурномъ мЂстЂ съ войскомъ стояли, а потому, что безо всякой основательной причины выступили изъ подъ Константинова; и такія въ сердцахъ своихъ ощутивъ опасенія, боясь потерять войско, уходить положили. Войско, замЂтивъ робость въ начальникахъ, страшно на ихъ роптать начало и едингласно избирало князя Вишневецкаго гетманомъ и генеральнымъ предводителемъ. Заплакалъ князь сердечно объ этомъ выборЂ, потому что уже не во время такую честь ему приписывали. Между тЂмъ смятенное войско начало уходить таборомъ; но какъ съ горы на гору и по грязнымъ домамъ переправа была затруднительна, и какъ Хмельницкій сильно наступать началъ, то стала бросать тЂ свои затЂйливыя имущества, кабачки и сервизы серебрянные, богатыя сбруи, ордынки *, сабли богато золотомъ оправленныя, собольи, волчьи и рысьи шубы, кафтаны шелковые, Персидскіе пояса, однимъ словомъ, что только самаго любимаго быть могло, все то бросали, и съ величайшею поспЂшностію убЂгали.

* Татарскія особаго рода сабли.

Понятно, какое тамъ множество молодежи Польской погибло, потому что одни ни разу передъ тЂмъ не бывъ въ оказіи, на перинахъ и пуховикахъ подъ шатрами нЂжились и вскочивши во время сумятицы, не зная, что съ собою дЂлать и куда уходить, отъ пикъ Козацкихъ сильно пострадали, а другіе тонули въ болотахъ и жалостно погибали. Вотъ на что послужили тЂ имущества, взятыя въ станъ! Однимъ словомъ, весь нашъ станъ былъ совершенно уничтоженъ, и тЂ, которые изъ этой оказіи вытти могли, сами не знали, куда бЂжали.

Едва самъ князь Вишневецкій остановился во Льво†и бЂгущихъ недобитковъ частью просьбою, частью платою, а частью обЂщаніями удержалъ такъ что, по крайней мЂрЂ, не много войска съ княземъ подъ Львовымъ собралось, на пополненіе котораго князь занялъ у жителей Львовскихъ извЂстную сумму ; а къ тому и монастыри, зная, что въ непродолжительномъ времени должны будутъ погибнуть, удЂлили князю на войско церковнаго серебра. Насбиравшн такимъ образомъ войска, князь прежде всего старательно укрЂпилъ Львовъ, а самъ съ войскомъ двинулся къ Замойстью; тамъ, свидившись съ женою и дЂтьми, пошелъ далЂе, только крЂпость Замойскую вооружилъ. Хмельницкій же, забравши въ покинутомъ подъ Пилявцами станЂ упрашенія нашего войска, /10/двинулся изъ-подъ Пилавецъ къ Збаражу ; съ нимъ соединился въ пути шедшій полЂсьемъ НЂмЂричь, съ множествомъ новыхъ Козаковъ, и стало тогда войска Козацкаго сто тысячь съ которымъ (войскомъ) пришелъ къ Збаражу и нашелъ замокъ пустымъ; только въ немъ было пятьдесятъ пушекъ, много аммуниціи и пороху, но ни одной живой души ; потому Хмельницкій, забравши оттуда лучшія пушки, набралъ множество оставленныхъ тамъ имуществъ, а напослЂдокъ тЂла князей Вишневецкихъ изъ старыхъ гробовъ повыбросалъ, а въ особенности князя конюшаго и его супругу, вынувъ изъ склеповъ велЂлъ поразбросать ихъ кости.

Изъ Збаража пошелъ Хмельницкій черезъ Броды къ Львову; въ Бродахъ въ замкЂ все опустошилъ, а напослЂдокъ два своихъ полка такъ оставилъ. Львовяне, узнавъ, что въ скоромъ времени должны будутъ встрЂчать Хмельницкаго, снеслись съ Остророгомъ, своимъ комендантомъ, и выжгли предмЂстье; валы и стЂны уставмли солдатами, а Бернардинскій монастырь самимъ же Бернардинцамъ оборонять поручили. Показался тогда изъ-за горы и Хмельницкій съ великимъ множествомъ Козаковъ и тотчасъ же началъ страшнымъ образомъ штурмоать городъ ; но какъ ему Львовяне сильно отвЂчали порохомъ и оловомъ, сталъ онъ, будто бы жалЂть городъ, и потому предложилъ, чтобы онъ окупился и не доводилъ себя до погибели. Львовяне, видя, что не могутъ долго обороняться по недостатку продовольствія, а къ тому же и моровое повЂтріе началось въ городъ, рЂшились дать непріятелю выкупъ; собрали горожане пополамъ съ монастырями значительную сумму денегъ и нЂсколько десятковъ поставовъ сукна и дали непріятелю на выкупъ. Взявъ то, Хмельницкій пошелъ отъ Львова къ Замойстью. Должно знать, что на этотъ выкупъ прихожане дали 280 гривенъ серебра, Езуиты 100, и кромЂ того позолоченную дароносицу, Доминиканцы 205, Францисканцы 195, Бернардины ничего не дали, потому что они сами очень храбро защищались.

Когда, въ такомъ несчастіи находилось отечество, съЂхались наши паны и шляхта въ Варшаву для избранія короля ; и князь примасъ, получивъ позволеніе говорить, сказалъ, чтобы ни къ чему не приступать, пока король не будетъ избранъ. Но какъ еще очень мало шляхты съЂхалось, то должны были ожидать прочихъ; а между тЂмъ придумали избрать генеральнымъ региментаріемъ князя Вишневецкаго, прося его, чтобы спасалъ падающее отечество, и для того послали къ нему Соколовскаго отъ всего круга (koła). Сенаторы и другіе паны написали къ нему, вызываясь удЂлить ему на войско собственныхъ своихъ сокровищь, чего, впрочемъ, не исполнили, потому что ничего не дали. ВскорЂ потомъ избрали королемъ Іоанна Казимира I. Избранный король тотчасъ же послалъ Езуита Анзельма съ письмами къ Хмельницкому, котораго онъ засталъ осаждающаго Замостье, отдалъ ему королевскія письма и объявилъ о избраніи короля. На что Хмельницкій, взявши письма, отвЂчалъ: „Того только я и ожидалъ, чтобы у меня былъ король, къ которому бы я могъ прибЂгать съ моими обидами; притомъ на королевскія писма извинялся, что эта война не имъ начата, но гордыми старостами и старшиною, котораяна съ всего болЂе Жидовскими арендами притЂсняла и тЂмъ зло то /11/причинила. Послушаюсь, одчано, королевскаго приказа, пойду съ моимъ войскомъ назадъ, бывъ увЂренъ, что король выслушаетъ мою жалобу.“ И такъ, на другой день Хмельницкій двинулся назадъ; а между тЂмъ вь Варша†сенаторы съ королемъ положили, чтобы, покамЂсть, съ Хмельницкимь какъ нибудь примириться ; по этому послали къ нему маститаго старца, Поляка Русина, Киселя, съ Меатковскимъ, предлагая ему отъ имени короля булаву и знамя, которые къ нему и пріЂхали. Сталъ Кисель говорить ему, но онъ безперестанно его прерывалъ, а наконецъ и молчать велЂлъ. ПослЂ такаго невкуснаго пріема нашихъ пословъ, пригласилъ ихъ, однако жъ на обЂдъ; за столомъ на короля и пановъ нашихъ, и на самыхъ пословъ руками похлопывалъ и скрежеталъ зубами. Однако наши мудрые послы своимъ смиреніемъ вымогли у него то, что до самаго Троицына дня обЂщался сидЂть спокойно, довольствуясь линіею для своего войска по Горынь; только это спокойствіе гораздо больше помогло ему, нежели нашимъ, ибо тЂмъ временемъ пришли къ нему Татары изъ Крыма. Самъ Хмельницкій, посредствомъ писемъ, сносился съ сосЂдними государями, кои къ нему пословъ прислали, поздравляя его съ военнымъ успЂхомъ. Особливо отъ Москвы прибылъ посолъ, прося Хмельницкаго, чтобы за одно сь ними сталъ противъ Поляковъ за вЂру Русскую и какой-то титулъ Царскаго Величества; также прибылъ другой посолъ отъ Ракоція, прося, чтобы онъ возвелъ его на Польскій престолъ. Хмельницкій обЂщалъ имъ обоимъ въ томъ помочь, и съ этимъ обЂщаніемъ посла отправилъ. Король, съ своей стороны, послалъ къ сосЂдственнымъ государямъ пословъ, увЂдомляя о вступленіи своемъ на Польскій престолъ и въ тоже время прося ихъ помощи противъ бунтовщика Хмельницкаго, представляя, что то, что сего дня съ нимъ дЂлается, въ короткомь времени и съ ними дЂлаться будетъ, когда Хмельницкій усилится. Потомъ, король сдЂлалъ похороны Владиславу и отпраздновалъ свою коронацію. ХотЂлъ также король заблаговременно назначить гетмановь ; но, какъ въ избраніи ихъ наши не могли согласиться, ибо каждый домогался булавы, то король, видя эти несогласія, самь принялъ начальство надъ войскомъ, назначивъ себЂ трехъ региментаріевъ: Фирлея, Ланцкоронскаго и Остророга. ЗдЂсь тотчасъ князю Вишневецкому великая обида была нанесена тЂмъ, что его снова король оставилъ и региментаріемъ че сдЂлалъ, хотя онъ еще прежде того отъ примаса и республики былъ наименованъ; и могъ бы тогда Вишневецкій, страшно оскорбленный, большой надЂлать бЂды, если бы его любовь къ отечеству не побЂдила.