А. Владимирский - Саладин. Победитель крестоносцев

Считалось, что погибший во время джихада человек сразу возносится на небеса как мученик. Вот почему на призыв Саладина отвоевать Иерусалим у христиан отозвались не только профессиональные воины, но и обычные мусульмане.

Арабские кочевники-бедуины составляли легковооруженную кавалерию, задача которой состояла в проведении набегов и разведывательных действиях в тылах вражеских войск. Боевая ее ценность была невысока и они не могли на равных сражаться с туркополами — легкой кавалерией крестоносцев. Туркополы были детьми от смешанных браков византийского (греческого) и тюркского населения, сохранившими христианскую веру. Они были вооружены пиками и луками и имели легкие защитные доспехи.

Кроме того, в войско Саладина входили и воины-немусульмане. Армяне-христиане были просто наемниками. Греки-византийцы, захваченные в плен во время войн с Византией, порой насильственно рекрутировались в пехоту. Но нет данных, что греки и армяне участвовали в битве при Рамле в войске Саладина.

Но вернемся к битве при Рамле. Король успел занять Аскалон раньше султана. Саладин оставил небольшой отряд для блокады Аскалона, а с основными силами пошел к Иерусалиму, беспощадно грабя население. Он захватил Рамлу, осадил Лидду и Арзуф. В результате мусульманское войско было рассредоточено на довольно большой территории, чем и объяснялось его спешное перестроение в момент атаки крестоносцев. Такие перестроения войска того времени делали очень плохо и практически становились неуправляемыми.

Король тем временем попросил тамплиеров бросить Газу и идти к нему на помощь. Тамплиеры разбили отряд, блокировавший Аскалон. Объединенное войско бросилось в погоню за Саладином. Оно насчитывало до 500 рыцарей Болдуина (в том числе 300 рыцарей Иерусалима и 180–200 рыцарей Ибелина, сеньора Рамлы, присоединившихся к армии короля во время марша), до 130 тамплиеров, до 90 рыцарей-иоаннитов и примерно 50 рыцарей лейб-эскадрона Болдуина IV «Ожидающих благословенной смерти» (также из заболевших проказой, как и их король). Кроме того, с королем было 5–6 тыс. пехотинцев и до 1 тыс. всадников легкой кавалерии — туркополов.

Крестоносцы внезапно появились в тылу рассредоточенной и находившейся на марше огромной армии Саладина. Они ударили по войскам султана у холма Монжизар (Гезер) недалеко от Рамлы и привели их в полное расстройство. Личная охрана Саладина, прикрывавшая беспорядочное бегство, была полностью уничтожена. С Саладином в Египет ушло лишь 2,5 тыс. всадников. Остальная кавалерия была частью уничтожена, частью пленена, а пехота и бедуинская кавалерия — по большей части уничтожена, поскольку за пехотинцев трудно было рассчитывать получить выкуп.

Но король, потерявший в сражении 1100 убитых и более 750 раненых, сознавал, что у него слишком мало сил для завоевания Египта, и не стал преследовать Саладина через египетскую границу.

Как пишет Баха ад-Дин, ал-Малик ас-Салих «велел арестовать Амира Гумуштикина, который был истинным правителем всей страны, и велел ему уступить замок Харим. Когда тот отказался, он приговорил его к смертной казни. Услышав, что визирь мертв, франки осадили Харим, надеясь захватить его. Это произошло в месяц жумада II 573 г. (в ноябре-декабре 1177 г.). Гарнизон, который, с одной стороны, подвергался атаке франков, а, с другой стороны, испытывал угрозу со стороны армии ал-Малика ас-Салиха, заключил мир с ас-Салихом в последнюю декаду месяца рамадан (в середине марта 1178 г.). Когда франки узнали об этом, они убрались восвояси, отойдя от Харима, а ас-Салих вернулся в Алеппо. Он вновь оказался в центре раздоров, ибо некоторые его вельможи склонялись к поддержке султана. В 10-й день месяца мухаррам 576 г. (6 июня 1180 г.) он направил войско против Изз ад-Дина Килижа, поднявшего мятеж в Талл Халиде…

По возвращении в Египет после понесенного им поражения Салах ад-Дин оставался там до тех пор, пока не восстановил свое войско. Затем, узнав о печальном положении дел в Сирии, он решил вернуться туда и дать бой неверным. На этот раз прибыл посол от Килиж Арслана (эмира Конии), чтобы вести переговоры о мирном договоре и союзе с ним, а также пожаловаться на армян. Он немедленно решил атаковать Ибн Лавуна [8] Ибн Лавун — Рупен (Рубен) II (1174–1185), внук Левона I (Льва), такавор, или барон, Малой Армении. Он вел успешные войны с византийцами, сельджуками и арабами и значительно расширил границы своего царства. и поддержать тем самым Килиж Арслана.

Когда он подошел к Кара Хисару, он разбил лагерь и соединился с войсками из Алеппо, посланными, чтобы воевать под его рукой. Действительно, по одной статье мирного договора, заключенного с Алеппо, ему должны были присылать войско всякий раз, когда оно требовалось ему для военного похода. Эта армия присоединилась к нему на берегах Нахр ал-Азрака (Гек-Су), протекающей между Бехнесой и Хисн Мансуром. Переправившись через эту реку, он подошел к Нахр ал-Асваду (Кара-Су), по которой проходит граница земли Ибн Лавуна, где он завладел (армянской) крепостью и сровнял ее с землей. После этого враги передали ему нескольких пленников в качестве платы за мир, и султан согласился отойти. Килиж Арслан предложил ему даровать мир всем жителям Востока (имеются в виду эмиры Мосула, провинций Месопотамии и Диярбекра. — А. В. ). Салах ад-Дин согласился на это предложение и в 10-й день месяца жумада I 576 г. (2 октября 1180 г.) поклялся соблюдать условия этого договора, в который вошел Килиж Арслан, а также жители Мосула и Диярбекра. Этот договор был подписан на берегах Синжи, притока Евфрата. Затем султан вернулся в Дамаск, а оттуда — в Египет».

Но вскоре Саладину опять пришлось вернуться в Сирию. Ал-Малик ас-Салих Имад ад-Дин Исмаил умер в Алеппо в 1181 году, когда ему было всего 18 лет, назначив своим преемником двоюродного брата Изз ад-Дина, сына Кутб ад-Дина. Ходили слухи о том, что его отравил кто-то из сторонников Саладина.

Ибн аль-Асир так рассказывает о его последних минутах: «Когда его состояние ухудшилось, врачи посоветовали ему выпить немного вина. Он сказал: «Я не сделаю этого, не узнав мнение знатока закона». К его постели пришел один из самых уважаемых улемов и объяснил ему, что религия позволяет употреблять вино как лекарство. Ас-Салих ответил: “Неужели вы думаете, что если Аллах решил положить конец моей жизни, то он изменит свое мнение, увидев меня выпившим?” Религиозный деятель не нашел, что сказать. “В таком случае, — заключил умирающий, — я не желаю предстать перед моим творцом, имея в желудке запрещенный продукт”».

А Баха ад-Дин так пишет о кончине Ас-Салиха: «В году 577 (1181–1182 гг.) у ал-Малика ас-Салиха случился внезапный острый приступ колик (этот факт может указывать на отравление. — А. В. ). Он заболел в 9-й день месяца ражаб (18 ноября 1181 г.), а в 13-й день того же месяца ему стало так плохо, что были затворены ворота крепости. Тогда он призвал к себе своих главных эмиров, одного за другим, и заставил их поклясться, что они примут Изз ад-Дина, эмира Мосула, в качестве своего господина. В 25-й день того же месяца (в декабре) он испустил свой последний вздох. Его смерть произвела глубокое воздействие на умы подданных. Как только ал-Малик ас-Салих скончался, к Изз ад-Дину Масуду, сыну Кутб ад-Дина, был срочно направлен гонец с донесением, в котором говорилось, что покойный эмир отказал свои владения ему, заставив всех людей присягнуть, что те примут его в качестве своего господина. Изз ад-Дин немедленно собрался в путь и ехал поспешно, опасаясь, что султан может занять город раньше него. Первыми из его эмиров в Алеппо вступили Музаффар ад-Дин, сын Зайн ад-Дина и повелитель Саружа. С ними прибыл чиновник, который должен был принять присягу у всех эмиров города. Прибыли они в 3-й день месяца шаабан (12 декабря 1181 г.). В 10-й день того же месяца Изз ад-Дин вступил в Алеппо, вошел в крепость и завладел казной и богатствами, хранившимися в ней. В 5-й день месяца шаввал (11 февраля 1181 г.) того же года он женился на матери ал-Малика ас-Салиха».