Борис Каракаев - Средневековье

Теперь нам следует познакомиться с другими элементами средневекового общества – городами, церковью, низшим народонаселением и рабами, о коих не имеем почти известий, но и этот класс имеет право на наше внимание. Прежде будем говорить о возникновении европейских городских средневековых общин.

Перевес феодализма над всем гражданским бытом Европы X и XI столетий очевиден. Он был господствующей формой и наложил печать на все отношения. Характер феодального владения был не только перенесен на поземельную собственность, но и на все другие права и на должности, которые раздавались как лены; рабу право на жизнь как бы давалось господином лена. Но такого рода властительная форма не могла не вытребовать резкой реакции и сопротивления. Человечество не выдерживает долго подобных односторонних явлений.

В церкви не раз уже высказывалась реакция против феодализма: но мы увидим сейчас еще одну из таких реакций. Мы сказали, что самая внешность Западной Европы получила особый характер: феодализм покрыл ее замками, башнями и крепостями, как будто повсюду жило племя исключительно воинственное. Феодализм обратил даже древние памятники после Рима к своим целям, таким образом, римские башни и укрепления вдоль Рейна обращены были в феодальные замки; великолепные остатки римского зодчества, арены, амфитеатры, находившиеся в Южной Галлии, были также обращены в укрепления. Но промежду этих замков существовали еще значительные сборища людей, значительные и населенные местности – города. История городов Западной Европы во время возникновения и развития феодализма как бы запущена летописцами и историками того времени. В городах, за исключением Италии, живет обыкновенно утесненная, презренная часть на родонаселения, поставленная почти наравне с рабами. Но откуда же взялись здесь смелые учреждения, и требования свободы начиная с X столетия и далее?

Решение этого вопроса очень важно. Мы укажем на две теории.

1) Городские учреждения возникли из уцелевших обломков к остатков римского муниципального устройства. Это мнение подкреплено некоторыми судебными формами средневековых: городов, заимствованными из римского права, некоторыми сходными учреждениями, именами и т. д. То есть, когда явились германские завоеватели и заняли римские области, тогда образовались две общины; одна – римская, укрывшаяся в городах, спасшая здесь остатки муниципальных учреждений и продолжавшая по возможности прежнюю жизнь; вторая община – завоеватели, рассыпавшись вне городов, жили по-прежнему германскому праву.

2) Возникновение городовых прав и общин исключительно германскому элементу, то есть города в Ломбардии обязаны были своими свободными учреждениями германцам, лангобардам, что среднее состояние римское обращено было во время нашествия германцев в состояние рабов и колонов и что только остатки свободных римлян, слившись с лангобардами, образовали свободные города. Исключение оставалось только за Венецией, Пентаполисом, городами Южной Италии, вообще за местами, где не были лангобарды. Прочие города обязаны своим оригинальным и свободным существованием германцам.

Собственно, обе эти теории справедливы, но справедливы местно, и мы не имеем абсолютной истории всех городов средневековой Европы. Во-первых, не подлежит сомнению, что римские муниципальные учреждения сохранились в городах европейских, не только в Южной Галлии, в Испании, в Южной Италии, где следы их: осязательны, но даже и в Германии. Так и в Кельне, и в Регенсбурге, да и других городах сохранились именно римские учреждения.

Посмотрим теперь, как могло это произойти.

Мы знаем, что в Галлии, в городах римских была могущественная богатая аристократия, когда ее застигло германское нашествие. Эти богатые аристократические дома удалились в свои неприступные поместья, где они могли найти безопасность от нападения находивших варваров; но большинство римской аристократии утвердилось в укрепленных городах – здесь легче жить. Они здесь снова основали сенат и городские общины; падшие, униженные органы администрации возникли снова. Председателями этих общин были вначале епископы: вообще роль их здесь имеет очень большое значение. Епископы городов пользуются обыкновенно большим уважением со стороны германских конунгов и употребляют свое предстательство пред конунгом, чтобы снять с города часть податей. Обыкновенно конунги взимают с городов весьма тяжелую подать и назначают для этой цели в город своего графа, но тем не менее предоставляют городу внутреннюю помощь и конечную расправу, и суд в более мелких делах, касающихся внутренней администрации города. Таким образом, пользуясь этими правами, города скромно и незаметно, но свободно прошли от V до Х столетий. Здесь они являются со странными по тому времени именами – с консулами, сенатом. Объяснить это весьма просто: эти учреждения и не умирали, только города в X столетии воспользовались слабостью центральной власти и разгаром феодализма и воротили себе прежние формы. В других городах римские учреждения забылись или погибли совершенно, именно там, где были лангобарды: вступая в города, лангобарды поселились здесь сами. Стало быть, господствующим народонаселением было здесь германское, и, стало быть, здесь всю силу получили германские учреждения.

Наконец, возникает в Западной Европе значительное число новых городов. Когда после Карла Великого империя его сделалась театром опустошительных набегов со стороны германцев, славян, сарацин (арабов), естественно, что деревенские жители, не защищенные ничем от этих набегов, стекались к замкам и монастырям и укрывались в их оградах. Очевидно, что в таких местечках должны были возникнуть новые известные права мены, торговли, промышленности, и эти все обычаи и учреждения концентрировались около известных пунктов и обусловливали развитие новых городов.

Церковь тотчас поняла всю важность этих поселений: епископы, аббаты тех монастырей, около которых они заводились, начали давать жителям этих новых местечек и городов некоторые права и льготы, стараясь как можно привлечь сюда более народонаселения, ибо с этим вместе соединялись их личные выгоды и богатства монастырей. Нет никакого сомнения, что во всех этих городах играет важную роль древнегерманское учреждение – гильдии.

Мы знаем, что у древних скандинавов, германцев, англосаксов существовали братства. Члены этих братств собирались для общих пиров, в которых среди всех ходил один рог, сходились для жертвоприношений, но цель братств этим не ограничивалась: члены его обязаны были защищать друг друга и стоять в виде свидетелей в суде, если кто совершал преступление. Если один из них делался предметом кровавой мести, 12 членов гильдии берегли его денно и нощно; если с него взималась сильная пеня, вира, члены складывались и платили за него. Если ему надобно было бежать и скрываться, члены гильдии обязаны были доставать ему коня или лодку, дать на дорогу пищу и топор для защиты.