Анри Пиренн - Нидерландская революция

Нидерландские генеральные штаты и герцог Анжуйский тотчас же попытались помешать интригам сторонников Эрнста с капитулом путем воздействия на «столицу». Первые предложили ей эрцгерцога Матвея, с которым им больше нечего было делать и который был бы для них вполне надежный соседом [754] Van Meleren , Histoires, foi. 202. , а герцог Анжуйский, о своей стороны, не предлагал явно себя самого, настаивал на необходимости назначения только такого епископа который был бы твердо готов соблюдать нейтралитет страны [755] Bormans , Conclusions capitulaires, p. 187. . В то время как они с помощью листовок обрабатывали общественное мнение, Александр Фарнезе обратился непосредственно к каноникам собора св. Ламберта, зная, что ему нечего ждать от народа, которому он благодаря недавнему взятию Маастрихта только что внушил страх и у которого он вызвал этим новое возмущение против Испании. Кроме Эрнста он предложил еще Гранвеллу и архиепископа Камбрэ, Людовика Берлемона, выбор которого был ему, пожалуй, еще более приятен. Но не было никаких шансов добиться назначения креатуры католического короля. Принц же Баварский, наоборот, легко собрал все голоса. Католическое рвение его династии доставило ему голоса меньшинства капитула, а его могущество и богатство — голоса большинства. 25 января 1581 г., едва прибыв в Льеж, он был. принят в число каноников собора св. Ламберта, а через 4 дня, 29 января, был избран епископом.

Ему достаточно было показаться, чтобы тотчас же вызвать всеобщее разочарование. Действительно, какая огромная разница была, между этим молодым 27-летним прелатом, — правда, очень одаренным и очень образованным, находившимся в переписке с Юстом Липсием, интересовавшимся химией, астрономией и даже магией, — и строгим восстановителем нравов и церковной дисциплины, на которого надеялись Торренций и его немногие единомышленники. В довершение всех несчастий его нравственное поведение было постыдным. Его застольные излишества и в особенности его бесчисленные возлюбленные вызывали всеобщее возмущение [756] Продолжатели Фуллона («Historia Leodiensis», t. III, Liège 1737, p. 79) упоминают об одном из его внебрачных детей; Lonchay , La principauté de Liège, la France et les Pays-Bas au XVII et au XVIII siècles, Bruxelles 1890, p. 27; см. также прекрасный портрет его, данный Лоссеном, ( Lossen , Der Kolnische Krieg, Bd. I, S. 112). . В 1583 г. пронесся слух, что он собирается жениться, и папский легат не скрывал, что считает его великим грешником [757] Bezold , Briefe des Pfalzgrafen Johann-Casimir, Bd. II, S. 54. . Еще более просчитались те, кто надеялся, что он явится энергичным защитником льежского нейтралитета против Испании. Вечно занятый в Германии наблюдением за своими многочисленными диоцезами и политикой своей династии, Эрнст лишь очень неподолгу бывал на берегах Мааса и совершенно не пытался снискать себе симпатии страны, управление которой он взял на себя лишь для усиления своего влияния в Германской империи. Он с трудом объяснялся по-французски [758] Lossen , Per Kôlnische Krieg, Bd. I, S. 741. В Льеже он испещрял подававшиеся ему заявления замечаниями на итальянском языке. Dans , Histoire du diocèse de Liège au XVI siècle, p. 507. и даже самые рьяные его сторонники были возмущены его «варварским высокомерием» [759] Piot , Correspondance de Granvelle, t. VIII, p. 404. .

Став в 1583 г. кельнским архиепископом и курфюрстом, Эрнст направил все свои силы на борьбу против Гергарда Трухзеса и против рейнских протестантов. Так как он был вынужден прибегать к помощи Фарнезе, чтобы иметь возможность бороться с ними, то он обнаруживал еще большую преданность Испании, чем Жерар Гросбекский. Он не протестовал ни против постоянных переходов королевских войск через Льежское духовное княжество, ни против грабежей мятежников Тирлемона, разоривших множество деревень в… Газбенгау и в графстве Лоз. В 1590 г. Соединенные провинции обвиняли его в явной враждебности к ним [760] Grotius , Annales, p. 179; cp. аналогичные упреки в 1593, y Chapeaville, Gesta episcoporum Leod., t. III, p. 578. , а в 1595 г., после взятия Гюи голландскими частями, он обеспечил испанской армии свободный проход через этот город и позволил правителю его принести присягу католическому королю [761] Lonchay, La principauté de Liège, la France et les Pays-Bas, p. 28. . Однако он не решился восстановить союз 1518 г. Он боролся даже в 1592 г. с происками группы католиков, требовавших отказа от нейтралитета страны [762] Chapeaville , Gesta episcoporum Leod., t. III, p. 570. , и Филипп II жаловался в следующем году, что он не оправдал его ожиданий [763] Lonchay , De l'attitude…, p. 225. . Но Эрнст понимал, что если бы он пошел на официальное сближение с Испанией, то «столица» и народная партия тотчас же перешли бы на сторону Голландии. Он был достаточно благоразумен, чтобы не доводить их до крайности, и — худо ли, хорошо ли — оставил в силе нейтралитет, как единственное средство, которое могло предотвратить гражданскую войну из-за полнейшей несовместимости его политической линии с политическими стремлениями страны.

Его поведение, невыгодное в этом отношении Испании, несомненно было ему продиктовано заботой об интересах религии. По семейным традициям и по личному убеждению Эрнст Баварский должен был явиться в Льежском духовном княжестве — да так это и было — проводником той самой католической реставрации, над осуществлением которой так безуспешно трудился Жерар Гросбекский. Он принадлежал к числу тех прелатов, у которых легкость нравов не исключала ни глубокого благочестия, ни абсолютной преданности реформе католической церкви. Он настолько находился под влиянием иезуитов, что его упрекали иногда в том, будто они имеют над ним неограниченную власть [764] Duhr , Gescliichte der Jesuiten in den Landern deutscher Zunge. Bd. I, Freiburg in Brisgau 1907, S. 861; cp. ibid., S. 114, 140, 146, 417, 418, 766. . Он благоволил к ним с первых же лет своего управления. В 1581 г. он отдал им монастырь иеронимитов, где уже в следующем году они открыли школу. Он же призвал в диоцез капуцинов. Он успешно справился с сопротивлением, оказывавшимся капитулом и низшим духовенством планам его предшественника, Он помог нунцию Бономи опубликовать в 1585 г. постановления Тридентского собора [765] Chapeaville , Gesta episcoporum Leod., t. III, p. 536; Bormans , Conclusions capitulaires, p. 220; Polain , Ordonnances, 2-ème série, t. II, Bruxelles, 1871, p. 99; A. van Hove , Les statuts synodaux liégeois de 1585; «Analectes pour servir à l'Histoire Ecclésiastique de la Belgique», t. XXXIII, p. 5 etc.; cp. Dans Histoire du diocèse de Liège au XVI siècle, p. 577 etc. ; в 1589 г. была создана небольшая семинария в, Сен-Троне; в 1592 г. открылась семинария в Льеже, а в 1605 г. при лувенском университете основана была школа по подготовке священников диоцеза. Благотворительные учреждения, созданием которых Эрнст мог заняться благодаря своему богатству, значительно содействовали популярности вдохновлявших его реформаторских стремлений. Он создал в столице ломбард и тот еще и поныне существующий баварский госпиталь, который спас его имя от забвения. Что касается проживавших еще в некоторых местностях протестантов, то он стремился навязать им постановления Аугсбургского религиозного мира. В Гассельте и Мазейке было вынесено несколько приговоров об изгнании. Но ввиду протеста «столицы» и Соединенных провинций князь-епископ не решался применять к этим, к тому же очень немногочисленным инаковерующим, строгостей, которые могли бы повести, к беспорядкам и скомпрометировать его дело: По тем же соображениям, которые заставляли его не нарушать льежского нейтралитета, он стремился избежать опасностей религиозных преследований. Он отнюдь не уклонялся от издания указов против еретиков, но смотрел сквозь пальцы на их исполнение [766] lonchay , Les édits des princes-évêques de Liège, etc., loc. cit. . Он удовольствовался тем, что подчинил школы и книжное дело строгому надзору католической церкви и оказывал помощь деятельности иезуитов и капуцинов. Преследование льежских протестантов могло бы к тому же очень серьезно повредить благосостоянию Льежа, ввиду того что он вел очень оживленную торговлю с Соединенными провинциями. В действительности протестанты все время фактически пользовались здесь столь широкой веротерпимостью, какая только вообще возможна была в епископском городе. Публичное отправление протестантского богослужения было здесь запрещено, но во всяком случае «здесь говорили o религиозных делах так же свободно, как в Германии и Голландии» [767] Philippe de Hurges , Voyage à Liège et à Maestricht en 1615, Liège 1872, p. 65. .