Эрих Церен - Библейские холмы

Он умер 5 февраля 1925 года в Берлине, и друзья проводили его до кладбища Паркфридход в Лихтерфельде, где он нашел вечный покой.

Этому медлительному и одинокому человеку выпала нелегкая доля. Ему не суждено было увидеть реконструированные в Берлине в 1928—1930 годах ворота Иштар, улицу процессий и тронный зал Навуходоносора — самый замечательный монументальный памятник, который, как сказал ближайший сотрудник ученого Вальтер Андре, смог бы достойно увенчать труд Кольдевея в Вавилоне».

Невдалеке от Вавилона расположены развалины Борсиппы. Первые исследователи считали их частью городской территории Вавилона.

Там, в Борсиппе, возвышались остатки храма, которые наилучшим образом рассказывают о том, каким способом вавилоняне и ассирийцы воздвигали когда-то свои башни. В бурные годы становления археологии возникло представление о том, что эту башню из Борсиппы можно отождествить с известной всему миру Вавилонской башней, которая упоминается в Библии. Поэтому в Борсиппе английские исследователи сменяли французских, а французские — немецких. В 1902 году немецкая экспедиция предприняла кратковременную поездку в Борсиппу.

В составе этой экспедиции находился и 27-летний архитектор из Лейпцига Вальтер Андре, с 1899 года работавший вместе с Кольдевеем в Вавилоне. Его можно отнести уже к третьему поколению, которое ломало голову над многочисленными тайнами месопотамских холмов.

В Борсиппе немцы разбили свои палатки прямо у башни, среди развалин храма, который полвека назад с большим или меньшим успехом раскапывал Ормузд Рассам. Теперь немцы смотрели на огромные культовые помещения храма и его необыкновенно мощные стены. С давних времен остались на них следы пожара — катастрофы, дотла разрушившей храм.

Совсем рядом с палатками круто вздымалась храмовая башня. Эта башня также сильно пострадала во время пожара.

Нельзя найти объяснения тому, откуда взялся такой жар, который не просто раскалил, но и расплавил сотни обожженных кирпичей, опалил весь остов башни, все ее глиняные стены.

Когда это случилось? Сколько лет прошло? Было ли это во времена Авраама или во времена мифического Нимрода? И кому удалось разжечь такой пожар?

Арабские предания о демонах и страшных духах ничего не говорят ни о времени этого события, ни о его причинах.

О башне из Борсиппы было сказано, что семь ее ступеней, поднимающихся вверх, соответствуют планетам небесной сферы, и потому она окрашена семью красками: черной, белой, пурпурно-красной, синей, ярко-красной, серебристой и золотистой, то есть в цвета семи планет, включая Солнце и Луну.

Золотой шпиль башни был обращен к солнцу, серебряный — к луне и т. д. Таким образом, начинающаяся от шпилей башни из Борсиппы небесная сфера и находящиеся на ней планеты обозначали уже обычную для нас сегодня семидневную неделю.

С раздумьем смотрели немцы, так же как полвека назад француз Френель и англичанин Роулинсон, на развалины башни. В 1852 году оба они, и француз и англичанин, считали необходимым под всю постройку, сплавившуюся от пожара в плотную массу, подобную расплавленному стеклу, подложить «мину, взрыв которой расколет башню и вскроет ее изнутри». Для них этот путь казался самым простым, дающим возможность раскрыть тайну башни, сэкономив при этом средства и время. Однако впоследствии они сами отказались от этого смелого плана.

А сейчас немцы ломали голову у башни из Борсиппы. Арабы утверждали, что это Бирс Нимрод, башня Нимрода, могучего властителя и охотника, который основал вавилонское царство таким, каким его знает Библия. Иосиф называет его строителем Вавилонской башни, преступником перед богом. Нет почти никакого сомнения в том, что еврейский историк Иосиф, как задолго до него и Геродот, имел при этом в виду большую храмовую башню из Борсиппы—Бирс Нимрод. На мощном основании некогда поднималось семь, суживающихся кверху башен. Вместе с основанием их было восемь. Еще и сегодня остатки этой огромной, по-видимому, самой большой храмовой башни в Месопотамии, поднимаются из развалин на 46 метров в высоту.

Отчего начался этот ужасный пожар? Библия ничего не говорит об этом. В ней сообщается лишь, что господь «сошел вниз» и «смешал» языки всех строителей башни. Они перестали строить башню и были рассеяны по разным странам (I кн. Моисея, 11).

Заставил ли их бежать этот гигантский пожар, охвативший башню? Наверное, так оно и было. Катастрофа, очевидно, и «смешала» их языки. Строители башни пытались найти слова, но больше уже не смогли понять друг друга.

Итак, катастрофа пришла с неба. Был ли это разряд молнии страшной силы, поразивший башню? Все говорит в пользу объяснения, которое дал Вильгельм Кениг (член немецкой экспедиции в Варка); оно представляется наиболее вероятным: «Обычные строительные кирпичи могут расплавиться только в очень сильном огне. Но как это могло случиться на открытом воздухе? Что же послужило причиной? Где был источник энергии, которая смогла расплавить кирпич? Даже если поступить совершенно безрассудно, а именно: обложить весь зиккурат[8] легко воспламеняющимся материалом и потом поджечь его, то, как же все-таки могла бы расплавиться внутренняя часть этой массивной кирпичной постройки? И все-таки случилось именно так. Свидетели этого еще и сегодня, через тысячелетия, открыто лежат на земле... Я невольно подумал о мощных, обычных для этой страны разрядах молний — и спутанные предположения постепенно принимали определенную форму: да, это был как раз тот самый источник энергии, которая смогла бы расплавить массивный зиккурат до основания, что соответствует и нашим сведениям из области естественных наук. Разряды электричества, образующиеся в результате скопления водяных паров или облаков пыли, характерны для Ирака в определенное время года. Электрические разряды в воздухе там зачастую настолько велики, что, например, у лошадей, которые имеют естественные изоляторы — копыта из рогового вещества,— во время грозы длинные хвосты стоят подобно щеткам для мытья бутылок. Следовательно, при каких-то неизвестных обстоятельствах атмосферный заряд вызвал огромную молнию, которая попала в башню, где высокая степень влажности создала подходящие условия для возникновения электрического разряда. При этом влага оказала гигантское сопротивление, способствующее возникновению такой температуры, что внутренняя кирпичная обшивка массивной постройки расплавилась, а вода, скопившаяся на стенах башни, испарилась и вызвала многочисленные взрывы. Взрывы разрушили большую часть каменной кладки, которая обрушилась с высокой террасы, и горящее расплавленное ядро переместилось вверх».