Ахметшин Наиль - Тайны великой пустыни

Современные городские базары по-прежнему в центре внимания местного и приезжего люда. Крупнейший из них расположен рядом с соборной мечетью Идках, фотографии которой можно увидеть в любом издании с иллюстрациями, посвященном Кашгару. Возвели ее в 1426 (1442) году, но затем здание много раз расширяли и перестраивали. Нынешнее название она получила в 1798 году.

Самая большая в Китае мечеть занимает площадь 16800 кв. м, ее планировка и оформление достаточно типичны для арабского культового зодчества. Каждую пятницу сюда приходят около 10 тыс. мусульман, на религиозные праздники собирается до 120 тыс. При этом молитвенный зал вмещает 500 человек, а на территории мечети одновременно могут находиться порядка 20 тыс. верующих.

По своему обыкновению я подошел к воротам рано утром. Они были уже открыты, но входной билет приобрести было негде, поскольку кассир еще не подошел.

В просторном дворе посажены цветы и деревья, есть бассейн с водой. Вдоль северной и южной стен отведены специальные помещения для чтения Корана. Для того, чтобы попасть во внутрь молитвенного зала, следовало обратиться к служителю мечети, который охотно откликнулся на прозвучавшую просьбу и буквально через минуту принес ключи. Он обратил мое внимание на резные опорные столбы, изготовленные из дерева: с одной стороны, они создают впечатление прочности и надежности всего здания; с другой — высокое качество обработки строительного материала вызывает ощущение его легкости.

К тому времени, когда я покинул стены старой мечети, проснулся главный городской базар. Торговля стремительно набирала обороты, покупателей становилось все больше. Местные жители-уйгуры — мужчины в подпоясанных чапанах (халат с широкими рукавами, без застежек и воротника) и женщины в закрытых и длинных платьях свободного покроя (многие носят чадру) — не спеша обходили торговые ряды, заглядывали в мастерские по производству всевозможных бытовых предметов. Ю. Н. Рерих отмечал, что Кашгар славится мастерскими, где делают крытые экипажи старинного образца: «Эти причудливые кареты окрашивают в яркие цвета: зеленый, голубой или под охру — и обычно обивают внутри фиолетовым или тем-но-красным бархатом».

Крытых экипажей не увидел, но покидать такой базар с пустыми руками — дело, на мой взгляд, абсолютно несерьезное. В то же время создавать себе дополнительные трудности в дальнейшем передвижении по городам и весям тоже не хотелось, поэтому остановил свой выбор на функциональном товаре — головном уборе.

Аккуратно расшитые уйгурские тюбетейки очень симпатичны и удобны, однако летом в них немного жарковато. Выбрал сразу две, так как до отъезда в Синьцзян обещал дочери привезти тюбетейку именно из Кашгара. Торг с продавцом занял минут десять. Итоговая сумма — 40 юаней (менее 5 долларов) — в большей или меньшей степени удовлетворила, похоже, обе стороны.

Вспомнив о трудностях холостяцкой жизни и постоянной нехватке кухонного инвентаря, решил прикупить что-нибудь из меди. Мне приглянулся небольшой изящно орнаментированный чайник, к которому тут же подобрал поднос с аналогичным рисунком. Разнообразная медная посуда кашгарского производства не только прочна и долговечна, но и на редкость красива. На базарах ее делают в присутствии посетителей. Правда, если верить гравировке, выполненной на дне приобретенного мною чайника, он изготовлен в Пешаваре (Пакистан), но медник клялся, что сделал его собственными руками. Весь комплект обошелся в 70 юаней. Частенько в московской квартире, бросая взгляд на чудесный чайничек, мысленно возвращаюсь к насыщенным яркими впечатлениями дням, прожитым в радушном Кашгаре.

В Кашгаре предполагал заночевать дважды: до поездки в Ташкурган и накануне отъезда в Кучу. Вопрос выбора места проживания передо мной не стоял, поскольку уже заранее знал, что один из городских отелей, где обычно селятся иностранцы, возведен на территории бывшего русского консульства, а другой— британского дипломатического представительства. О длительном и запутанном противостоянии в регионе Англии и России написано немало интересных книг, поэтому твердо решил остановиться поочередно в обеих гостиницах, чтобы почувствовать атмосферу увлекательных и драматических событий относительно недавнего прошлого и заодно посмотреть, как выглядят старинные здания, если они, разумеется, сохранились.

Известный в отечественной истории прежде всего по событиям 1917–1918 годов боевой генерал Лавр Георгиевич Корнилов, командированный в чине подполковника в конце 1899 года штабом Туркестанского военного округа в Кашгарию, писал: «В последнюю четверть прошлого столетия Россия и Англия, расширив свои азиатские владения, приблизились к границам Восточного Туркестана. Поэтому история последнего за указанный период тесно связана с историей нашего поступательного движения в Средней Азии и нашего политического соперничества с Англией».

Обширный регион стал ареной ожесточенного политического и торгово-экономического противоборства двух мощных держав. В то же время следует подчеркнуть, что столкновение российско-английских интересов не привело здесь к военному противостоянию, поскольку стороны прекрасно понимали: любой вооруженный конфликт может существенно ослабить позиции обеих сторон.

У отечественных политиков не было каких-либо сомнений относительно того, что Великобритания стремится к созданию в Центральной Азии формально независимых, но находящихся под ее влиянием буферных государств. Их роль в силу особого географического положения должны были выполнять Восточный Туркестан (Синьцзян) и Афганистан. В период правления Якуб-бека в 60—70-х годы XIX века Англия настойчиво старалась сблизиться с ним, пообещав поддержку в борьбе против Китая и России, а затем пыталась максимально усилить его армию с помощью оружия и финансов, для чего в 1870 и 1873–1874 годах были организованы две военные миссии Т. Д. Форсайта.

Во втором случае Якуб-бек, получив крупную партию оружия (до 2200 скорострельных ружей, восемь горных нарезных орудий трехфунтового калибра и др.), заключил со своими западными покровителями договор о свободном передвижении в торговых и иных целях британских подданных с предоставлением прав экстерриториальности в созданном им мусульманском государстве Йеттишар (Семиградье) с центром в Кашгаре. Русские газеты в те дни писали, что «обнародование договора с Якуб-беком кашгарским подтолкнуло большое число английских торговцев на отправление своих товаров в Яркенд, причем купцы надеялись исключить с джетышарских (йеттишарских. — Н. А.) рынков русских фабрикантов, хотя бы для этого им пришлось на первое время и понести убытки».