Сергей Парамонов - История руссов. Варяги и русская государственность
- Название:История руссов. Варяги и русская государственность
- Автор:
- Жанр:
- Издательство:Вече
- Год:2012
- Город:Москва
- ISBN:978-5-9533-6358-7
- Рейтинг:
- Избранное:Добавить в избранное
-
Отзывы:
-
Ваша оценка:
Сергей Парамонов - История руссов. Варяги и русская государственность краткое содержание
Очередная книга серии, представляющая труды известного исследователя истории Древней Руси С. Лесного (С. Я. Парамонова), посвящена вопросам происхождения Русского государства и его культуры, становления Киевской Руси и возникновения Руси Новгородской, истокам славянской общности, языка и государственности.
История руссов. Варяги и русская государственность - читать онлайн бесплатно ознакомительный отрывок
Интервал:
Закладка:
Но что дает право Ковалевскому писать далее: «После смерти Рюрика (879) начинается борьба различных скандинавских династий, и власть берет в руки норвежец из Хелиголанда, Хельги (Олег)»? Ни о какой «борьбе скандинавских династий» в истории нет решительно ни слова, ни намека. Всё, что мы знаем из летописи, — это то, что Рюрик доверил Олегу своего малолетнего сына Игоря и что Олег был, по-видимому, в каких-то родственных отношениях с Рюриком.
Пусть даже это сообщение летописи совершенно ложно, но эта ложь все же в 1000 раз правомочнее голой, бесстыдной выдумки Ковалевского. Свидетельство летописи — как-никак документ, а свидетельство Ковалевского — мыльный пузырь.
Об Олеге Ковалевский отзывается, как о норвежце, — опять-таки это необоснованное предположение, и только. Правомочность подобных утверждений такова: «Я утверждаю, что Олег был китаец, докажи, что не китаец! А! не доказал, — значит, я прав!..»
«После смерти Олега, — продолжает Ковалевский, — воцаряется вновь Скиольдунг Игорь (Ингвар), которого Олег женит на своей дочери Хельге (Ольге)». Спрашивается: где же логика? Где «борьба различных скандинавских династий»? Вот «нескиольдунг» Олег захватил власть силой (сказано: «борьба династий»), не означает ли это на языке реальной жизни, что Игорь ликвидируется? Нет, по Ковалевскому, Олег, процарствовав, сколько ему полагалось, женит законного наследника свергнутой династии на своей дочери, и… всё оканчивается идиллически.
Такой эпизод был бы очень хорош для истории Руси, написанной специально для «Института благородных девиц». К сожалению, всё это в прошлом, нет ни институтов, ни «благородных девиц», есть только изуродованная Ковалевским история Руси.
Наконец, кто, когда и где доказал, что Ольга — дочь Олега (?!), — все русские летописи единогласно считают ее славянкой, и только Тверская называет Олега отцом Ольги, — явная несообразность, ибо все другие источники против. Подобное обращение Ковалевского с фактами истории показывает, что он не понимает, что такое наука, что времена астрологии, хиромантии прошли и что их за науки никто теперь не считает, а признает за шарлатанство; его отношение к историческим фактам показывает, что общества, которому он служит своим пером, он не уважает, ибо не имеет чувства ответственности перед ним.
Слаб Ковалевский и в простой логике: желая доказать царственность происхождения Ольги, он приводит факт, что она, мол, была в дипломатических сношениях с византийским и германским императорами. Владимир же не признавался равным из-за своего нецарственного происхождения.
Во-первых, Ольга была настолько «царственной», что даже летопись сохранила свидетельство об ее унижении. Константин Багрянородный заставил Ольгу так долго ждать у себя аудиенции, что она этого не забыла. Когда послы Багрянородного напомнили Ольге в Киеве об ее обещании дать военную помощь императору, она ответила: «Когда он постоит у меня на Почайне (гавань Киева) столько, сколько я постояла в Суде (гавань Царьграда), тогда я помощь ему дам».
С другой стороны, выскочка, parvenu, Владимир женился на порфирородной византийской принцессе — честь, которой напрасно добивался для своего сына германский император Оттон I. Этот факт почище пустых дипломатических вежливостей.
Стоит сделать Ковалевскому другой логический шаг, и… снова осечка: «Святослав, сын Ольги, но Скиольдунг по крови, более похож на Игоря и Рюрика, чем на свою мать и Олега». Если бы Ольга не была царственного происхождения, то фраза имела бы какой-то смысл: царственным Скиольдунгам противопоставлялись бы нецарственные Олег и Ольга, но ведь сам Ковалевский настаивает на царственности обоих! Значит, речь идет о том, чья кровь «царственнее»: Скиольдунгов ли или норвежца-конунга Олега, т. е. чье золото «золотее».
Наконец, что за нелепое утверждение, что Светослав был Скиольдунгом по крови? Что, он не был сыном своей матери Ольги? Кто, далее, доказал, что он пошел в отца, а не в мать? Хотелось бы также узнать, какую разницу усмотрел Ковалевский между Олегом и Светославом, линия поведения их совершенно одинаковая — экспансия на юг, в богатые края.
Мы не останавливаемся далее на 15 страничках, посвященных Древней Руси Ковалевским, ибо из сказанного видно достаточно, что эта история совершенно искажена.
Это тем более печально, что остальные главы книги Ковалевского написаны с толком и книжка в целом совсем неплоха. К сожалению, она совершенно испорчена фантастическим норманистским введением.
Когда ознакомишься с писаниями Вернадского, Ковалевского, Беляева, Таубе и других историков — «осколков разбитого вдребезги», становится ясно, что две колоссальных войны, две революции ничуть не повлияли на их мировоззрение. Жизнь прошла мимо них, и они ничему не научились.
Если дома, в России, воспитавшись под колпаком привиллегированных классов, они рассуждали постулатами «неевклидовой логики», т. е. допускали грубейшие логические ошибки, вытекавшие из их ложного научного метода и ложного понимания, что такое наука, их народ и их государство, — то такими они и остались.
Несмотря на то, что они были выброшены на свежий воздух, под давление иных обстоятельств, способствовавших переоценке ценностей, они этой переоценки не сделали.
«Новейшими достижениями» в науке они считают то, что появилось в маленьком затхлом мирке эмиграции. Критики у них нет, ибо то, что они считают критикой, на самом деле составляется по формуле: «Кукушка хвалит петуха за то, что хвалит он кукушку». Лучше сказать о своем народе какую-нибудь гадость, чем наступить на любимую мозоль высокодостопочтенного Ивана Ивановича.
Будучи совершенно оторваны от русской истории, от ее источников, от русской археологии, от русской науки вообще, они ничего мало-мальски положительного не дали. Вся деятельность их заключается в пережевывании старых идей.
В свете современных данных норманизм — это трагическая нелепица. Для них, норманистов, однако, ничего не значит, что их концепцию в России называют открыто и прямо «фальсификацией истории». Они упорно твердят, что «трезубец — это родовой знак Скиольдунгов, что следовательно Владимир Великий — Скиольдунг»; однако последние археологические данные показали (1953), что родовой знак этот существовал на различных предметах, найденных на территории современной Полтавщины, еще в VI–VII веках, т. е. тогда, когда Рюриком еще и не пахло [46].
Пишучи эти строки, мы отнюдь не собираемся вступать с историками в дискуссию, это безнадежное и бесполезное дело, но мы не можем отказать себе в праве оценить то, что сделано историками.
Все написанное нами, образно выражаясь, является «насмешкой горькою обманутого сына над промотавшимся отцом». Мы хотели бы только, чтобы историки знали, что старая школа истории, школа царских университетов и академии наук, в наших глазах обанкротилась. Духовные наследники наших историков заявляют это им в лицо и открыто. Мы вам не верим, и мы видим полную вашу несостоятельность.
Читать дальшеИнтервал:
Закладка: