Юрий Трусов - Зеленая ветвь

- Господин губернатор, а завтрак?

Начальник охраны повелительным жестом показывает на столик, где уже стоят белые чашечки с дымящимся черно-угольным кофе, расписные фаянсовые тарелочки с пирожками и ломтиками белого хлеба, намазанного скорцето*, с маслинами.

_______________

* С к о р ц е т о - творожная масса с чесноком.

- Мне совсем не хочется есть, - отвечает он Пепо.

- Это необходимо, господин губернатор. - В тихом голосе начальника охраны слышится твердость.

А Райкосу после бессонной ночи и впрямь невмоготу заниматься завтраком.

- У нас уже нет времени, - говорит он.

Однако не так просто заставить Пепо уступить. Он не только упрям, но и удивительно находчив.

- Никак нет, господин губернатор... Никак нет! У вас еще предостаточно времени позавтракать. До начала приема еще десять минут. Вот, посмотрите. - И он подает Райкосу его часы в чугунном футляре. - Ваши часы точны. Кстати, вы их забыли, господин губернатор...

Действительно, эти часы, подарок декабриста Николая Лорера, точны, как хронометр. Об этом знают даже здесь. Знакомые Райкоса часто говорили ему, что его часы - самые точные во всей Греции.

Райкос взглянул на циферблат и убедился, что Пепо, как всегда, прав до приема еще десять минут.

- Но, Пепо, у меня совершенно нет аппетита, - попытался он увернуться от завтрака.

- Начните с кофе. Он освежит, и появится аппетит... Кофе, осмелюсь заметить, наш национальный напиток. Он вселяет бодрость и придает силы.

Не ожидая согласия Райкоса, Пепо поднес ему чашечку кофе. И тому уже ничего не оставалось, кроме как поблагодарить и выпить.

С первых же глотков Райкос почувствовал себя бодрее. У него появился аппетит. Он быстро съел приготовленный завтрак. Вытирая после трапезы усы и губы, посмотрел на начальника охраны и поймал на себе его взгляд.

"А ведь он улыбается с явным торжеством, - подумал Райкос. - Видно, рад, что заставил меня плясать под свою дудку... Ну и нажил я себе няньку, почище Бальдаса". И, чтобы сбить с Пепо спесь, сказал:

- Вы заблуждаетесь, лейтенант, считая кофе своим национальным напитком. Сей напиток - турецкий. Просто сыны Эллады, когда попали в турецкое ярмо, усвоили от победителей вместе со многими их привычками и эту - пить кофе. И даже научились их способу приготовления... Так-то, любезнейший.

Пепо помрачнел. Он болезненно переносил все, что бросало тень на его родину.

- Вы, господин губернатор, человек ученый и, конечно же, многое знаете лучше меня. Но наши отцы и деды считали кофе греческим напитком. Так же считаю и я... Хорошее неплохо перенять даже у врага. Кроме того; я рад, что наш кофе пошел вам на пользу...

"Молодец, Пепо!" - мысленно похвалил его губернатор и, прислушиваясь к говору, доносящемуся из приемной, не удержался, спросил Пепо:

- Не слишком ли много посетителей пришло сегодня к нам? И почему их с каждым днем становится все больше?

Пепо вместо ответа выразительно посмотрел на него и пожал плечами. Он понимал, что уже пора начинать прием, и повел Райкоса сквозь почтительно расступившуюся толпу посетителей в кабинет.

Здесь уже все было заботливо приготовлено к приему - расставлены кресла, за отдельным столиком сидел благообразного вида старичок с мясистым, красным от вина носом, в засаленной монашеской рясе. Это был новый секретарь, нанятый вместо Пепо. Перед монахом лежали очищенные гусиные перья и стопка чистой бумаги. Он был готов записывать разговор с посетителями.

Пепо представил губернатору нового секретаря.

- Варфоломей Василнопулос. - Не делая паузы, Пепо торопливо спросил: - Можно начинать прием? - И взялся за ручку двери, чтобы распахнуть ее, но Райкос остановил его:

- Подождите, Пепо. Вы так и не ответили на мой вопрос: почему у нас возрастает количество посетителей?

- Причина этому вы, господин губернатор.

- Я? - искренне удивился Райкос. - При чем тут я? Вы шутите?

- Никак нет... Причина наплыва такого множества посетителей - вы, господин губернатор, а точнее, ваша доброта. Надо с ними пожестче...

- Как это - пожестче? Вы понимаете, что говорите, милостивый государь! - вдруг повысил голос Райкос. - Как вы можете говорить такое? Ради кого я прибыл сюда? Ради кого мы сражаемся с султанскими каннибалами? Ради них. Ради людей. - Он показал на дверь, за которой слышались голоса посетителей. - А вы говорите - пожестче.

- Виноват... Но все же доброте должен быть предел. Взять хотя бы историю с вашими часами, господин губернатор. О ней знают не только в нашем городе, но и на отдаленных островах архипелага.

- Вы считаете, что с часами я пересолил?

- Именно! Это было уж слишком.

Райкос недоверчиво посмотрел на Пепо и покачал головой:

- Что же скверного вышло с часами? Разве я плохо поступил, послав ординарца к банкиру... как его?

- Папаник-огло, - подсказал Пепо.

- Да, да, послал его к Папаник-огло заложить часы, чтобы достать денег на лекарства для больного сына кузнеца. Вы же знаете, Пепо, что наша молодая республика находится в крайне тяжелом положении. Знаете это так же хорошо, как и я, - даже нашим военным государство месяцами не выплачивает жалования. Я тоже беден, не располагаю средствами, а нужно было срочно помочь умирающему. Эти часы дороги мне, как память о моем друге, благородном человеке, которого тиран-царь сослал на каторгу. Но неужели жизнь человека дешевле часов, даже памятных?

- Вы правы, господин губернатор. Но случилось неслыханное - самый скупой, самый жадный на архипелаге человек ростовщик Папаник-огло, узнав от ординарца, что часы прислал заложить сам губернатор, "русский губернатор", как зовут вас, чтобы на эти деньги купить лекарства для грека, дал требуемую сумму без залога, без расписки и велел ординарцу вернуть вам часы. Это удивительно! Никогда еще в жизни Папаник-огло не дал никому и ломаного гроша. Это самый жадный паук на свете!

- Не судите опрометчиво о людях. В каждом человеке есть плохое и хорошее. Поверьте мне, - серьезно сказал Райкос.

- О, значит, вы не знаете злых, коварных людей! Вы слишком добры и доверчивы, если думаете, что в таком пауке в образе человека, как Папаник-огло, может быть что-то хорошее. У него душа черна, как сажа.

- И все же не судите так!

- Вы в этом убедитесь сами, господин губернатор. Папаник-огло явился к вам. Он сидит в вашей приемной, ожидая встречи.

- Вот и отлично... Мне интересно поговорить с ним.

Райкос расстегнул мундир и вынул из кармана жилета часы, снял с цепочки и положил перед собой на стол. Затем сказал Пепо:

- Что же вы ждете? Приглашайте первым господина Папаник-огло.

5. БАНКИР

Шаркая неуклюжими башмаками, в кабинет вошел дородный приземистый старик. Он степенно погладил седую окладистую бороду, скользнул тяжелым взглядом по столу, на котором лежала чугунная луковица часов, и церемонно представился: Афанасиос Папаник-огло, банкир-откупщик.