Юрий Трусов - Зеленая ветвь

Райкос пригласил его сесть и спросил, по какому делу он пожаловал.

Банкир, не торопясь, долго мостил свое грузное тело в кресло. Наконец после затянувшейся паузы медленно произнес вкрадчивым скрипучим голосом:

- Я, господин губернатор, как вы верно заметили, если захожу, то непременно по делу... Только по делу... Я человек деловой... И к вам тоже по делу. Хотя в настоящее время у меня с вами еще никакого дела не имеется, но, по моему рассуждению, обязательно будет. А зашел я поблагодарить вас. Да, поблагодарить за то, что вы обратились за кредитом именно ко мне, человеку, располагающему денежными средствами. И правильно сделали, что обратились ко мне, а не к кому иному... Напрасно только отправляли в залог эти часы, - он ткнул пальцем в чугунную оправу. - Я вам всегда готов без залога... Раз так надо... значит, надо. А за то, что обратились именно ко мне, позвольте поблагодарить вас...

Он умолк, и его морщинистое лицо пришло в движение, изображая приветливую улыбку.

- Да за что же вы благодарите? Это я вам должен принести свою благодарность, - сказал, покраснев, Райкос.

Папаник-огло продолжал молча улыбаться, словно любуясь эффектом, который произвели его слова на губернатора и на остальных присутствующих начальника охраны и секретаря-монаха.

Насладившись произведенным впечатлением, банкир продолжал свою речь:

- Я, господин губернатор, всегда готов поддержать вас денежными средствами, но отнюдь не из доброты. Что скрывать? Про меня говорят, что я жестокий человек. В деле моем нельзя быть иным. Господь-бог разумеет это и, наверное, простит мне на этом свете грехи мои... Но для вас, господин губернатор, мой кошель всегда открыт. Потому что вы - власть, наша защита от османов-поработителей. Под их пятой сынам Эллады трудно жилось, а еще труднее богатому греку. Богатый грек всегда был жертвой пашей и беев, мне под их властью постоянно приходилось дрожать, охраняя свое имущество. Мне нужна такая власть, которая могла бы надежно защитить меня и мое достояние, и я готов отдавать часть своих доходов на поддержание такой власти...

- Значит, в трудную минуту я смогу, как представитель государства, рассчитывать на вашу финансовую помощь? - перебил его Райкос.

- Да, конечно, - насупился банкир. Видимо, этот вопрос ему не очень понравился, но он сделал над собой усилие и снова сморщил лицо в улыбке. Конечно... в разумных пределах... Но и вы тоже должны пойти мне навстречу. Ведь я не филантроп. Далеко не филантроп. Я деловой человек.

- В чем же вы желаете, чтобы я пошел вам навстречу? - с раздражением спросил Райкос, которому уже надоели торгашеские речи Папаник-огло.

- Позвольте вам напомнить, господин губернатор, еще об одном обстоятельстве. Я не только банкир, но и откупщик.

- И что же из этого следует? - не понимал губернатор, куда клонит гость.

- А то, что, как только закончится война, нашей стране нужно будет благоустроить торговлю, ремесла, мануфактуры и прочее. Для этого вам понадобятся такие люди, как я, способные финансировать. Не за горами то время, когда вам надо будет открыть акциз и таможню для иностранной торговли, я готов сии заведения взять у государства на откуп...

Пепо, который стоял за спиной банкира, тревожно замахал руками, как бы предостерегая губернатора от опрометчивого шага. Райкоса рассмешило это предостережение Пепо. Он и сам хорошо понимал вожделения сего визитера. Обогатиться за счет наглого грабежа родной страны, еще не сбросившей с себя многовекового ига поработителей.

Ему хотелось выдворить банкира из кабинета, но он помнил инструкции президента - быть как можно приветливее с толстосумами, в помощи которых так нуждалась Греция...

- Скоро, наверное, мы откроем акциз и, конечно же, таможню. Я не забуду о вашем предложении.

Глаза банкира заблестели.

- Премного вам благодарен. А вы, господин губернатор, не забывайте обращаться ко мне, когда будет нужно. - Отвесив церемонные поклоны, Папаник-огло важно выплыл из кабинета.

- Паук уже протянул к вам свои лапы, - прокомментировал его визит Пепо.

- Вы напрасно нервничали, лейтенант. Я, как и вы, насквозь вижу хищническую суть сего благодетеля... Но все же, Пепо, вы ошиблись. Папаник-огло - отнюдь не мелкий ростовщик, как вы считали. Он мечтает взять в залог не мои часы. Ему подавай на откуп акциз и таможню. Он хочет грабить с размахом. Крупный хищник.

Терпеливость и внимание, с которыми Райкос выслушивал посетителей, даже несимпатичных, грубых, озлобленных, приводили в недоумение Пепо.

"И чего губернатор возится с эдакими? - думал он. - Спровадил бы без лишней возни. Сразу видно, что это за люди".

Однако наблюдая, как после такого терпеливого приема губернатора, после беседы с ним "несимпатичные" уходили с просветленными лицами, Пепо понял смысл дипломатии Райкоса. Он понял, что губернатор превращает недругов в друзей. "Молодец, знает, что делает", - решил он и спросил простодушно у Райкоса, сам ли он додумался до этого.

Райкос расхохотался:

- Ну и наблюдательный же вы! - И честно признался: - Я действую по совету одного очень доброго и мудрого человека, которого в народе зовут Барба Яни.

- Президента! - догадался Пепо.

6. ДЕПЕША

В этот день на прием к губернатору вереницей шли посетители. Их было, как никогда, много. Основную часть составляли бедняки, коренные жители города, возвратившиеся в родные места. Простолюдины просили материальной помощи и содействия в восстановлении разрушенных османской солдатней домов, а те, у кого на месте жилищ остались горки камней да пепла, просили временного приюта, крыши над головой.

Такие сугубо гражданские дела не входили в круг официальных обязанностей военного губернатора, но Райкос принимал в них большое участие. И скоро жители города убедились, что военный губернатор на редкость отзывчивый и добрый человек, который не может равнодушно относиться к чужой беде...

У Райкоса не было денежных средств для оказания помощи нуждающимся молодое государство испытывало большие финансовые затруднения. Губернатор пытался объяснить это просителям, но они были настойчивы и даже не слушали его объяснений. Они верили в его доброе сердце и знали - он как-то им поможет.

- Губернатор у нас - русский, - говорили они. - Русские люди добрые. Не оставят в беде человека...

И вспоминали историю с часами.

- Пытался заложить часы у ростовщика, чтобы достать денег для бедного человека...

Эта история стала известна каждому в городе и многих вдохновляла на паломничество к губернатору.

И Райкос направлял нуждающихся с записками к банкиру, обещавшему ему кредит.

Папаник-огло оказался человеком, верным данному слову. Скрепя сердце, он все же выдавал деньги беднякам по запискам губернатора.