Кирилл Кожурин - Повседневная жизнь старообрядцев
- Название:Повседневная жизнь старообрядцев
- Автор:
- Жанр:
- Издательство:Молодая гвардия
- Год:2014
- Город:Москва
- ISBN:ISBN 978-5-235-03746-5
- Рейтинг:
- Избранное:Добавить в избранное
-
Отзывы:
-
Ваша оценка:
Кирилл Кожурин - Повседневная жизнь старообрядцев краткое содержание
Для многих старообрядчество представляется сегодня чем-то заведомо отсталым, принадлежащим давно ушедшей эпохе. Страшные лесные «гари» — добровольные сожжения десятков и сотен людей в прошлом; какие-то неграмотные старухи, продолжающие непонятно зачем креститься двумя перстами и запирать свои колодцы на замок; фанатики, отгородившиеся от мира… Но представление это, сложившееся под влиянием официальной пропаганды (сначала миссионерской, затем советской), далеко от истины. Мало кто знает, что лишь благодаря старообрядцам удалось сохранить такие чудеса отечественной культуры, как древнерусская иконопись и знаменное пение, многие традиционные народные промыслы; что самыми выдающимися русскими предпринимателями XIX — начала XX века были как раз выходцы из старообрядцев — знаменитые династии Морозовых и Рябушинских, Гучковых и Солдатенковых. Особенно глубокие корни старообрядчество пустило на Русском Севере, долгие годы служившем «заповедником» традиционной культуры, ныне переживающей своё возрождение.
О прошлом и настоящем «истинного православия», о повседневной жизни староверов XVIII–XIX веков и наступившего XXI столетия рассказывается в этой книге. И как нельзя более актуально звучит главный вывод её автора: тот бесценный духовный опыт, который староверы вынесли из своего «ухода», должен стать достоянием всего человечества — возможно, это последний шанс не только для находящейся в глубоком духовном кризисе России, но и для агонизирующего Запада, основательно забывшего о своём христианском происхождении.
Повседневная жизнь старообрядцев - читать онлайн бесплатно полную версию (весь текст целиком)
Интервал:
Закладка:
Выговское общежительство в XVIII–XIX веках
Со временем Выговская поморская пустынь стала настоящей «культурной столицей» старообрядчества. Сюда приезжали паломники со всей России, иные — чтобы остаться навсегда. Безусловно, расцвет духовной жизни пустыни приходится на годы киновиаршества Андрея и Симеона Дионисьевичей. Но и после их смерти духовная жизнь в северной обители не остановилась, продолжая идти своим чередом.
Новое поколение настоятелей пустыни (Иван Филиппов, 1740–1744; Мануил Петров, 1744–1759; Никифор Семёнов, 1759–1774; Алексей Тимофеев Киселёв, 1775–1780) открывает новый период в истории Выга. Он характеризуется, с одной стороны, дальнейшим подъёмом хозяйственной деятельности и укреплением материального благосостояния обители, а с другой — некоторым упадком нравов, обмирщением, как это ни прискорбно, неизбежно сопутствующим материальному процветанию. Здесь является новое искушение: бывший житель Выговской обители Иван Круглый пишет на выговцев клеветнический донос, содержавший столь серьёзные обвинения, что была создана специальная следственная комиссия, проработавшая шесть лет (1739–1744). Над Выговским общежительством нависла угроза закрытия. Чтобы этого не произошло, выговцы были вынуждены принять моление за царя (до этого на Выге за царя не молились). Подобный компромисс с «антихристовой» властью вызвал недовольство у некоторых радикально настроенных пустынножителей и привёл к расколу: в 1737 году несогласные во главе со старцем Филиппом покинули Выгорецкую киновию и основали новое беспоповское согласие, позже получившее название филипповского.
С приходом на Выг Андрея Борисова связан следующий период в истории пустыни. На годы его киновиаршества (1780–1791) приходится новый взлёт в духовной жизни Выговского общежительства. Начинается возрождение обители и обновление её традиций. В этот период была восстановлена традиция торжественного поминовения первых киновиархов и почитания здравствующих наставников, развиваются различные формы почитания благодетелей, оказывавших существенную поддержку обители (одними из самых крупных благотворителей стало семейство петербургских купцов Долгих), пишутся жития основателей пустыни. Именно в эти годы наступает самый настоящий расцвет выговских художеств — вырабатывается собственный, «поморский» стиль во всех видах искусства: в иконописании, медном литье, книгописании, рисованном лубке, резьбе по дереву, вышивке. Деятельность Андрея Борисова по духовному возрождению Выговской пустыни была продолжена его преемниками Архипом Дементьевым (1791–1809), Кириллом Михайловым (1809–1825) и Петром Ивановым (1825–1830).
Однако уже с 1825 года началось печально знаменитое для русских старообрядцев царствование Николая I. Солдафон, «воспитанный под барабаном» и всерьёз считавший, что Евангелие на церковнославянском языке могут понимать только священники, решил взять на себя задачу по устранению всякого инакомыслия в России. «Николай был “миссионером на царском троне”, как Нерон — артистом. Он занимался больше совращением старообрядцев в единоверие, чем государственными делами, совращением принудительным, насильственным, разорительным и гибельным для всей страны. С этой целью он даже лично разъезжал по старообрядческим посадам и слободам, как заправский миссионер, который с большим успехом мог вести это дело, получая за это каких-нибудь сто рублей в месяц. Миссионерство Николая обходилось стране в миллион раз дороже. Этот царь вошёл в историю старообрядчества как жестокий и безудержный гонитель древлеправославных христиан» [87] Мельников Ф.Е. Краткая история Древлеправославной (старообрядческой) Церкви. С. 166–167.
.
Со стороны властей последовал ряд карательных мероприятий, которые в конечном итоге закончились полным разгромом Выга. Поражает та целенаправленность и планомерность, с которой уничтожали этот выдающийся памятник русского духа. Хотя в это время у руководства Выговской пустыни стоял известный и авторитетный деятель Фёдор Петрович Бабушкин (настоятель в 1830–1842 годах), однако те драконовские меры, которые применяло по отношению к староверам правительство Николая I, лишали обитель не только возможности развития, но и просто сохранения существующего положения. Выг душили и экономически, и духовно. Так, для борьбы с Выгом уже в 1828 году была специально создана Олонецкая епархия с центром в Петрозаводске, а в 1829 году — Олонецкая духовная семинария, уделявшая особое внимание подготовке миссионеров, которые в первую очередь должны были «просвещать» не местное языческое население, но «невежественных раскольников».
А вскоре после поездки чиновника Хомутова по Олонецкой губернии (1835) гонения уже переходят в репрессии. Выговских поморцев сравняли в части землевладения и налогообложения со всеми казёнными крестьянами. С часовен сняли колокола. Ещё в 1828 году было запрещено пополнение старообрядческих монастырей и селений путем приписки людей в ревизию, а в 1836 году выговцам запретили именоваться отдельным обществом и приобретать на своё имя недвижимость. В 1837 году запретили принимать беспаспортных и приходивших из других губерний, в 1838 году были запрещены переписка, распространение и продажа книг выговского письма. В 1839 году были ликвидированы все пустыни и пашенные дворы, кроме Данилова и Лексы. Численность общины сократилась до 800 человек В 1844 году на Выг переселили 53 крестьянские семьи из Псковской губернии, которые были «известны любовию к православию (новообрядчеству. — К..К.) и тверды в вере», что нельзя расценить иначе как попытку спровоцировать открытый конфликт.
Разгром Выга и его влияние на русскую культуру
Наконец последний удар по монастырю был нанесён в 1854–1856 годах. В 1854 году Министерство внутренних дел предписало олонецкому губернатору все молитвенные здания, построенные в Данилове и Лексе между 1722 и 1809 годами, сломать, так как они «пришли в ветхость», а по существовавшему тогда закону ремонт этих построек был запрещен. В 1855 году «записные» старообрядцы были высланы по месту приписки, а Данилово и Лекса обращены в селения государственных крестьян, с открытием в каждом селении прихода господствующей церкви. В апреле 1856 года были закрыты и запечатаны столовые-моленные на женской улице на Выге и на мужской улице на Лексе. 7 мая 1856 года была запечатана Выговская Богоявленская соборная часовня, а 3 июня 1857 года — Лексинская Крестовоздвиженская соборная часовня, при этом книги, иконы и богослужебные принадлежности частично были конфискованы, а частично уничтожены. Писатель В.Н. Майнов, посетивший руины бывшей «Выгорецкой Лавры» во второй половине XIX века, передаёт со слов очевидцев чудовищные подробности «мамаева разорения»: «Посреди ограды стояла высокая колокольня с часами, а бок о бок с нею и главная часовня, которую не захотели разорить, а напротив того порешили оставить в назидание, — устроивши в ней православную церковь. Тут-то подле этой часовни и происходил главный погром: тут и били, и секли, и обливали холодною водою упорствующих, отсюда заставили батожьём большака (настоятеля. — К.К.) вынести ключи властям предержащим и т. п. Около 3000 рукописей было сожжено на площадке перед часовней этими новыми варварскими полчищами Омара; массы изрубленных и исковерканных икон подверглись той же участи, причём однако драгоценные каменья и богатые ризы все тщательно сдирались и затем уже никогда и не являлись на свет Божий» [88] Исторический вестник. 1888. Т. 3. С. 542.
. От некогда знаменитой Выгорецкой библиотеки осталось лишь 286 печатных и рукописных книг. Сожжены были и все хозяйственные книги — целый короб разных писем и записок, которые могли бы оказаться поистине бесценным материалом по истории Выго-Лексинского общежительства…
Интервал:
Закладка: