Ирина Голуб - Занимательная стилистика

Как и в других случаях, относящихся к стилистике, имеется возможность выбора, писатели не связаны ограничительными правилами и руководствуются своим языковым чутьем и художественным вкусом.

Определение при существительных общего рода ставится в форме мужского или женского рода в зависимости от того, какого пола лицо обозначается этим существительным. Например: Иванов был круглый сирота (Н.Г. Гарин-Михайловский). — И над ней умирает луна — эта круглая сирота (М. Исаковский).

Ср. другие примеры: Спи, мой малютка, спи (В.А. Жуковский). — Снова слышу за стеною над малюткою больною баюшки - баю (А.Н. Плещеев); Комаров был человек серьезный, скупой на слово, большой работяга (А. Макаренко). — Уж я сама немножко зарабатываю. Я ведь жуткая работяга (Л. Леонов); Миловидов… отчаянный задира и драчун (М. Горький). — Зинаида вовсе не такая задира, как о ней говорят (И.А. Арамилев).

Поэтому, если о мальчике могут сказать, что он забияка, задира, неряха, обжора, разиня, соня, растрепа, лежебока, зевака, злюка, растеряха, грязнуля, копуша, сластена, тупица и т. д. (конечно, не все эти «достоинства» приписываются одному и тому же мальчику, их следует распределить между многими), то, желая усилить малоприятную для него характеристику, можно добавить определения большой, неисправимый, страшный, жуткий и т. д. А говоря о девочке, мы бы употребили те же существительные с добавлением определения-прилагательного в форме женского рода.

Но в разговорной речи при словах общего рода, имеющих окончание -а , встречается постановка определения в форме женского рода и в тех случаях, когда речь идет о лице мужского пола, например: Он такая растяпа ; Он известная лакомка .

Сравнивая словосочетания два прилежных ученика — две прилежные ученицы , мы находим в них разные формы согласования определений-прилагательных с существительными. Это связано с различием в грамматическом роде самих существительных.

При сочетании определений с существительными, зависящими от числительных два, три, четыре , обычно используются такие формы согласования:

1) при существительных мужского и среднего рода определение, находящееся между числительным и существительным, ставится в форме родительного падежа множественного числа, например: два высоких дома, три широких окна ; ср.: В эту секунду сразу три или четыре тяжелых снаряда разорвались позади блиндажа (К. Симонов); Два крайних окна в первом этаже закрыты изнутри газетными листами (А.Н. Толстой).

2) при существительных женского рода в этом положении определение чаще ставится в форме именительного падежа множественного числа, например: две широкие улицы, три молодые девушки , ср.: На изгороди из трех жердей сидели три женские фигуры (А.Н. Толстой).

Будет ли считаться ошибкой, если ученик напишет: Наша семья занимает две больших комнаты? Нет, такая форма согласования тоже допустима, хотя встречается реже. Ср.: у писателей: …Примостились две взрослых дочери (М. Шолохов); Алеша заметил две темных лодки (К. Федин).

Если определение стоит перед числительными два, три, четыре , то оно ставится в именительном падеже, например: первые два дня, последние три недели, каждые четыре часа . Ср.: Последние два слова были написаны крупным и размашистым, решительным почерком (И.С. Тургенев); Остальные три лошади шли сзади (М. Шолохов).

Если определение (обособление) стоит после сочетания числительного два, три, четыре с существительным, то чаще тоже ставится в именительном падеже, например: Направо от двери были два окна, завешенные платками (Л.Н. Толстой).

Мы говорим: жители нашего и соседнего домов (не дома , так как речь идет о двух домах), но мы же говорим: существительные мужского и среднего рода (не родов , хотя имеются в виду два рода). Как объяснить это различие в форме числа существительных, при которых имеются два определения, указывающие на разновидность предметов? Почему в одних случаях употребляется форма единственного числа, а в других — форма множественного числа? Как бы вы сказали: Окна были освещены в правой и левой половине (или половинах ) дома?

В рассматриваемом случае единственное число употребляется:

1) если форма множественного числа этого слова вообще не употребляется: научный и технический прогресс, тяжелая и легкая атлетика ;

2) если это существительное имеет во множественном числе иное значение, чем в единственном: железнодорожный и водный транспорт (в значении «средство сообщения»), тогда как транспорты (с продовольствием) обозначают «поезда или морские суда, предназначенные для перевозки чего-либо»; молодежное и студенческое движение (ср.: ритмические движения );

3) если перечисляемые разновидности предметов тесно связаны между собой по смыслу, образуют сочетания терминологического характера: в правой и левой руке (также: в правой и левой половине дома , см. выше), существительные мужского и женского рода, глаголы первого и второго спряжения, совершенного и несовершенного вида, в настоящем и будущем времени, формы первого и второго лица.

Существительное ставится во множественном числе, если подчеркивается наличие нескольких предметов: золотая и серебряная медали, токарный и фрезерный станки, болгарская и польская футбольные команды, английский и французский языки . Например: Он прошелся на гумно, скотный и конный дворы (Л.Н. Толстой).

Сопоставляя сочетания мой отец и мать и родные брат и сестра , мы можем сделать вывод: если определение относится к двум иди нескольким существительным, то оно может стоять или в единственном, или во множественном числе.

Определение ставится в форме единственного числа, если по смыслу ясно, что оно относится не только к первому (ближайшему) существительному, но и к остальным. Так, в предложении у И.С. Тургенева: Дикий гусь и утка прилетели первыми — речь не могла идти о диком гусе и домашней утке. Или: Ее великолепнаяшуба и шляпка не производили никакого впечатления (А.П. Чехов) — по смыслу великолепными были и шуба и шляпка. Ср.: летний жар и зной, морской прилив и отлив, уличный шум и грохот, школьная успеваемость и дисциплина, каждый завод и фабрика, советская печать, радио и телевидение. Сравните также у писателей: Издали услышал Владимир необыкновенныйшум и говор (А.С. Пушкин); Сначала слышался общий веселыйговор и хохот за ужином… (Л.Н. Толстой).