Наталия Азарова - Поэзия. Учебник

***
солнышко

через стеклышко [28]

***
rainbow

through the window

ANYONE LIVED IN A PRETTY HOW TOWN

anyone lived in a pretty how town
(with up so floating many bells down)
spring summer autumn winter
he sang his didn’t he danced his did

Women and men(both little and small)
cared for anyone not at all
they sowed their isn’t they reaped their same
sun moon stars rain

children guessed(but only a few
and down they forgot as up they grew
autumn winter spring summer)
that noone loved him more by more

when by now and tree by leaf
she laughed his joy she cried his grief
bird by snow and stir by still
anyone’s any was all to her

someones married their everyones
laughed their cryings and did their dance
(sleep wake hope and then)they
said their nevers they slept their dream

stars rain sun moon
(and only the snow can begin to explain
how children are apt to forget to remember
with up so floating many bells down)

one day anyone died i guess
(and noone stooped to kiss his face)
busy folk buried them side by side
little by little and was by was

all by all and deep by deep
and more by more they dream their sleep
noone and anyone earth by april
wish by spirit and if by yes.

Women and men(both dong and ding)
summer autumn winter spring
reaped their sowing and went their came
sun moon stars rain

КТО-ТО ЖИЛ В МИЛЕНЬКОМ ГОРОДЕ ВОТ

кто-то жил в миленьком городе вот
(где звон вверх-вниз колокольный плывет)
зимой и весною летом и осенью
он пел свое да плясал свое нет

Мужчины и женщины (кто мал, а кто и невелик)
о ком-то заботились ни на миг
они сеяли свое мимо пожинали свое всегда
зной и дожди радуга и звезда

сумел угадать кое-кто из детей
(но тем крепче забыл, чем скорей стал взрослей
осенью и зимой весною и летом)
что любит кого-то все больше ни одна

время по мигу и дерево по листку
она смеялась его удачу и плакала его тоску
птица по снегу и шорох по затишью
чье-то хоть что для нее было всем

разные с прочими под венец сей же час
потешались их слезами кружили свой пляс
(сон пробужденье надежда и снова)
твердили свои хватит и спали свою мечту

солнце и смог луна и лед
(и лишь снег навеет легкий намек
как дети могут забыть запомнить
пока звон вверх-вниз колокольный плывет)

однажды кто-то умер ведь вот он в гробу
(ни одна прильнула к холодному лбу)
деловые люди их зарыли бок о бок
тело к телу судьба к судьбе

одно к одному в глубине из глубины
мало-помалу они мечтают свои сны
ни одна и кто-то апрель из перегноя
из желания дух из если да

Мужчины и женщины (кто не мертвый, тот живой)
летом и осенью зимой и весной
все жали свое сеяли все шли к своему пришли
месяц и облако зной и дожди [183]

ЖИЛ КТО-НИБУДЬ В РАСТАКОМ ГОРОДКЕ

жил кто-нибудь в растаком городке
(многокольный звон дин-дон по реке)
осенью летом зимой весной
он пел свое не, он плясал свое но

небольшие и малые Ж и М
знать не знали о ком-нибудь насовсем
выбирали сеть пожинали сев
дождь и солнце и звезды все

дети-то знали на первый взгляд
да забывали подросши над
осенью летом зимой весной
как был кто-нибудь любим ни одной

тогда на потом и ствол за листом
она жила за ним и о нем
его нибудь ей звучало будь
птенец на снег бубенец во тьме

а все женились на коеком
рассвет и закат все одно молчком
плясали вскачь и смеялись всплачь
твердили нет погружаясь в сон

месяц солнце и звездный град
и только снег объяснить бы рад
что и детям пора забыть вспоминать
многокольный звон по теченью вдоль

тут кто-нибудь и ложится в гроб
ни одна его поцелует в лоб
честный люд похоронит их к боку бок —
мера за меру и был за стал

пядь за пядью до дна времен
они понемногу доспят свой сон
кто-нибудь с ни одной глинозем с весной
как дух для двух а за если — да

М и Ж (мои дон и дин)
от лета до лета черед един
свое пожнешь и своим пойдешь
день ночь свет дождь [299]

***
Ich liebe meines Wesens Dunkelstunden,
in welchen meine Sinne sich vertiefen;
in ihnen hab ich, wie in alten Briefen,
mein täglich Leben schon gelebt gefunden
und wie Legende weit und überwunden.

Aus ihnen kommt mir Wissen, daft ich Raum
zu einem zweiten zeitlos breiten Leben habe.
Und manchmal bin ich wie der Baum,
der, reif und rauschend, über einem Grabe
den Traum erfullt, den der vergangne Knabe
(um den sich seine warmen Wurzeln drangen)
verlor in Traurigkeiten und Gesängen.

***
Люблю мечтать на грани помраченья,
когда в глубины погружаюсь духа,
что жизнь прошла, как в давних письмах глухо
упоминание, как без значенья

туманный смысл преданья и реченья.
Тогда пространства вечного черты
я вижу вдруг, где жизнь вторая в силе.
И я расту из темноты,
шумя ветвями на своей могиле,
где вечен сон, что знал ребенок, или
— так схвачен мальчик теплыми корнями —
забыл, что знал во сне: лишь голос с нами. [261]