Майкл Сэндел - Справедливость. Как поступать правильно?

Хотя развитие движения за репарации, возможно, застопорилось, последние годы принесли волну официальных извинений. В 2007 г. Виргиния, бывшая некогда штатом с самой большой численностью рабов, стала первым штатом, принесшим извинение за рабство [313] Wendy Koch, “Virginia First State to Express ‘Regret’ over Slavery”, USA Today, February 26, 2007, p. 5A. О рабовладельческом населении Виргинии и других штатов см.: Christine Vestal, “States Lead Slavery Apology Movement”, Stateline.org, April 4, 2008 на: www.stateline.org/live/details/story?contentld=298236. . Этому примеру последовали и некоторые другие штаты, в том числе Алабама, Мэриленд, Северная Каролина, Нью-Джерси и Флорида [314] Vestal, “Sates Lead Slavery Apology Movement”. См. также: “Apologies for Slavery”, State Legislature, June 2008, p. 6. . А в 2008 г. Палата представителей Конгресса США приняла резолюцию с извинениями перед афроамериканцами за рабство и за расовую сегрегацию «эры Джима Крау», затянувшуюся до середины XX в. [315] Darryl Fears, “House Issues an Apology for Slavery”, Washington Post, July 30, 2008, p. A3; House Resolution 194: “Apologizing for the Enslavement and Racial Segregation of African-Americans”, Congressional Record House 154, No. 127 (July 29, 2008), pp. 7224–7227.

Должны ли народы приносить извинения за былые несправедливости? Чтобы ответить, надо задуматься над рядом трудных вопросов, касающихся коллективной ответственности и притязаний сообществ.

Основные оправдания публичных извинений заключаются в том, что они почитают память тех, кто претерпел несправедливость от рук политической общности (или во имя этой общности), признают долговременные последствия, причиненные несправедливостью ее жертвам и их потомкам, и искупают несправедливости, которые были совершены (или не предотвращены) представителями политических общностей. Как публичные жесты, такие официальные извинения могут способствовать исцелению ран прошлого и давать основу морального и политического примирения. Репарации и прочие формы финансового возмещения можно оправдать сходными причинами, как материальное выражение извинения и искупления. Подобные меры могут также способствовать облегчению последствий, которые былые несправедливости возложили на жертв несправедливостей или их наследников.

Достаточно ли сильные эти соображения для оправдания извинений — вопрос, ответ на который зависит от обстоятельств. В некоторых случаях попытки принести публичные извинения или выплатить репарации могут принести больше вреда, чем пользы, ибо разжигают старую вражду и неприязнь, укрепляют чувство принадлежности к жертвам или вызывают негодование. Подобные опасения часто высказывают противники публичных извинений. С учетом всех обстоятельств, вероятность того, что извинение или реституция приведет к исцелению политического сообщества или, напротив, принесет ему вред, — сложный вопрос политического суждения. И ответ на него меняется от случая к случаю.

Но я хотел бы сосредоточиться на другом доводе, часто выдвигаемом противниками извинений за прошлые несправедливости, — принципиальном утверждении, которое не зависит от случайных особенностей конкретных ситуаций. Это утверждение о том, что ныне живущие не должны, да, в сущности, и не могут приносить извинения за несправедливости, совершённые предшествующими поколениями [316] Интересный анализ этого вопроса см. в книге: David Miller, National Responsibility and Global Justice (New York: Oxford University Press, 2008), pp. 135–162. . В конце концов, принесение извинения за несправедливость означает принятие известной ответственности за эту несправедливость. Нельзя приносить извинения за деяния, которое не совершил. Как можно приносить извинения за то, что было совершено до того, как ты родился?

Джон Говард, премьер-министр Австралии, привел это обстоятельство в качестве причины отказа от принесения официального извинения аборигенам. Он сказал: «Я не верю в то, что нынешнее поколение австралийцев должно приносить формальное извинение и принимать ответственность за деяния предшествующих поколений» [317] Gay Alcorn, “The Business of Saying Sorry”, Sydney Morning Herald, June 20, 2001, p. 17. .

Сходный аргумент был выдвинут и в ходе развернувшихся в США дебатов по вопросу о репарациях за рабство. Генри Хайд, конгрессмен-республиканец, критиковал идею репараций на следующих основаниях: «У меня никогда не было ни одного раба. Я никогда никого не угнетал. Не думаю, что я должен платить за кого-то, кто имел рабов до того, как я родился» [318] Слова Генри Хайда, процитированные в статье: Kevin Merida, “Did Freedom Alone Pay a Nation’s Debt?”, Washington Post, November 23, 1999. . Уолтер Уильямс, экономист-афроамериканец, выступающий против репараций, высказал сходное мнение: «Если бы государство получало деньги от зубной феи или Санта-Клауса, это было бы прекрасно. Но государство должно брать деньги у граждан, а никто из ныне живущих граждан не несет ответственности за рабовладение» [319] Слова Уильямса процитированы в статье: Lewin, “Calls for Slavery Restitution Getting Louder”. .

Обложение налогами ныне живущих граждан для выплаты репарации за былую несправедливость, по-видимому, создает особую проблему. Но похожий вопрос возникает в спорах, которые ведутся вокруг извинений, не связанных с какими-либо финансовыми компенсациями.

Что касается извинений, то тут главное — это побуждения, соображения. Суть дела — признание ответственности. Сожалеть о совершённой несправедливости может любой. А приносить извинения за эту несправедливость может только тот, кто каким-то образом причастен к этой несправедливости. Критики извинений верно улавливают моральную суть проблемы. И они отвергают мысль о том, что нынешнее поколение может нести моральную ответственность за грехи своих предков.

Когда в законодательном собрании штата Нью-Джерси в 2008 г. обсуждали вопрос об извинении, член собрания от республиканской партии спросил: «Кто из ныне живущих повинен в рабовладении и по этой причине способен приносить извинения за это преступление?» Этот человек полагал, что очевидный ответ на этот вопрос таков: никто. «Современные жители Нью-Джерси, даже те, кто может проследить свое происхождение от рабовладельцев, не несут коллективной вины или ответственности за несправедливость, к которой они лично не имели никакого отношения» [320] Tom Hester, Jr., “New Jersey Weighs Apology for Slavery”, Boston Globe, January 2, 2008. .

Когда Палата представителей Конгресса США готовилась к голосованию по вопросу об извинении за рабство и сегрегацию, конгрессмен-республиканец, выступавший с критикой этой меры, сравнил ее с извинением за деяния, совершенные нашими «пра-пра-пра-праотцами» [321] Darryl Fears, “Slavery Apology: A Sincere Step or Mere Politics?” Washington Post, August 2, 2008. .

Принципиально обоснованное возражение против официальных извинений нелегко опровергнуть. Оно основано на идее, суть которой состоит в том, что мы несем ответственность только за то, что совершаем сами, но не за поступки других людей или за события, контролировать которые мы не в состоянии. Мы не отвечаем за грехи отцов или дедов, равно как и за грехи соотечественников.