Г Герасимов - Прикладная философия

На Руси в искажении истории заинтересована новая династия. Ей необходимо доказать свою легитимность, скрыть активное участие в организации смуты и жидовствующих ересях. Для этого полностью переписывается история периода смуты. Потом центр Монгольского завоевания из Руси смещается далеко на восток, делая Россию тоже его жертвой. Процесс целенаправленной фальсификации длится те же самые два с половиной века. Наиболее активно он начинается в правление Петра Первого, когда живых участников тех событий уже не остается, и за работу берутся профессиональные историки, иностранцы. На протяжении ста с лишним лет русские не подпускаются к историческим архивам, собираются и уничтожаются монастырские книги, создаются подложные. Только в середине девятнадцатого века, когда чистка проведена, появляются русские историки, но их удел только строить версии на основе уже фальсифицированной картины, пытаться построить логичную историю на местах оставшихся нелогичностей в глобальном фальсификате. Возможно, что экономико-исторический анализ о начале цивилизации до меня делали и другие, однако этих рассуждений было явно недостаточно, чтобы объявить мировую историческую картину подложной. А вот когда появился системный анализ историко-культурных данных по всему миру, позволяющий сделать подобное утверждение, то мой анализ становится очень веским дополнительным аргументом в его пользу.

После развала мировой империи Романовская Россия оказывается существенно меньше, чем мы ее себе представляем, и в окружении враждебных государств, живущих в прежней традиции и не признающих новой династии. Турция, Астраханское ханство, Донская область, Великая Тартария, включающая Урал и Сибирь (возможно и большую часть современных Соединенных Штатов Америки). Север формально принадлежит Романовым, но там иная традиция, сильны староверы, не признающие новой династии. И на территории Романовской России новая династия не пользуется большим авторитетом. У нее почти нет шансов удержаться. Но вся Европа бережет ее, как зеницу ока, чтобы не позволить восстановлению старой традиции. Первая серьезная проверка на прочность - война с Астраханью, что в традиционной истории названо восстанием Степана Разина. Судя по всему устоять удалось только благодаря помощи наемных иностранных войск, все русские считались ненадежными.

Можно немного пройтись по нелогичностям в русской истории и вокруг нее, многие из которых становятся понятны, с учетом изложенных данных. Почему, к примеру, Петр Первый больше ориентировался на немок, чем русских, и откуда в русской истории после него сплошное засилье царей и цариц немецкого происхождения? Вся Романовская династия оттуда. Почему он столицу перенес на болота по ближе к границе, в общем-то в опасную зону от Швеции и других европейских государств? Нормальная дипломатическая практика, к примеру, предполагала, что наиболее мощные представительства надо было иметь в ближайших соседних государствах, с которыми недостаточно хорошие отношения, с целью разведки. Петр самое мощное представительство организовал в Голландии, стране далекой и предельно дружественной ему. Он Европы не боялся, а при необходимости рассчитывал на помощь или готовил плацдарм для бегства туда. Он не был по-настоящему русским царем, он был представителем враждебной Руси немецкой династии, со своими корнями и традициями, забравшимся на русский престол. Русских он боялся и ненавидел. Становится понятна жестокость, с которой он подавил бунт стрельцов. Это было не просто выступление недовольных отдельными начальниками или несвоевременной выплатой жалованья, корни бунта были глубже, соответственна и ответная реакция царя. Понятен его конфликт с русским духовенством. Понятно становится его желание максимально поломать русские традиции, в том числе и христианского аскетизма, целенаправленное развращение, спаивание, курение и т.д. До него вино на Руси практически не употреблялось, табак, естественно, тоже (традиции староверов когда то были на всей Руси). Считается, что он очень много сделал для государства Российского. Я это принимаю (с некоторыми оговорками экономического характера). В этот период европейская культура и техника объективно была намного впереди (немалая заслуга и его предков, что Россия отстала), но он все сделал, чтобы убить душу русского народа, стереть его историю, традиции, культуру. Эти потери серьезнее, чем любые его достижения.

К примеру подарок Петра Третьего и Екатерины Второй, немецкому императору, передача ему захваченной русскими Восточной Пруссии, становится вполне объясним, с учетом открывшихся исторических реалий, а не просто списывается на дурость царя. Порча отношений с ближайшим союзником и родственником была совсем не нужна при надвигающейся (или планирующейся) войне на Востоке с Великой Тартарией. В традиционной истории это называется восстанием Пугачева, которое случилось уже в правление Екатерины Второй.

И с военной и с политической точки зрения мне совершенно было непонятно наступление Наполеона на Москву в кампании 1812 года. Для достижения его целей куда как естественнее было двинуться на Петербург. Дорога короче, меньше нужно времени, соответственно меньше времени остается противнику на организацию ответных мер, проще снабжение, меньше пришлось бы дробить свою армию на охрану коммуникаций и гарнизоны, наконец более сильное давление на русского царя для заключения в нужный момент мира на выгодных условиях, Питер не сдали бы, как Москву. Тут не спишешь на умственную слабость, этот план принимал гений. До конца я бы не взялся оправдывать это решение Наполеона. Вероятно он все же зарвался, будучи абсолютно уверенным в успехе, не сумев оценить всех реальных возможных ответных шагов, которые и привели его к поражению. Но с учетом вскрытых исторических реалий, частично его логику при принятии такого решения становится проще понять. Естественно, будучи осведомленным о настоящей истории, и нанося удар, он не желал ослаблять позицию русского царя, еще учитывая возможность (и вероятно, переоценивая ее) восстановления прежней династии в России, поэтому больше воевал с Россией, чем с царем Александром из Романовской династии. Эту династию все еще оберегала вся Европа. Кроме этого, забравшись на вершину, признанный всеми при жизни гений, Наполеон в это время играл в величие, для его внутреннего самоутверждения в собственном превосходстве было важно покорить именно столицу всего мира. Так же становится понятным, почему Наполеон не попытался заварить смуту на Руси путем отмены крепостного права, что он не мог не оценивать, как определенный военно-политический ход. Если бы это планировалось, то он должен был границу пересекать под лозунгом отмены рабства в Европе. Для представителя революционной Франции это было бы более чем естественно. Война с Александром велась по джентельменски, "удары ниже пояса" не наносились, поэтому его, в частности, раздражали не джентльменские ответные действия, партизанская война и участие в ней крестьян.