Сергей Лишаев - Эстетика Другого

В опыте исторического и циклического времени мы имеем дело с «работой» Времени в «вещах», в «сущем»; время здесь — предикат сущего (сущее дано «во времени», в «таком-то-вот» времени): книга «старая», а не «новая», вечернее солнце «ласковое», а полуденное «знойное» и т. д. Здесь онтологическая дистанция сказывается во временном видении вещей, но само дистанцирующее — Время, Бытие — здесь не дано. В ветхом же, которое дает человеку чувство существования как такового, дистанция становится абсолютной и опыт ветхого как конечного одновременно оказывается и чувством онтологической дистанции, чувством того, «что» дистанцирует (чувством Времени). Другое открывается как дистанцирующее, утверждающее дистанцию Другое, а не как ее отвергающее (не как Другое в модусе Небытия). В этом смысле эстетика времени и на условном и на безусловном уровне (то есть вся целиком) может быть противопоставлена эстетике отвержения человечности (в ужасном, страшном, безобразном и тоскливом расположении Другого). В эстетике отвержения, где мы имеем дело с разрушением онтологической дистанции, если посмотреть на отвергающие расположения со стороны чувства времени, то следует сказать, что в них мы имеем дело с состояниями «безвременья», когда «время остановилось», когда оно «разрушено», «разрушается» [90] , а мир обессмысливается или же становится миром «вне-понимания», «не-миром».

Другое как задающее дистанцию задает ее как по отношению к формам сущего (к вещам как «что», как к «таким-то-вот» вещам), так и по отношению к с уществованию этих форм. Эстетика пространственных расположенийтрактует то, как Другое (дистанцирующее Начало, Время, Бытие) открывается через форму (1.через частную форму, или 2. через структуру-состояние пространства в его статике или динамике, через «бесформенную форму», через отрицание формы). Эстетика временных расположенийтрактует то, как дает о себе знать Другое через восприятие присутствия вещи,через то, какова вещь в ее существовании(но не в ее сущности), а не через ее пространственно данное «что» (=существующее-в-его- осуществлении). Все временные расположения: ветхое , юное , мимолетное , старое , молодое , зрелое , весеннее , осеннее , летнее , зимнее — говорят нам не о «что» вещей , не об их сущности, не о «что» мира , о его «как», то есть о том, «как» вещь (мир) существует, каково «положение» вещи (мира) во времени.

Безусловно Другое пространственной формы,онтолого-эстетически утверждающее ее, — это идея (совершенный «вид»), безусловно осуществленное существование.Частная форма, утвержденнаяв эстетическом событии (в эстетическом расположении) на уровне эстетически совершенной (безусловно прекрасной) формы [91] (на уровне восприятия в «другом» Другого),— есть не что иное как чувственно данная идеявещи.

В видении идеи (прекрасная вещь есть чувственная данность Другого в виде формы-фигуры вещи как эстетической идеи вещи) чело-веку дано Другое со стороны безусловно осмысленной(отнесенной к

Другому, со-единенной с Другим) формысущего. Человек тут утвержден в своей способности присутствовать в мире. В видении вещи как идеи онтологическая дистанция не просто реализована (как в повседневном восприятии сущего), но дана человеку в зримом образе Другого.

Безусловно Другое вещине как формы, а как веществующего-существующего(вещи не как мыслимой, а как фактически существующей, наличествующей) — это ее существование как таковое , чувство которого означает открытие в сущем — Бытия, во временном — Времени [92] .

Начав этот параграф с рассмотрения ветхого, мы стремились, исходя из того как оно само себя открывает, обозначив границы и специфику ветхого, сделать более наглядным — через анализ своеобразия ветхого — различение временных и пространственных расположений. После рассмотрения «ветхого» мы можем перейти к анализу такого расположения, как «юное», которое «с другого конца» открывает человеку Время, делает его испытателем Времени.

Юное необходимо четко отделять от восприятия чего-то (кого-то) в качестве "молодого", если иметь в виду молодое, взятое в перспективе молодое-зрелое-старое (то есть в рассудочной развертке времени на прошлое-настоящее-будущее), и от "весеннего" как от расположения, принадлежащего эстетике циклического времени (в его развертке на лето-осень-зиму).

Для начала попытаемся эксплицировать различия в опыте "юного" и "молодого" (тут нам приходится идти против привычек повседневной речи, в которой не проводится различия между молодым и юным), придав каждому из концептов терминологическое различие. Юное – это то, что воспринимается в горизонте актуальной эстетической данности Другого (Иного). Молодое – то, что воспринято в горизонте потенциальной эстетической данности Другого (Иного) [93] .

Молодое в качестве молодого – это то, что воспринято в своей возможности быть относительно иным , быть иным как тем же самым, но созревшим [94] .

Молодое всегда относительно как особое возрастное состояние вещи: молодое относительно внутри себя (молодое всегда более или менее молодое) и по отношению к другим возрастам – к зрелому и старому, ибо только в со-отношении с ними молодое молодо. В расположении "молодого" молодое есть другое время, но это "другость" относительная, это "другость", в которой время испытано как Другое (как Время) только потенциально, но не актуально.

Если молодое – это что-то еще не сформировавшееся, если это форма, которая еще не до конца раскрылась как такая-то-вот форма, то в юном с динамикой разворачивания формы мы дела не имеем. На первом плане в опыте юного не "будущая вещь", а сама инаковость будущего . Временн а я определенность вещи тут отходит на второй план, вследствие чего редуцируется и перспектива определенного будущего . На первый план выходит сама будущность как чистая возможность "другого", небывалого, здесь воспринимается и переживается сама возможность трансцендирования, а не его относительная (условная) реализация в горизонте "определенного будущего". Переживание юного – это чувство открытости временного горизонта , незаслоненного перспективой его по необходимости ограниченной осуществленности: не «сейчас есть это, после же – будет то-то и то-то», а «что-то будет…». Юное – это непосредственно, эстетически, в самом чувстве выполненная абстракция чистой возможности существования сущего. Юное – это отделение от переживания определенного будущего самого будущего, которое в этом случае открывается чувству как чистая неопределенность, чистая возможность Другого (Иного). Сквозь определенную возможность, определенное будущее на первый план выходит неопределенное будущее, неопределенная возможность, а такая возможность как раз и есть Другое как Начало временения – Время.