Моше Левин - Советский век

Мы можем видеть, что эти сложные проблемы рабочей силы и демографии привлекали большое внимание и вызывали беспокойство; социологи и небольшая группа социальных психологов также приняли участие в дискуссиях. Национальные и этнические перспективы также создавали повод для тревоги.

Была ли советская система готова справиться с этой ситуацией? Конечно, она доказала свою способность определять приоритеты вроде ускоренного развития ключевых экономических секторов, обороны (связанной с ними многими нитями) и массового образования. Но в каждом случае было едва ли просто выделить специфические задачи. В 1960-х гг. особое значение приобрели вызовы совсем иного порядка, требующие ясной формулировки сразу нескольких планов. Другими словами, задача сама по себе усложнилась. Занятость стала частью социальной, экономической, политической и демографической головоломок, и ее именно так и следовало рассматривать.

Другие пороки экономической модели.

После смерти Иосифа Сталина в экономике были произведены важные перемены, давшие положительные результаты. Крупные инвестиции в сельское хозяйство (особенно в целинные земли Казахстана) и рост цен на его продукцию удвоил денежный доход коллективных хозяйств за 1953-1958 гг. Прирост сельскохозяйственной продукции составил 55 % в 1960-м по сравнению с 1950-м; только одно производство зерна выросло с 80 до 126 миллионов тонн , причем три четверти - за счет урожая, собранного на целинных землях . Но они не представляли собой стабильного источника зерна на долголетнюю перспективу.

Для повышения стандартов жизни были сделаны инвестиции в жилищное строительство и производство потребительских товаров. За время с 1950 по 1965 г. объем городского жилищного фонда удвоился и сузилась пропасть между инвестициями в тяжелую промышленность - приоритет периода сталинизма - и инвестициями в производство потребительских товаров.

Большие достижения были и в области здравоохранения. Уровень смертности упал с 18 умерших на тысячу населения в 1940-м до 9,7 в 1950-м и 7,3 в 1965 г. Детская смертность, лучший показатель стандартов общественного здоровья, снизилась с 182 на тысячу новорожденных в 1940 г. до 81 в 1958-м и 27 в 1965-м.

Образовательный уровень также повысился: число учащихся, продолжающих свое образование после четырех классов средней школы, выросло с 1,8 миллиона в 1950-м до 12,7 миллиона в 1965-1966 гг. За эти же годы утроилось число студентов в высших учебных заведениях - оно выросло со 125 миллионов человек до 3,86 миллиона.

Доходы крестьян, крайне низкие в 1953 г., росли быстрее, чем у городских жителей. В городе установился приблизительно равный уровень; минимальные доходы и пенсии повысились, уменьшилась разница в заработной плате.

Но сохранялись старые приоритеты тяжелой промышленности и вооружений, и хотя делались попытки повысить жизненные стандарты и стимулировать технологический прогресс, проблемы все нарастали. В эти же годы Япония сравнялась с Советами по темпам роста и преуспела как в улучшении жизненных стандартов, так и в модернизации экономики. По контрасту, советские экономисты и плановики знали и говорили - по секрету, но также и в опубликованных работах - что экономическая модель страны, которая оставалась в своей основе сталинистской, чревата опасной неустойчивостью. Тем не менее Советский Союз достиг внушительных успехов, особенно в космосе. По словам Р.У. Дэвиса, «в 1965 г. Советский Союз уверенно смотрел в будущее, а капиталистические державы наблюдали за ним с заметным опасением» [88] 89 89 РГАЭ. Ф. 4372. On. 82. Д. 1086 ( материалы Коллегии Госплана 1970 г. без даты). .

Но архивные материалы Госплана и других учреждений свидетельствуют, что плановики начали испытывать серьезное беспокойство, поскольку ближайшее будущее было много сложнее и тревожнее.

При анализе целей восьмого пятилетнего плана (1966-1970 гг.) некоторые просчеты уже были очевидными. Коллегия Госплана предупредила правительство, что эти изъяны окажут влияние на дальнейший план [89] 90 90 РГАЭ. Ф. 4372. Оп. 66. Д. 3717. ЛЛ. 1-3. . Хотя инвестиции из всех источников выросли на 1,7 % (10 млн. рублей), главный инвестиционный план, по которому устанавливался объем новой продукции (особенно в тяжелой промышленности), снизился до 27 миллиардов рублей (10 %). Сверх этого дополнительные 30 миллиардов должны быть потрачены на покрытие выросшей стоимости строительства производственных единиц, что не увеличит их производительную отдачу. Таким образом, цели плана относительно постановки на поток новых единиц были обеспечены на уровне 60 % угля и стали, 35-45 % химической промышленности, 42-49 % тракторов и грузовых машин, 65 % цемента и 40 % целлюлозы. Все это оказало бы влияние на рост показателей последующего плана.

Госплан обязал правительственные министерства найти резервы для расширения производства. Но большинство их не предусмотрело в своих планах на 1971-1975 гг. перестройку соответствующих секторов - и это несмотря на многочисленные предписания правительства поступить именно так и отыскать резервы.

Непрерывный рост экстенсивных факторов в экономике.

Еще более ясный диагноз вновь был предложен Научно-исследовательским институтом Госплана. Его директор Котов 19 ноября 1970 г. направил письмо заместителю председателя Госплана Соколову Он писал: в своих директивах к девятому пятилетнему плану (1971-1975 гг.) XXIV съезд КПСС постулировал , что экономический прогресс должен базироваться на интенсивном росте и введении новых технологий (это также относилось к сельскому хозяйству). Но данные свидетельствуют (прежде всего в сельском хозяйстве), что расходы , уже затраченные в ходе трудового процесса на заработную плату и социальные фонды, растут быстрее, чем продуктивность. Эта тенденция противоречит императиву экономического развития - а именно получению соотносительных сбережений в ходе общественного труда [90] 91 91 Его архивы содержат богатейшие данные и ждут своего исследователя. Данные о склонности государственной администрации к «дроблению» мы, среди прочего, почерпнули именно из него. .

Перспективы следующего пятилетнего плана были далеко не благоприятными, и это следовало из снижения продуктивности капитальных активов. Существующий показатель возврата инвестиций был неполноценным, и экономисты из отдела сельского хозяйства не имели надежного инструмента определения этих активов и планирования требуемого капитала.

Котов сделал ряд расчетов, которые мы здесь приводить не будем; но на них основывается его предупреждение в адрес Госплана: «Экстенсивные факторы становятся сильнее в развитии советской экономики, прежде всего потому, что рост капитальных активов опережает рост производительности. Эта тенденция даже более очевидна в сельском хозяйстве, чем в других секторах».