Сергей Кургинян - Суть времени. Том 2

Но тогда русское ноу-хау выходит на передний край само собой, в силу краха конкурента. Русские этого не добивались. Крах происходит в силу естественных причин и в силу того, что его добивают, этот модерн, мировые элиты, которые грезят просто неразвитием.

Все, что остается человечеству от альтернативного развития, это русское ноу-хау. И именно в этот момент нужно уничтожить и русскую цивилизацию, и русское ноу-хау. Возникает вопрос — ради чего? Субъект, который это делает, чего хочет? Ради чего он с такой адской силой взялся за СССР, а теперь снова берется за Россию?

Ради того, чтобы шанса на развитие, совместимого с жизнью, у человечества не осталось. У Шиллера Король спрашивает у Великого инквизитора: «Кому наследье предназначу?» Тот отвечает: «Тленью, но не свободе».

Поэтому все, кто болтает о свободе, говорят о ней, ноют, источают из себя какие-то странные звуки по поводу модерна, уже напоминающие скорее бред, чем внятное изложение идей, — все эти люди на самом деле являются марионетками в руках других, которые тяготеют к фундаментальному злу. Смотри тезис Белковского о том, что при Гитлере было бы намного лучше. Белковскому, конечно, в первую очередь.

В этой передаче я вновь вернусь к деятельности «АКСИО» — Агентства по культурно-социальным исследованиям общества, потому что тот опрос, который мы обсуждали в предыдущих передачах, завершен. Он не только сделан, но уже и обработан. И группа социологов под руководством Юлии Сергеевны Крижанской представила результаты проведенного опроса. Все люди, которые его проводили, теперь знают, что эта работа не канула в Лету, не испарилась, а дала некоторый практический результат. Этот результат я и буду сейчас обсуждать в первой части программы — «Деятельность». Потому что это важно, потому что не каждый день мы получаем такие результаты и потому что результаты достаточно крупные.

Начну с того, что в среднем опросы, осуществляемые не только на нашей территории ВЦИОМом, но и «Гэллапом» и другими, — это примерно 3–3,5 тысячи опрашиваемых. У нас опрошено больше 34-х тысяч людей. Опрос у нас проводили более 1500 активистов, проинструктированных, как именно надо проводить опросы, и выполнивших все нормы, которые содержались в этих инструкциях.

Опрос проведен по всем возрастным группам, по всем территориям России, по всем слоям населения. Его можно считать не просто репрезентативным, а одним из наиболее репрезентативных среди опросов, проводимых в стране.

Анкета содержала два вопроса.

Первый вопрос: «Просим Вас дать оценку этой программе десталинизации, с основными положениями которой Вы только что ознакомились, по 11-ти балльной шкале, имея в виду, что +5 — это максимально положительная оценка, 0 — нейтральная и -5 — максимально отрицательная».

Перед этим мы включили в анкету 9 осевых пунктов, и каждый, кто внимательно ознакомится с программой десталинизации, увидит, что все эти пункты не высосаны нами из пальца, что под каждый из них у нас есть фундаментальное, серьезное обоснование. Мы обсуждаем не некоторые фразы, случайно сказанные господином Карагановым, а только то, что внесено в программу, прозвучало в ней в той или иной форме.

Например, фраза господина Караганова о том, что «вся Россия — это большая Катынь», прозвучавшая в выступлении в присутствии президента Медведева, затем вошла в программу. Тезис о том, что всем госслужащим надо запретить высказывать позитивные оценки того, что авторы программы называют «тоталитаризмом» (а по существу это является всей нашей советской историей), вошел в программу. Вопрос о том, что вся Европа несет одинаковую ответственность за Вторую мировую войну, вошел в программу. В нее входят также слова типа «геноцид», «голодомор» и так далее, которые будут иметь тяжелейшие для нас последствия.

У меня не вызывает возражений пункт об установлении памятников жертвам репрессий. Но кого называть жертвами репрессий? Тухачевский — это жертва репрессий или это палач? Троцкий кто — жертва репрессий или палач? Если даже избежать всех этих двусмысленностей, а мы знаем, что их никак нельзя избежать, потому и остановилась эта волна почитания жертв репрессий… Роберт Рождественский написал стихотворение о «железном человечище» товарище Эйхе. Речь шла о Роберте Эйхе. «Навстречу письмам Эйхе встает партийный съезд»… Но Эйхе много чего накурочил в своей жизни, и есть масса людей, которые считают его палачом.

Кроме того, нам до конца не ясно: если все жертвы красных — это жертвы репрессий, то кто такой Лазо, сожженный в паровозной топке? Это негодяй, которого справедливо покарали белые? Но если это так, то ни о каком национальном примирении нельзя говорить, и это всем понятно… Так что речь идет не о национальном примирении. И авторы программы сразу говорят, что это десоветизация. Не десталинизация даже, а десоветизация. Детоталитаризация (еще такое слово!), проводимая по аналогии с денацификацией.

Но, когда проводилась денацификация, никто не говорил о национальном примирении между Гитлером и его жертвами. Жертвы денацифицировали тех, кто их привел в соответствующее ужасное состояние, согнал в Освенцим и другие лагеря, топтал ногами, унижал. Потом эти жертвы взяли реванш вместе с оккупационными войсками на обломках, на руинах Германии. Не было никакого национального примирения. Почему же десоветизацию, равную денацификации, можно назвать национальным примирением? Мы будем оплакивать Лазо и других, мы будем учитывать их мечты, их идеалы, их веру в светлое будущее? Или мы будем в одностороннем порядке принимать позицию одной стороны и после этого говорить о национальном примирении? Так же нельзя.

Это делается с подачи Вильнюсской конференции Парламентской Ассамблеи ОБСЕ. Есть резолюция ОБСЕ, по которой именно так надо приравнять нацизм к сталинизму, советизму и пр. Авторы этой резолюции требуют юридических последствий от России, когда она признает все это. Это далеко идущие последствия, потому что потребуется признать оккупацию Прибалтики, а это очень серьезный вопрос.

Как я уже говорил, реабилитация жертв, в которые будет включен атаман Краснов и другие, будет означать актуализацию снова темы «Казакии», а также других тем. Проводить эту десоветизацию будут басмачи и Ваффен СС, то есть те, кто служил когда-то в Ваффен СС, или те представители новых поколений, кто по-прежнему служит этим же идеалам. Они будут десоветизаторами! Бандеровцы будут десоветизировать Харьков и Донецк, Севастополь и Николаев, а также Одессу и другие города.

Мы понимаем, что машина запускается из-за рубежа и запускается очень серьезным образом. Казалось бы, в 2009 году президент Медведев, который руководит международной политикой, дал соответствующие санкции на то, чтобы МИД осудил эту программу. Ведь у нас президент руководит внешней политикой, МИД не может сам по себе осуждать программу. Государственная Дума осудила эту вильнюсскую затею. Все сказали ей «нет» в 2009 году. В том же 2009 году президент Медведев в Послании к Федеральному Собранию отметил, что все, чем мы пользуемся, все, что мы имеем, все, что спасает нас от катастрофы, есть советское наследство. Это советские атомные электростанции, советская промышленность. Он сказал, что нехорошо же так: мы живем за счет предков, это они все сделали, нам надо и самим что-нибудь сделать.