Сергей Кремлёв - 1917

Даллесы происходили из среды доверенных служилых лиц Золотой Элиты США. Правда, клан Даллесов непосредственно в суперэлиту не входил: для этого у членов клана были слишком скромные (по меркам элиты, естественно) банковские счета. Однако деловые качества юристов Даллесов обеспечивали им в США вполне пристойный статус.

Братья были внуками Джона Уотсона Даллеса, госсекретаря при президенте Гаррисоне, и племянниками госсекретаря Лансинга при «военном» президенте Вудро Вильсоне.

«Дядюшка Берт», тоже юрист, был убеждённым русофобом, активно отстаивал права янки на разбой на русских котиковых промыслах до Первой мировой войны, а позднее не менее активно инициировал и поддержал интервенцию против большевиков, считался знатоком международного права, был одним из попечителей Фонда Карнеги.

Племянники «дядюшки Берта» и сыновья пресвитерианского священника, Джон Фостер 1888 года рождения и Аллен Уэлш – 1893 года, оба – выпускники Принстонского университета, вращались в том же кругу интересов, лиц, идей и дел, что и дядя. Юриспруденция, внешняя политика, связи с власть и деньги имущими и верная им служба – вот что составляло их жизнь уже смолоду. Джон Фостер Даллес, к слову, продвинулся, как и дядя, в попечители, став председателем совета попечителей Фонда Рокфеллера. Участвовал он и в составлении плана Дауэса – доктрины экономического подчинения Германии и Европы Соединённым Штатам после Первой мировой войны.

Со второй половины 1920-х годов братья вначале пришли в крупнейшую юридическую фирму Уолл-Стрит «Sullivan and Cromwell» («Салливан и Кромвель»), а вскоре возглавили её… Фирма была связана с американским правительством и европейскими банками, с «королями» экономики и просто с королями. Среди её влиятельных клиентов, разбросанных по всему миру, числился и Уинстон Черчилль – друг янки, сын американки, министр военного кабинета в Первую мировую войну и будущий премьер-министр Британии уже во Вторую мировую войну… То есть у фирмы и её патронов был вполне определённый облик – космополитический, «золото-элитный»…

А вот ещё одна фигура – Уильям Джозеф Донован… Его роль применительно к событиям в России по достоинству всё ещё недооценена – если считать достоинством активную антироссийскую деятельность.

Будущий генерал Донован был на пять лет старше старшего Даллеса, но к началу Первой мировой войны ему исполнился всего 31 год. Донован воевал на Западном фронте – вначале в 69-м полку «Сражающиеся ирландцы», затем командовал 165-м полком, был трижды ранен и заработал медаль Почёта, Пурпурное сердце, розетку Почётного легиона, орден Британской империи, ещё несколько медалей и крестов, а также прозвище «Дикий Билл» (Wild Bill).

В русскую Гражданскую войну американские разведслужбы работали в России широко: и как прямые структуры разведки госдепартамента, военной и военно-морской разведки, и под прикрытием американской Молодёжной христианской ассоциации, и под прикрытием американского Красного Креста. Так, специальным уполномоченным американского Красного Креста по Сибири был майор Кендал Эмерсон, а его заместителем – майор Джордж В. Симмонс.

Донован подвизался как офицер связи армии США при адмирале Колчаке – прямом ставленнике Америки, о котором ещё будет сказано отдельно. Вернувшись в Штаты, Донован возвысился до поста заместителя генерального прокурора США, но потом «вдруг» ушёл в частную адвокатуру, стал своим человеком на Уолл-стрит и выбился в миллионеры.

В 1930-е годы этот опытный и деятельный эмиссар Золотого Интернационала много поездил по свету в якобы «частном порядке» – движимый якобы любознательностью. Он был в Эфиопии во время её захвата Муссолини, был в Испании во время гражданской войны, добирался и до более дальних, но не менее горячих «точек». В результате во время уже Второй мировой войны он стал создателем и руководителем разведывательного Управления стратегических служб (УСС) – предшественника ЦРУ.

Историк-американист Светлана Червонная, писавшая о Доноване, приводит слова его биографа Ричарда Данлопа:

«Корни американского Управления стратегических служб периода Второй мировой войны и его преемника – Центрального разведывательного управления – глубоко уходят в историю ХХ века. Можно сказать, что один из этих корней тянется к этому поезду и к этому человеку…».

Данлоп имел в виду спецпоезд, которым из Владивостока в Омск, выполняя поручение госдепартамента США, проехали в 1919 году командующий американским экспедиционным корпусом в Сибири генерал Уильям Грэвс, посол США в Японии Моррис и личный уполномоченный президента Вильсона – полковник Донован. Причём, как сообщает С.А. Червонная, автор весьма осведомлённый, «о том, что делал в Омске попутчик Грэвса и Морриса, документальных свидетельств не сохранилось».

Зато известно, что делал в 1919 году в Ташкенте американский консул Р.К. Тредуэлл. Совместно с английскими агентами Ф. Бейли и Эдвардсом и французскими агентами Капдевилем и Кастанье он курировал подготовку антисоветского мятежа. Мятеж готовила подпольная «Туркестанская военная организация», а возглавить его должен был скрытый белогвардеец бывший прапорщик К.П. Осипов, занимавший пост военного комиссара Туркестана. Предполагалось одновременное выступление в Ташкенте, Скобелеве (Фергане) и Семиреченской области, согласованное с наступлением английских интервентов и войск Колчака. Однако заговорщикам под угрозой разоблачения пришлось ускорить события и выступить лишь в Ташкенте – в ночь на 19 января 1919 года. Осипов обманом заманил якобы на совещание председателя Туркестанского ЦИК В.Д. Вотинцева и ещё 14 туркестанских комиссаров, которые были зверски убиты. После двух дней уличных боёв мятеж подавили, а Осипов, захватив золотой запас Туркестанского государственного банка, сбежал к ферганским басмачам, а оттуда – в Бухару.

Все эти даллесы, грэвсы, моррисы, донованы, лансинги, вильсоны, моэмы, а также рейли, локкарты, тредуэллы и т. д. имели разные личные судьбы, но сходились в том, что служили элитарным имущим кругам, а значит, ненавидели Россию и работали против неё до 1917 года, после 1917 года и, естественно, в том 1917 году, который стал в мировой истории беспрецедентно рубежным.

И все они были одновременно винтиками и творцами современной системы сохранения привилегий мировых элитарных слоёв, по самой сути своей враждебных интересам народов и демократии, если понимать под «демократией» то, что это слово в переводе с греческого и означает, то есть власть народа.

Американский экономист профессор Препарата – отнюдь не марксист – дал тем не менее вполне марксистскую характеристику мировой ситуации, начавшей формироваться ещё до Первой мировой войны и на Западе после войны лишь упрочившейся: