Томас Эриксон - Кругом одни идиоты

Что же нам делать? Ведь все мы очень разные. Все мы реагируем и ведем себя совершенно по-разному. И можно ли совмещать в себе черты разных личностей одновременно? Вопрос, конечно, очень занимательный.

А что если бы мы вели себя как стопроцентные хамелеоны? Что ж, было бы неплохо попробовать. Для нас, людей, естественно быть такими, какие мы есть, иными словами, демонстрировать наше базовое поведение. Но по самым разным причинам мы вынуждены адаптироваться к своему окружению. Принято считать и часто говорят, что мы должны быть гибкими и адаптивными, чтобы справляться с самыми разными ситуациями и быть в состоянии общаться с самыми разными типами людей. Появились даже такие понятия, как EQ [39] EQ (англ. Emotional quotient) – эмоциональная компетентность. и EI [40] EI (emotional intelligence) – эмоциональный интеллект. – эмоциональная компетентность и эмоциональный интеллект. Следует иметь в виду, что адаптация требует многих эмоциональных и энергетических инвестиций.

Наше естественное состояние – демонстрировать наше базовое поведение. А «неестественное» поведение требует постоянной адаптации.

Чтобы вести себя «как положено», требуются навыки, тренинги и энергия. Если мы не уверены в том, что «правильно», если мы не подготовлены или нам не хватает энергии, чтобы справиться с той ролью, которую мы в настоящее время считаем подходящей, нас будут одолевать страхи, сомнения и стрессы. Тогда мы теряем энергию и в результате демонстрируем окружающим наше базовое поведение. Возможно, окружающие будут шокированы, ведь они привыкли видеть нас в другом контексте.

В идеальном мире

В идеальном мире каждый может быть самим собой и все функционирует как по нотам – от начала и до конца. Все едины, и никто ни с кем не конфликтует. Такое место есть, и оно называется Утопия. Вряд ли мы сможем там оказаться. Я уже заметил в начале этой книги: если вы рассчитываете, что сможете изменить всех окружающих, то вы будете очень разочарованы. Во всяком случае, меня бы очень удивило, если бы вы смогли кого-нибудь изменить.

Неважно, какого вы цвета – красный, желтый, зеленый или синий, или совмещаете в себе оттенки нескольких цветов – вы всегда окажетесь в меньшинстве. Другие в большинстве своем будут держаться иначе, чем вы.

Каким бы сложным вы ни были, вы не сможете быть всеядным. Таким образом, вам придется приспосабливаться к другим, к тем, с кем вам придется иметь дело. Коммуникация чаще всего предполагает способность приспособиться к другим.

Хотя, впрочем, дайте подумать. Возможно, на самом деле это не так. Я могу быть самим собой. На самом деле я никогда не приспосабливаюсь ни к кому, и все очень хорошо получается. И так, вероятно, может длиться вечно.

Конечно, многое зависит от нас самих. Но не пытайтесь достучаться до всех, не надейтесь, что ваше послание будет воспринято всеми, к кому вы будете обращаться. Сможете ли вы смириться с тем, что большинство людей, с которыми вы сталкиваетесь, не воспринимает то, что вы говорите? Если смиритесь, то это вас избавит от многих проблем.

Ты это делаешь на автопилоте

Между прочим, мы все время адаптируемся, даже если не думаем об этом.

Адаптация является частью социальной игры, видимой и невидимой коммуникации, которая продолжается непрерывно.

Я предлагаю систему, которая обычно срабатывает. Вам следует адаптироваться с самого начала. Хотя оговорюсь – ни одна система не является стопроцентно надежной.

Некоторым людям, которых я встречал, нисколько не импонировала мысль, что им придется адаптироваться. Они считали, что это нечестный прием или манипуляции. Но повторяю: выбор, конечно, остается за вами.

Пример из практики

Я поведаю вам документальную историю о человеке, которого я встретил на своем семинаре много лет назад. Симпатичный и очень привлекательный молодой предприниматель, который достиг больших успехов в своей области. Адриано – назовем его так – по-настоящему желтый, истинный аналитик и стратег, с далекоидущими планами. Многие из которых, кстати, ему удалось реализовать.

Адриано никогда не рефлексировал на тему, какой он на самом деле или как его воспринимают другие. Для этого никогда не было никакого повода. Кто-то убедил его приехать на мои семинары, и он не знал, чем мы будем заниматься.

Мы обсуждали тему – типы человеческого поведения.

Полный рабочий день мы посвятили изучению разных типов поведения. После обеденной паузы я заметил, что Адриано чем-то раздражен. Его лицо стало серьезным, а жесты – скупыми. Пока я читал лекцию и анализировал разные ситуации, он все глубже погружался в кресло, и мне стало очевидно, что он думает о чем-то совершенно другом.

Я спросил, что его беспокоит.

Он буквально взорвался:

– Но я с вами не согласен! Я возмущен! Как вы можете классифицировать людей по таким стандартам? Загонять всех в единую матрицу?

Выяснилось, что ему чужда идея приспосабливаться к разным типам людей. И дело даже не в том, что он считал: все остальные должны к нему адаптироваться. Нет, его беспокоило то, что он увидел в моей классификации способ манипулировать им самим, и ему это очень не понравилось.

Я и все участники группы поинтересовались у него, а в чем, собственно, заключается проблема. Адриано заявил, что мы не можем классифицировать людей таким образом. Что это неправильно – использовать разные модели. Что жизнь вообще обесценивается, если отвергать эмоциональные критерии и обращаться к рациональным.

Кто-то сказал, что ему следует прислушиваться хотя бы к кому-нибудь, ведь он буквально притягивает к себе все конфликты. Развернулась нешуточная дискуссия, и через полчаса я был вынужден взять тайм-аут.

Я понимал озабоченность Адриано и уважал его за то, что он поднял этот вопрос. Он считал, что если все начнут адаптироваться друг к другу, то они потеряют свое истинное лицо. А в его иерархии ценностей не быть самим собой – величайшая ложь и обман.

Конечно, его можно понять. Хотя выбор всегда остается за нами. Чем больше мы узнаем о других людях, тем легче нам принимать некоторые решения. Соглашаться с другими или идти своим путем? Решение всегда остается за каждым из нас.

Адриано никак не мог согласиться с тем, что я как специалист мог детально описать его и даже привести примеры, как он ведет себя и как поступает в разных ситуациях. Когда я описал инструменты анализа, используемые для того, чтобы охарактеризовать индивида, он и вовсе замолчал.

Эта история со счастливым финалом. Мы сели с ним вместе и обсудили все нюансы. Этот эпизод и для меня стал серьезным уроком: я пришел к выводу, что мне следует осторожнее использовать свои знания и учитывать, что аудитория порой реагирует весьма болезненно.