Андрей Курпатов - Красная таблетка

Ну и напоследок... Эвелин Адамс заслуживает упоминания хотя бы потому, что умудрилась выиграть в лотерею дважды — в 1985 и 1986 годах. Общая сумма выигрыша была, правда, не слишком большой — 5,5 миллиона долларов. Но и её она умудрилась потратить с блеском! Все свои деньги она проиграла в том же казино. Ждала, видимо, третьего выигрыша... Сейчас бывшая миллионерша живёт в трейлере и уверяет, что теперь «вела бы себя умнее».

Перечисление подобных «счастливых случаев» можно продолжать и дальше. Но какой в этом толк? Надо осознать правило, чтобы и примеры-то были не нужны: если человек не заработал своих денег или, по крайней мере, не был правильно подготовлен к их наследованию, он не сможет ими здраво распорядиться.

Заработанные человеком деньги — это материализация его усилий, а затраченными усилиями люди не разбрасываются.

Если они во что-то инвестируют, то, в отличие от Уильяма Поста, делают это, осознавая ценность каждого доллара. Им бы и в голову не пришло бездумно ссужать их родственникам, чтобы те там что-то настартапили!

Не стали бы они, думаю, и щеголять достатком перед лицами, очевидно страдающими умственной отсталостью, как несчастный Джеффри. Это уберегает их от перспективы оказаться в сточной канаве с перерезанным горлом.

Если деньги падают на человека по счастливой случайности и у него нет навыков ими распоряжаться, быть беде.

Даже просто легко и вдруг заработанные деньги побуждают человека к бессмысленным тратам. Богатство уходит так же легко, как и появилось, оставляя, правда, человека более несчастным, нежели он был до этого.

Последний факт убедительно доказан уже даже не на отдельных примерах, а в большом и серьёзном научном исследовании, которое было проведено на статистически значимой группе таких вот «счастливчиков».

Правда в том, что когда нам обещают какое-то «счастье» — на земле и на небе, в этой жизни и во всех последующих, нас или откровенно обманывают, желая на этом заработать, или же подобные «пророки» и «волшебники» сами не понимают, о чём говорят.

Чего нам только не обещали коммунисты, либералы и консерваторы, а также устроители всевозможных христианских коммун, кибуцей, ашрамов и ретритов... Причём многие имели все шансы продемонстрировать состоятельность своих обещаний! Но ничего и ни у кого ни разу не вышло.

Что уж говорить, если даже крысы, помещённые в идеальные для жизни условия, находят способ превратить свою жизнь в ад...

Человек же существо куда более сложное, изворотливое, противоречивое, агрессивное и конфликтное. Куда всё это денется, если ему не придётся заниматься своим прямым делом — бесконечной борьбой с невзгодами и энтропией?

Так что, если кому-то кажется, что для счастья ему не хватает «всего лишь парочки миллиардов», расскажите ему про эксперимент «Вселенная-25».Быть может, это заставит его о чём-то задуматься.

Проблема ведь не в том, что нам опять, понимаешь, не везёт.

Проблема в том, что мы ждём этого везения, а нам просто и не может повезти! Это так не работает. И молитвы не помогут. Всё это банально плохой план.

Так какое же шило мешает нам наслаждаться счастьем даже в тех случаях, когда, казалось бы, все условия для него созданы? Ответ следует искать у той самой эволюции. И сейчас нам придётся занырнуть под самое, так сказать, днище человеческой природы.

Поскольку человек — животное стайное, он представляет собой, во-первых, биологическую особь, во-вторых, члена стаи (стада, прайда, группы, общества), а в-третьих, он ещё и представитель своего биологического вида.

Всё это накладывает на него определённые, так скажем, эволюционные обязательства: как биологическая особь он должен выжить, как член стаи — занять в ней определённое место, помогая её коллективному выживанию, а как представитель биологического вида — произвести потомство, действуя таким образом в целях самосохранения вида. В нашем случае — вида Homo sapiens.

И хотя культура — её этика, нравы и обычаи — существенно преображает биологическую особь под названием «человек», было бы наивно думать, что в нас есть какой-то другой физиологический движок, кроме инстинктов, на который всё это богатство культуры можно было бы посадить.

Превращая homo в sapiens’a, культура опирается на те самые наши базовые инстинкты — инстинкт самосохранения, иерархический и половой.Так что в них-то мы и поищем ответы на все наши «самые сложные вопросы».

Как культура повлияла на инстинкт самосохранения человека? Другие животные, хоть они инстинктивно и борются за выживание, не осознают своей смертности [20] Японский биолог профессор Тэцуро Мацудзава посвятил этому вопросу целый ряд исследований. В частности, он даёт весьма подробное описание поведения группы шимпанзе, которых он наблюдал в Боссу (Гвинея), которые никак не могли взять в толк, что делать с умершим маленьким детёнышем, и всюду таскали его труп за собой на протяжении двадцати дней. . Да и мы бы с вами этого факта не осознавали, если нам в своё время о нём не рассказали.

Кроме прочего, нам рассказали и о том, по каким причинам люди могут погибнуть. Именно поэтому мы боимся авиакатастроф, рака, СПИДа, ДТП и жировой эмболии сосудов, а животные — нет.

В некотором смысле мы боимся даже не реальных угроз (которых в нашей жизни на самом деле не так уж и много), а собственных знаний о том, что может быть опасно.

Обучить ребёнка «опасностям» — отдельное упражнение, которое родители производят с завидным упорством: туда не ходи — прибьёт, сюда руку не суй — оторвёт, держись за поручень — разобьёшься, надень шапку — менингитом заболеешь!

Впоследствии, когда мы, примерно к семи годам, кое-как осмысляем понятие смерти, мы начинаем самостоятельно обучаться различным возможным угрозам нашей жизни и здоровью.

Некоторые преуспевают в этом «обучении» настолько, что ввинчиваются в спираль невротического «страха смерти». Такой человек может страдать от панических атак, ипохондрии, страхом заражения или отравления, а также другими навязчивыми состояниями подобного рода.

Второй по значимости инстинкт для стайных животных — это инстинкт самосохранения группы. Этологи называют его «иерархическим» [21] Этология — наука о поведении животных, но, обращаясь к ней, и о том, что мы с вами тоже животные, забывать не следует. . По сути, это инстинкт, обеспечивающий животным стабильность их социальных групп.