Кен Дженнингс - Brainiac

Ухмылка Джерри растягивается от уха до уха, Алекс зачитывает его правильный ответ и объявляет итоговый выигрыш $35 201. На лицах десяти претендентов тоже заметна плохо скрываемая радость. Анна отправляется домой, а у нас, возможно, появляется шанс! Она философски воспринимает свое поражение, но неожиданно во мне просыпается жалость. Она играла достойно и легко и все же проиграла благодаря трагической случайности, произошедшей в последний момент. На ее месте мог бы оказаться любой из нас. Бог игры дал, бог игры взял.

Спустя еще полчаса Джерри становится уже двукратным победителем благодаря выпавшей в финале теме «Американская литература». Он знал, какой заглавный объект на груди героини романа 1850 года был окружен «искусной вышивкой и затейливым золототканым узором» [84] В романе 1850 года на груди героини Готторна «искусной вышивкой и затейливым золототканным узором» была выполнена «Алая буква». , и в сумме сорвал неплохой куш в $70 тысяч, зарабатывая в среднем за игру значительно больше, чем Анна. Может быть, став свидетелями падения с пьедестала Тайсона, мы получили нового Холифилда?

«В следующей программе в игру вступят Джулия Лазарус и Кен Дженнингс», — объявляет Мэгги, когда оставшихся восемь претендентов, будто скованных одной цепью, приводят обратно в фойе на санитарный перерыв. Мы тянем жребий, кто за каким подиумом будет играть. Я вытягиваю номер два — это значит, что я буду стоять за центральным подиумом. Стараясь успокоить свои разыгравшиеся нервы, я убеждаю себя, что центральный подиум самый лучший. Все действо будет словно вертеться вокруг меня. Кроме того, может быть, мне удастся подсмотреть, какие ответы пишут мои соперники в финальном раунде, как сделал Клифф, герой ситкома Cheers.

Я воспринимаю все происходящее, как в замедленном повторе — наверное, сказывается комбинация нервов и бессонницы. Но, когда я встаю к подиуму, сознание реально начинает отключаться. Сквозь пелену я замечаю гримера, который припудривает мне лицо, и члена технической бригады, который ставит Джулию на черный деревянный ящик, чтобы сделать ее на несколько дюймов выше.

Джулия, миловидная блондинка, занимается привлечением средств для Бродвейской театральной компании, и ее широкая застывшая улыбка говорит о том, что она так же напряжена, как и я. Джерри справа от меня выглядит совершенно расслабленным и, возможно, даже несколько обескураженным собственным успехом. «Если кто-то из вас победит, — говорит он хриплым и мягким голосом, — я абсолютно не расстроюсь. Я счастлив уже тем, чего добился».

Мы с Джулией записываем наши приветствия, которые повесят на интернет-сайт незадолго до игры и которые могут быть использованы в анонсе нашего эфира. Дома я посмотрел некоторые из них по интернету на официальном сайте Jeopardy!. Они чаще всего похожи одно на другое. Вы называете свое имя, родной город и затем как-нибудь шутливо и обычно довольно тупо обыгрываете либо имя, либо название города, либо домашний адрес. Мое выглядит прилично на бумаге, но когда я произношу его на камеру, оно кажется более убогим, чем крошка Тим Крэтчит [85] Персонаж короткометражного мультфильма производства The Walt Disney Company «Рождественская история Микки» (1983), созданного по мотивам «Рождественской песни» Чарльза Диккенса. Прим. ред. , и в два раза более раздражающим.

«Привет, Юта! Я Кен Дженнингс из Солт-Лейк-Сити, и я надеюсь, что весь штат-улей будет жужжать про мою игру в Jeopardy!». Такая вот, понимаете, игра слов: официальное прозвище Юты — «улей», поэтому и «жужжать». Я морщусь прямо в камеру от собственного бахвальства, но никакого второго дубля сделать мне не дают. Из-за заминки с «вольными упражнениями» съемки уже выбились из графика, а у Алекса билеты на вечерний матч «Лейкерс».

Сцену освобождают, Джон Лодердейл начинает посекундный обратный отсчет. Хотел бы я знать какие-нибудь секретные техники дзен, чтобы унять участившееся сердцебиение! Почему, нет, ну, почему я не провел молодость в Тибете, изучая боевые искусства, как какой-нибудь Брюс Уэйн из комиксов про Бэтмена?! Я заставляю себя вспомнить, что попасть в Jeopardy! — это мечта всей моей жизни. Теперь надо просто расслабиться и получить удовольствие.

Когда начинается запись, я осознаю, насколько сильно Jeopardy! напоминает прыжки с парашютом. Даже для телезрителя это стремительное шоу, на котором в полчаса времени загнан шестьдесят один вопрос и ответ, то есть в три или четыре раза больше, чем в «Миллионере» или других игровых программах. И даже этот привычно высокий темп оказывается просто головокружительным, когда ты играешь сам, а не сидишь расслабленно у телевизора на мягком диване. Здесь недостаточно в перерывах между порциями чипсов выдавать вслух ответы, когда они приходят вам в голову. Вам приходится прочитывать текст каждого вопроса глазами очень быстро, как только он появляется на мониторе, и к концу его озвучивания ведущим решить для себя, пытаться на него отвечать или нет. Если вы на это решаетесь, вам нужно приготовить большой палец, чтобы нажать на кнопку в оптимальное время. Когда вам удалось все это сделать и к тому же дать правильный ответ, тут же нужно выбрать следующий вопрос — то есть это решение уже должно созреть где-то на уровне подкорки. А еще необходимо все время следить за счетом и быстро принимать верные тактические решения. Как и при прыжке с парашютом, на вас моментально наваливается множество привходящих обстоятельств, которые вызывают стресс. Когда съемка заканчивается, большинство новичков Jeopardy! не могут поверить, что игра пролетела так быстро.

Алекс заходит в студию, и мы встречаем его аплодисментами. Первый раз я вижу его так близко. В глубине души у меня была надежда, что Алекс покажет нам закулисье шоу, даст последние напутствия и, хлопнув по спине, сердечно скажет: «Такие дела, чуваки!» Но в реальности игроков близко не подпускают ни к кому, кто может заранее знать вопросы, включая ведущего.

Внезапно оказывается, что процесс уже пошел. Джерри выбирает буквенную тему «Эпи… зоды», то есть слова, начинающиеся с греческой приставки «эпи-». Я по-прежнему чувствую себя так, как будто играю на автопилоте. Такое ощущение, что мой головной мозг работает наполовину, а основная нагрузка ложится на спинной мозг и мозжечок. Но я все же обыгрываю Джерри и Джулию на первых трех дешевых вопросах в теме, и это придает мне уверенности. Ответами там были «эпидемия», «эпилог» и «эпиграмма».

На последнем вопросе темы я первый раз испытываю хорошо знакомое еще со времен Кубка по викторине ощущение, когда ты нажимаешь на кнопку, еще не зная ответа, но зная, что ты должен знать правильный ответ. Это странное чувство. На кончике языка ответа еще нет, но на задворках сознания уже зажглась лампочка. Замкнулся нужный контакт — и ты рефлекторно жмешь на кнопку, пока мозг пытается вербализировать найденную связь. Это происходит на вопросе за $1000, который звучит так: «Этим термином называют изложение пространного труда или сочинения древнего автора» [86] Изложение пространного труда или сочинения древнего автора греки называют термином «эпитома». . Я еще не могу вспомнить слово, но оно кажется знакомым. Алекс называет мое имя, я глупо улыбаюсь, запнувшись на секунду, после чего выдаю правильный ответ.