Элизабет Эбботт - История целибата

Такого рода массовая сублимация оказывалась действенной, поскольку плясавшие до изнеможения шейкеры покорно соблюдали целибат. Никто никогда не слышал о том, чтобы среди них разражались сколько-нибудь значительные сексуальные скандалы, хотя враждебно настроенные по отношению к ним соседи и шейкеры-вероотступники, стремившиеся получить в опеку детей, остававшихся с родителями-шейкерами, обвиняли их в том, что те блудили напропалую. Однако такого рода обвинения не подтверждались надежными свидетельствами. Подавление сексуальности, ежедневно проводившееся в повседневной жизни, помогало многим верующим воспринимать целибат с радостью, а тем, кому это доставляло болезненное неудобство, помогало его терпеть. Этому способствовало и то, что мать Анна, обычно кроткая и сострадательная, терпеть не могла никаких ошибок и промахов. «Ты грязная потаскуха», – сказала мать Анна одной женщине, бросив на нее беглый взгляд [398].

Сила ярости матери Анны, направленная против сексуального вожделения, была центральным элементом движения шейкеров. Как ни странно, столь же сильное пристрастие она испытывала к резким выражениям. Шейкеры в основном придерживались принципов строгой экономии и простоты в обиходе, но в самовыражении мать Анна и ее последователи были необычайно изобретательны. Образное сравнение для принятия целибата – покориться «ножу для обрезания» – вполне выразительно и звучит достаточно убедительно.

Литература шейкеров также скорее отражает их яркие видения, чем притчи из повседневной жизни. Женщины из секты шейкеров одевались в унылые облачения, некое американское подобие хиджабов. Но мечтали они о небесных созданиях, «наряженных в одежды меняющихся ярких цветов, блестящих, как шелк. А на некоторых других были мягкие ткани с начесом, белые как снег… кого-то из них украшали драгоценности с бриллиантами, звездами, жемчугами и другими дорогими камнями» [399]. Конечно, на самом деле такие прекрасные вещи никогда не украшали шею, руку или мочку уха женщины, принадлежавшей к шейкерам.

Сублимации через танцы и воображения было недостаточно, чтобы поддерживать дееспособную общину соблюдавших целибат людей. Поэтому мать Анна прибегала к тем же самым проверенным временем методам, что применялись во многих организациях, в частности в монастырях, обитатели которых отторгались от «мира», чтобы обеспечить их безраздельную преданность. Она вместе с шейкерами упразднила, точнее говоря, искоренила само основание, на котором зиждилось общество: традиционную семью.

Гимн шейкеров

Гимн шейкеров [400]

Лишенные супругов шейкеры жили общинами как братья и сестры. Для тех, кто был несчастлив в браке, такой резкий отказ от брачных обетов мог показаться посланным Богом. Те, кто в браке был счастлив, и те, кто не состоял в браке, также соглашались соблюдать целибат как лишение, являющееся необходимым условием для обретения спасения. Но одного целибата было недостаточно: даже индивидуальная преданность соблюдавших целибат супругов несла угрозу сплоченному сообществу шейкеров.

Новое определение человеческого общества, сделанное шейкерами через посредство целибата, распространялось и на детей. Родители должны были передавать детей в специальное детское подразделение, где их воспитывали вместе с приемными сиротами. Вышедший позже из секты шейкеров ее бывший член обвинял своих бывших единоверцев в том, что «в их общественных или мирских связях, в действиях или предпринимавшихся мерах никогда не было жалости» [401].

Мать Анна всегда старалась доводить дело до конца, и потому вместо нескольких кровных связей шейкеры обретали принадлежность к духовным семьям, включавшим от тридцати до ста пятидесяти человек, породненных с четой двух старейшин – мужчины и женщины. Старейшины были наделены огромной властью. Они выслушивали принудительные исповеди, просматривали почту и изолировали мужчин и женщин, позволивших себя увлечь безрассудным страстям. Они наказывали за любую оплошность общественными насмешками, упреками и остракизмом и, не изолируя своих подопечных, препятствовали распространению их влияния на других членов общины. Они также поддерживали и упрочивали среди шейкеров равенство полов, что очень высоко ценили женщины общины, которым достаточно часто было непросто совладать с соблюдением целибата.

Другие преимущества для двух полов возникли позже, когда трудолюбивая, целеустремленная и хорошо организованная секта шейкеров стала процветать. Сначала, однако, жизнь была трудной, и первые шейкеры оставались такими же бедными, какими были «в миру». Распад их семей, социальные и экономические принципы обобществления и непривычно высокая роль женщин в обществе, все это вызывало серьезное напряжение среди членов общины. Но, как будто этого было недостаточно, шейкеры к тому же сталкивались с гонениями со стороны американцев, пытавшихся их наказать за то, что они выступали против института брака. Так, например, уже в 1810 г. на дом шейкеров в штате Огайо напали около пятисот разгневанных мужчин [402].

Шесть долгих лет понадобилось для того, чтобы установить в общине равноправие. К тому времени основное ядро шейкеров уже стало американизированным. Утраченные обряды и традиции сменились новыми, внутри общины утвердились гармоничные отношения. Благодаря трудолюбию и изобретательности шейкеров, бедность сменилась процветанием и материальной обеспеченностью.

Днем, но не одинокими ночами, шейкеры вели почти такой же образ жизни, как их соседи, разве что значительно больше времени уделяли молитвам. Женщины работали на кухнях и молочных фермах, занимались ткачеством и прядением. Мужчины трудились на фермах, в кузницах или в кожевенных мастерских. Они работали размеренно, без перерывов, избегая скуки за счет смены типа работы. Но важнее было то, что их поощряли выражать собственные представления практическими способами, воплощая свои задумки в действительность. Именно этим объясняется впечатляющий перечень изобретений шейкеров: бельевая прищепка, циркулярная пила, паркетный гвоздь, плоская метла, духовка или печь с вращающимися противнями и машина для чистки, удаления сердцевины и разрезания яблок на четыре части.