Виктор Кротов - Книга без титула и комментарии к ней. Ориентирование во внутреннем мире
- Название:Книга без титула и комментарии к ней. Ориентирование во внутреннем мире
- Автор:
- Жанр:
- Издательство:Литагент Ридеро
- Год:неизвестен
- ISBN:9785448345586
- Рейтинг:
- Избранное:Добавить в избранное
-
Отзывы:
-
Ваша оценка:
Виктор Кротов - Книга без титула и комментарии к ней. Ориентирование во внутреннем мире краткое содержание
Книга без титула и комментарии к ней. Ориентирование во внутреннем мире - читать онлайн бесплатно ознакомительный отрывок
Интервал:
Закладка:
Всё получилось иначе, чем я думал. Развивать книгу непрестанно, пользуясь её фрагментарной формой, оказалось неосуществимой задачей. Но свою роль эта форма сыграла – вплоть до той самой возможности войти в этот текст заново с помощью комментариев, которую я сейчас использую.
5
«Методическое изложение обладает способностью убеждать и доказывать, но в значительно меньшей степени даёт указания практического порядка; ведь такое изложение использует как бы круговое доказательство, где отдельные части взаимно разъясняют друг друга, и поэтому интеллект скорее удовлетворяется им; но так как действия в обычной жизни не приведены в строгую систему, а беспорядочно перемешаны, то тем более убедительными для них оказываются и разрозненные доказательства». 3 3 Бэкон, Френсис (Веруламский); 1561—1626; Англия; философ, государственный деятель.
6
У меня нет цели создать стройную и строгую систему непротиворечивых философских умозаключений.
Если постепенно и возникнет нечто логически последовательное и связное, этому не стоит ни радоваться, ни печалиться. Логичное – ещё не значит истинное. Цельное – ещё не значит неделимое. Всегда можно согласиться с одним и отвергнуть другое, использовать что-то само по себе, обрывая нити, если они не нужны.
8
Не собираясь придавать своим заметкам нарочитое наукообразие, не хочу впадать в другую крайность и кичиться отсутствием всяких намерений быть основательным.
Во многом я стремлюсь к тому же, к чему стремится всякая наука: к логическому выяснению истинного положения вещей. Об этом я хотел бы говорить с соблюдением всех правил логической грамматики. Но логика – лишь одно из орудий человеческого познания, а логичность – лишь одно из свойств восприятия жизни человеком. Вот почему я надеюсь не ограничиться чисто рассудочным анализом действительности.
9
«Я не питаю никакого пристрастия ни к сомнениям, ни к беспорядку. Я только боюсь потерять истину, остановившись на уверенности, что обладаю ею вполне». 4 4 Джеймс, Уильям; 1842—1910; Америка; философ, психолог.
10
Хотелось бы уберечься от эксплуатации свободно пришедших или, точнее, доставшихся в дар мыслей. Это не для меня работа: доводить идеи до универсальности, опровергать противоречащие им взгляды, выявлять родство с авторитетами и сопротивляться оппонентам, не позволяя им покушаться ни на оригинальность, ни на преемственность твоих воззрений…
Судьба помогла мне в этом желании. Мне довелось просто думать обо всём, что мне представлялось важным. Даже когда я мысли эти записывал, даже когда приводил их в читаемый вид, даже когда они находили читателей, всё это не имело особых последствий. О публикациях нечего было и думать до самого последнего времени. Судьба оберегла меня от соблазна козырять результатами своих размышлений, и я рад этому, потому что не уверен, что достойно выдержал бы испытание тиражированием, а уж тем более медными трубами.
11
«Лучше всегда прямо высказать, как думаешь сам, не пытаясь много доказывать. Все приводимые нами доказательства являются ведь только вариациями наших мнений, и люди противоположного образа мыслей не слушают ни того, ни другого». 5 5 Гёте, Иоганн Вольфганг; 1749—1832; Германия; поэт, писатель, философ, учёный.
12
Большей частью я позволял себе пренебрегать описаниями, переводящими отвлечённые идеи на язык непосредственных жизненных ситуаций. Причина этому не в любви к обобщениям, а в нежелании загонять восприятие читающего в узкое русло конкретности. Примеры, которые я мог бы придумать, изобретательный читатель придумает лучше меня. Случаи, которые я взял бы из своей жизни, читатель возьмёт из своей (а если не найдётся похожего, значит и мои случаи не имели бы отзвука). Короче говоря, я избегаю примеров так же, как избегаю доказательств: и те и другие – родственники излагаемых убеждений, их свидетельства пристрастны.
13
Здесь часто повторяются слова «нельзя» и «надо». Это не попытки самовлюблённого спесивца продиктовать свои законы морали или выработать универсальные правила общежития. Все эти долженствования обращены скорее к себе самому. Они проистекают из стремления выявить или угадать некоторые закономерности сознания и поведения. Такие, чтобы с представлениями о них человек мог жить и развиваться удачливее, чем кружась вслепую.
14
В наше время, расположенное к фактам и цифрам, исследовать такие риторические понятия как «счастье», «справедливость», «мудрость» и пр. – неблагодарное занятие. Не только перед другими, но и перед самим собой иногда испытываешь неловкость за перекапывание давно известных представлений. Но что делать, если эти избитые и надоевшие проблемы кажутся всё-таки наиважнейшими…
«Каждый, кто уверен в том, что ему есть что сказать относительно этического самосознания общества и индивидов, имеет право говорить теперь, хотя время выдвигает на первый план политические и экономические проблемы. Неактуальное на первый взгляд оказывается жгуче актуальным. Внести нечто весомое и прочное в решение проблем политической и экономической жизни мы сможем лишь в том случае, если возьмёмся за них как люди, стремящиеся прийти к этическому мышлению». 6 6 Швейцер, Альберт; 1875—1965; Германия; философ, врач, музыкант
15
Настойчивые перепевы некоторых идей, непропорциональные, может быть, их значению, не означают, что я особенно преуспел в понимании того или иного вопроса. Скорее напротив: это говорит про обострённую потребность в нём разобраться. Пусть инстинкт читателя поможет ему отрешиться от излишней авторской настойчивости там, где всё ясно с полуслова.
16
Любое честное выражение мировоззрения – даже логически стройное, даже строго следующее классическим философским традициям, использующее каноническую терминологию и общепринятый способ изложения – по сути всего лишь исповедь. Вольный стиль лишь усиливает этот личностный импульс, но в скрытом виде он присутствует всюду.
Абстрактные или безличные суждения помогают снимать напряжённость разграничения между пишущим и читающим. Но и с их помощью я не берусь выразить ничего, кроме собственных взглядов, сомнений и надежд.
17
В этом вступлении я забочусь не столько об изложении общих принципов, сколько о том, чтобы по-честному предупредить о своих намерениях. Пусть тот, кому книга не может принести никакой пользы, расстанется с ней скорее, чем начнёт сожалеть о напрасно потраченном внимании.
Читать дальшеИнтервал:
Закладка: