Сергей Малицкий - Трепет

– Пойдет, – кивнула Туррис. – К тому же появилась надежда, что если мы встретим врага, то, прежде чем Орс его затопчет и порубит, враг умрет со смеху. Хотя сначала умрет со смеху стража на воротах Раппу. Что там написано в ярлыке нашего друга? Орс Маленький? Весело!

– Кто же мог знать? – сдержала улыбку Кама.

– Провидение ведет нас по жизни, – усмехнулась Туррис. – Даже наши глупости придуманы им.

– Безответственность какая-то выходит в таком случае! – подал голос Орс. – А я вот не полагаюсь на провидение. С меня хватит и случая. Как ты думаешь, Туррис, могу я понравиться женщине в таком виде?

– Что? – удивилась угодница. – Долгие годы среди гахов заставили тебя вспомнить о женщинах?

– Нельзя вспомнить то, о чем не забывал ни на минуту! – прогудел Орс. – Особенно в последние месяцы, когда Виз Вини подселила ко мне прекрасную Камаену.

– Ну что я могу тебе сказать? – пожала плечами Туррис, толкая ногой калитку у небольшого, притулившегося у скалы домика на окраине Туна. – Я видела тебя голым, не знаю, можешь ли ты понравиться, но испугать можешь. Заводите лошадей. Перекусим, заодно я попрощаюсь со своим домом.

…Прощание было коротким. Орс с трудом поместился в крохотной и единственной комнатушке и в самом деле скромного жилища, зато снеди, которую Туррис выложила на стол со словами «надо доесть, иначе все пропадет», уделил как раз столько внимания, чтобы расправиться с нею полностью. Затем великан выбрался во двор, где, судя по свисту и пыхтению, принялся осваивать двуручник, а Туррис поставила на плиту небольшой печурки котел с водой, села напротив Камы и раскатала на столе объемистый кожаный кисет, который обнажил нутро множеством карманов и подвязанным к нашитым петлям мешочков.

– Давай-ка я чуть подправлю твою красоту, – предложила Туррис Каме. – Не хотела бы, чтобы всякий стражник застывал, глядя на тебя, с открытым ртом. Да и мало ли общих знакомцев?

– Надеюсь, что обо мне все забыли, – покачала головой Кама.

– Не надейся, – огорчила ее Туррис, протянула руку и осторожно коснулась подбородка. – Скажи мне, что тебя держало шесть лет в логове Виз Вини?

– Не знаю, – призналась Кама. – Но они пролетели стремительно. Наверное, ощущение, что ты стоишь рядом с тайной собственной земли. Мне не было скучно. Каждый день я открывала для себя что-то новое. Даже тогда, когда выполняла день за днем вроде бы бессмысленные движения. Правда, в эти дни я открывала что-то новое скорее в самой себе.

– Тогда давай сделаем тебе новое лицо, – предложила Туррис. – Не волнуйся, резать или лепить поверх твоего нынешнего лица ничего не будем. Достаточно нескольких черточек, и ты изменишься. Причем сможешь даже умываться, не думая о краске.

– Чего ты хочешь? – не поняла Кама.

– Хочу, чтобы тебя не узнавали, – объяснила Туррис. – Без всякой магии. Я в этом мастер. Ты слишком красива, чтобы остаться незамеченной, значит, твою яркость надо заменить другой яркостью. Ты будешь седой и изможденной жизнью. Седыми будут даже твои брови и ресницы. Травяным раствором, который держится пару месяцев, я подчеркну твои скулы, заострю подбородок, провалю глаза. Изображу морщины у рта, носа, на лбу и на висках. Не бойся, через два месяца все это сойдет само собой. Или раньше, если ты умоешься репейным маслом.

– Как долго это займет? – поинтересовалась Кама.

– Меньше часа, – ответила Туррис. – Но потом нам придется спешить.

– Мы куда-то торопимся? – спросила Кама.

– Да, – кивнула Туррис. – С двадцатого числа первого месяца зимы нам нужно быть в Хоноре. Там соберутся все угодники. Все, что остались. Виз Вини сказала об этом. У нас есть еще три недели. Я позвала тех, кого нужно. Они приведут остальных.

– Позвала? – удивилась Кама.

– Да, есть магия, в которой я сведуща, – прищурилась Туррис.

– Значит, мы идем туда, где собираются угодники? – кивнула Кама. – И мы должны отвести туда Орса? Тебя и Орса? Конечно, если он все еще угодник. И почему Виз Вини собирает угодников? Какое она имеет отношение к их ордену? Она ведь вроде бы занимается другим?

– Ты говоришь об убийствах? – усмехнулась Туррис. – Снимай рубаху, тебе придется раздеться до пояса. Не мне судить о Виз Вини, но Син говорил, что, если она возьмется помогать кому-то, значит, над Анкидой, над всей Ки и в самом деле нависла опасность. Честно говоря, я очень удивилась, когда она появилась у меня вместе с Эсоксой. Слышала от Портенума, что лет шесть назад, даже чуть раньше она распустила свой орден, и вот у нее появились две новые ученицы. Только ведь ее орден никогда не был орденом для убийств. Тот же Син сам удивлялся, вроде бы и слышал о некоторых ее деяниях, и даже здесь, в Туне, продавались прирученные сэнмурвы, о которых вполголоса говорили, что они могут быть посланы в Орден Смерти с заказом на любое убийство, якобы даже король Пурус покупал такого зверя, но ни разу нигде никто не жаловался на необъяснимые смерти.

– Она не учила меня убийствам, – подала голос Кама.

– Никто не может быть уверен в сути собственных навыков, пока не настанет время их применять, – проговорила Туррис. – Я посмотрела на твою подружку, Эсоксу. Так вот она, как мне показалось, очень напоминает убийцу. Холодную и бесстрашную. Я бы не пошла в Хонор. Но Син еще несколько лет назад сказал, что, если появится Виз Вини и скажет, что надо идти куда-то, туда надо идти. И тебе тоже. Ты тоже угодница.

– Я? – едва не закашлялась Кама, чью голову как раз теперь намазывала каким-то составом Туррис. – Почему же?

– Потому что ты призвана, – ответила Туррис. – И ты, и Эсокса, и другие люди, которые могут и не подозревать, что они призваны в число угодников. Но в этом призвании есть одна тонкость. О нем никто не объявляет, разве кто-то обратит внимание со стороны, вроде меня, и тебя никто не будет удерживать. Это не Орден Света, уход из которого равносилен отсроченной смерти. Ты можешь уйти в любой миг.

– И теперь? – не поняла Кама.

– В любой миг, – вздохнула Туррис. – Помахать ручкой, раскланяться и исчезнуть. И никто не будет тебя удерживать.

– Но как же… – удивилась Кама. – Я так… не могу.

– В том-то и дело, – согласилась Туррис. – И вот еще что. Несмотря на все ужасы, которые выдумывают о Виз Вини, она тоже никого не удерживает. Хотя лет тридцать назад, как рассказывал Портенум, три ее воспитанницы убежали из ордена. И даже унесли одну из двух ее великих ценностей, одну из двух Паутин Смерти. И, кажется, она настигла их и убила. Правда, через некоторое время после бегства и по отдельному заказу от очень влиятельной персоны.

– Откуда Портенум или Орс мог узнать об этом? – спросила Кама, жмурясь, чтобы едкий раствор не попал ей в глаза. – Виз Вини не показалась мне болтушкой.