Андрей Быстров - Эффект проникновения
- Название:Эффект проникновения
- Автор:
- Жанр:
- Издательство:АРМАДА: «Издательство Альфа-книга»
- Год:2000
- Город:Москва
- ISBN:5-93556-020-8
- Рейтинг:
- Избранное:Добавить в избранное
-
Отзывы:
-
Ваша оценка:
Андрей Быстров - Эффект проникновения краткое содержание
Ученый-физик, ставший свидетелем аномального явления в тайге под Хабаровском и пытающийся найти пропавших коллег… Отставной сотрудник КГБ, разгадывающий тайну средневековой рукописи, за которой тянется кровавый след… Русский разведчик, подозревающий своего коллегу-американца в двойной игре и случайно обнаруживший у него в доме загадочную пластинку-ключ… Вряд ли кто-либо из перечисленных героев мог представить себе, что их расследование приведет к столкновению с представителями Сопряженного Мира, мира «бессмертных». И теперь их задача – спасти земную цивилизацию от неминуемой катастрофы…
Эффект проникновения - читать онлайн бесплатно полную версию (весь текст целиком)
Интервал:
Закладка:
Юра Гладилин имел в институте репутацию рассудительного ироничного скептика – из тех, кто и в реальности телеграфного столба будет сомневаться, пока не потрогает его руками. Невозмутимый, основательный, нечуждый некоторой доли научной романтики (но в строгих рамках экспериментальных доказательств!) – таким знала его и беспредельно влюбленная в него жена. Она была буквально потрясена, когда он предстал перед ней в третьем часу утра со спутанными волосами, в которых искрились тающие снежинки, с безумным блуждающим взглядом.
В ту ночь Юра так и не вымолвил ни слова о том, что его испугало и встревожило. Лишь к вечеру следующего дня (на работу он не пошел, отговорился по телефону переутомлением и недомоганием) Гладилин рассказал Тане все.
– Ты ведь помнишь, – спросил он, прикладываясь к чашке с обжигающим чаем, – над чем мы с Володей Бажиным работали? Торсионный анализатор молекулярного спектра.
– Да, конечно, – неуверенным тоном подтвердила Татьяна.
Она не страдала забывчивостью, но для нее, записного гуманитария, слова «торсионный анализатор» звучали шаманским заклинанием.
– Так вот… Вчера Бажин ушел домой, а мне очень хотелось одну нашу догадку проверить… Если в экспериментальном генераторе торсионного поля удалить одну микросхему и заменить ее на… Впрочем, это не важно. Я произвел замену и продолжал работу за компьютером. Изредка я поглядывал на экран торсионного приемника, где можно было визуально проконтролировать результат после полной загрузки системы. Но что-то пошло не так… Ошиблись ли мы в расчетах, или я напортачил с монтажом схемы, или… Не знаю. В общем, сначала запахло горелой изоляцией, потом послышались резкие щелчки – знаешь, как у автоматических предохранителей, хотя у нас в лаборатории таких нет. Искры посыпались… Я повернулся к распределительному шиту, чтобы прекратить подачу электрического тока. Таня, я точно помню, что вырубил этот проклятый ток, черт побери! Да и тумблер потом оказался в нижнем положении! Это я заметил, когда уходил, хотя мне было крепко не до тумблера…
– Успокойся, – нежно сказала Таня. – Ну, вырубил, и дальше что?
– А ничего! В смысле, ничего не изменилось, все так же щелкало и искрило – в обесточенной-то схеме! Ну а потом я посмотрел на торсионный монитор.
Здесь Гладилин надолго умолк и только после новой чашки чая заговорил снова:
– Там было изображение… Но не совсем там. Когда ты смотришь на экран телевизора или компьютера, все происходит за стеклом и ты четко осознаешь это, верно? А тут стекло будто растворилось. То, что я видел, было очень ярким и рельефным, объемным. Я будто бы находился и перед монитором, и внутри него, и там, где… Словом, был как бы среди этих событий, участвовал в них.
– Как в стереофильме?
– Намного реальнее. Я даже запахи помню. Ну, насчет запахов, может быть, это моя фантазия, но в лаборатории-то воняло горелой изоляцией! А такой аромат перебить… Гм…
– Но что ты видел? – Таня придвинулась к Гладилину, ощущая, как ей передается его возбуждение.
– Сначала – город… Или что-то похожее, словно с высоты, метров с тридцати. Ряды одинаковых домов, очень унылых, типа бараков. Правильная геометрическая планировка. Город под сумеречным небом, таким тоскливым, точно там никогда солнца и не бывает. И вся картина невыносимо тоскливая, печальная. Пейзажи вокруг вроде бы осенние, но осень эта какая-то окончательная, про такую Пушкин не написал бы «Очей очарованье». Деревья неподвижные, как из гипса, ни ветерка. Листья мрачных, пугающих тонов. Вот там и пахло как-то жутко, словно в операционной или даже в морге… А в городе – никого на улицах, ни единого человека. Изображение двигалось, как если бы я летел над городом. Иногда видел внизу перевернутые, разбитые машины, одна машина горела… Потом я увидел другой город, или, может быть, другую часть того же города, с широкими проспектами, красивыми особняками, фонтанами… Но и здесь царило полнейшее запустение. Разбитые окна, взломанные двери, мусор на улицах… И тоже нигде никого. А затем картина как-то быстро сместилась – там вообще все менялось очень быстро, будто я сидел внутри летательного аппарата, перемещавшегося порой с огромной скоростью, почти мгновенно. Появились горы или скалы под тем же давящим небом и темнота между ними. В эту темноту шли люди… Много людей, наверное, человек двести. Я смотрел на них с высоты, сзади и под углом. Они были одеты в какие-то серые балахоны с капюшонами, полностью закрывающими головы. Толпа брела в едином медленном ритме, с низко опущенными головами, и темнота поглощала людей. О господи! Это было похоже на сошествие в ад.
Гладилин перевел дыхание и продолжал:
– Потом я очутился в каком-то зале, вероятно подземном, расположенном на большой глубине, – почему-то у меня сложилось именно такое впечатление. Тусклое освещение, много непонятной аппаратуры, разобранной на части или просто покореженной. К стене жались люди, их лица были искажены ужасом, рты раскрыты. Вероятно, они кричали от страха, но я не слышал криков. На них надвигались громадные, черные безголовые фигуры с вытянутыми вперед руками. Тут снова быстрый полет, смещение изображения – и я вновь оказался под открытым небом, в местности, где, по всей видимости, произошла какая-то катастрофа. Там были руины, развалины, так изуродованные, что не представлялось возможным понять, от каких объектов они остались. И вот здесь я увидел совсем рядом черную фигуру без головы. Она состояла точно из плотного сгустка клубящегося черного тумана, ее очертания были как бы не совсем реальными. И этот туманный монстр, это порождение мрака… Он тянул руки к моему горлу!
Схватившись за чашку, Гладилин судорожно глотнул.
– А дальше? – спросила Таня с замиранием сердца.
– Почти все. Я – тот виртуальный я, который находился внутри этого странного мира, – метнулся прочь от чудовища. Промелькнули еще какие-то картины – толпы людей с бессмысленными улыбками, показывающих пальцами вверх… И все погасло. Я сидел перед темным монитором в лаборатории. Плохо помню, как я выбежал оттуда, как домой добирался… Таня, ты литератор, твое воображение богаче моего. Эти картины погибающего мира… Скажи, к какому каналу я мог подключиться, что мог видеть? Другую планету? Ужасное будущее нашей Земли?
– Ты говоришь, там были машины, дома, люди – все, как у нас?
– Не знаю. Я не рассматривал подробно. На беглый взгляд – все, как у нас… Но не поручусь.
После непродолжительного молчания Таня осторожно произнесла:
– Юра, в вашей лаборатории, наверное, хватает разных излучений… Даже домашний компьютер создает сильный фон, а у вас…
– Ты о чем? Ах да… Знаешь, может быть. Об этом я как-то не подумал. Ну да! В момент разрыва цепи мог возникнуть кратковременный мощный высокочастотный импульс, около 415 мегагерц… Такая частота черт-те как воздействует на человеческий мозг… И потом, когда я выключил ток, просто-напросто галлюцинировал у пустого монитора… Да, такое очень возможно.
Читать дальшеИнтервал:
Закладка: