Семён Афанасьев - Не та профессия 1

Азара так активно чем-то постоянно занимался, что только почтенный возраст Раушан и помог ей понять: за всеми его действиями стоит какой-то единый замысел. Просто замысел этот ясен только ему самому.

К чужим начинаниям всегда следует относиться с уважением, это в Степи знает всякий.

И вот сейчас, они с дочерью хана зачем-то направились в сторону реки. Раушан проводила их взглядом, посмеиваясь: чужак по-прежнему не умеет ездить верхом. И даже не пытается научиться.

Вместо этого, он бежит рядом с рысящим конём, держась за седло. Справедливости ради, в своём беге он не сильно и отличается от коня, идущего рысью… Ещё, кажется, и разговаривать на бегу умудряется…

Видимо, раньше он просто рос где-то в другом месте: чтоб дожить до таких лет и не сидеть на коне — для этого определённо надо жить где-то за пределами Степи.

Хотя, этому азара и не всякий айгыр под седло сгодится: надо долго выбирать, потом долго тренировать.

Второй причиной благодушия старой Раушан в адрес азара стали слова её подруги Сауле. Прямо заявившей по секрету, что с дочерью хана тот именно что только ночует в одной юрте. Но больше — ничего такого.

— Девственна она ещё, точно тебе говорю, — уверенно шепнула Сауле на ухо день назад. — Вижу. Специально два дня присматривалась…

И верить Сауле в этом вопросе можно, потому что она — лучшая повитуха на десятки стойбищ уже много десятков лет. И такие вещи она действительно чувствует без ошибок.

Глаза Раушан уже не те, что были раньше. Но вдаль она по-прежнему видит хорошо.

Азара зачем-то забрался в середину реки и замер со своей палкой, стоя на камне. А дочь хана, отъехав по его взмаху руки на три полёта стрелы, расположилась на берегу и занялась своим жеребцом.

__________

Пробная рыбалка удалась. Правда, попутно пришлось использовать клинок своего шеста, потому что сделать острогу оказалось не из чего: во всём стойбище не оказалось ни единой ненужной подходяще палки. А до ближайших деревьев, по словам Алтынай, двигаться как бы не пару дней на лошади.

Несколько десятков минут ожидания на камне в середине течения полугорной реки оказались вознаграждены: какая-то крупная рыбина с красным цветом мякоти неосторожно проплыла в досягаемости моей руки.

А я своего не упустил.

Рыбина, правда, соскочила с клинка (никак для загарпунивания не предназначенного). Но она уже была убита, потому я её быстро догнал вплавь и уже вместе с рыбиной, под удивление Алтынай, выбрался на берег.

Алтынай поудивлялась моему умению плавать ( у них, оказывается, плавать почему-то не умеет никто. СТРАННО. Мало информации, но настораживает повторно ). Потом обрадовалась рыбе (тянущей, навскидку, килограмм на десять с лишним). И вот теперь, перекинув рыбу через пару каких-то хитрых ремней, свисающих с её седла, Алтынай мерно двигается рысью в сторону нашей юрты.

А я привычно бегу рядом.

Кстати, надо действительно будет попробовать научиться ездить верхом. Тут конь ещё и вопрос статуса.

А мне кажется, события заворачиваются так, что долго пренебрегать производимым впечатлением у меня не получится.

__________

Первый Магический Колледж.

Приёмная кабинета Декана.

— Господа, прошу проследовать со мной в офис Главного Военного Прокурора, что в южном крыле второго дворцового комплекса, — говорит Пун Декану и Валери, поднимаясь им навстречу из кресла примерно через два часа после встречи «за закрытыми дверями» в кабинете Декана.

— От нас что-то требуется? Есть ли какие-то моменты, о которых нам следует знать заранее? — интересуется Декан на ходу.

— Не думаю, — безмятежно отвечает Пун. — Лично мне ситуация более чем ясна. Что делать, тоже понятно. Просто будьте рядом.

__________

Южное крыло второго дворцового комплекса.

В крыле Главного прокурора открывается самая первая входная дверь и через приёмную, не останавливаясь, проходят Пун, Валери и Декан.

Адъютант вскидывается из-за стола, но Пун показывает ему из-за ворота формы какой-то жетон. Адъютант, явно удивляясь, садится обратно на место, не говоря ни слова.

Посетители из Первого магического Колледжа без стука входят в двери с табличкой «Дежурный прокурор», обнаруживая в кабинете сидящего за столом человека средних лет, склонившегося над бумагами.

— С кем имею честь, господа? — удивлённо поднимает на вошедших взгляд явно погружённый в работу человек, сидящий за столом.

— Служебная необходимость, — безэмоционально говорит Пун. — Необходимо ваше содействие. Во время выполнения задания…

— … Глава рода Бажи — очень большой человек. Бажи вообще немалый род, и такие же чины, — не спешит соглашаться чиновник. — Вы уверены, что учитываете все последствия?

— В списке моих обязанностей, учёт недовольных не значится, — едва заметно улыбается Пун. — Давайте каждый будет делать то, что должен? И не стараться думать за других? Или у вас какие-то иные соображения касательно служебных обязанностей?

Валери и Декан молча и с интересом наблюдают за беседой со стороны, не делая никаких попыток в ней поучаствовать.

— Проверка заявленного вами потребует времени. И усилий. — Спокойно глядя на Пуна, отвечает дежурный прокурор. — Прокурор не может задавать вопросы подобным образом до того, как убедится в виновности хотя бы на уровне личных впечатлений.

— Вы путаете роли и функции. Я бы мог согласиться с вами, если бы вы являлись источником какого-либо правового решения по данному вопросу, — Пун без приглашения садится в кресло для посетителей сбоку от стола и кладёт на стол какой-то жетон, который перед этим достаёт из-под формы и снимает вместе с цепочкой через голову. — Но в данном случае, речь о другом. Вы мне нужны исключительно в своей наблюдательной функции. А именно: как представитель службы, контролирующей соблюдение законности в Империи. Никаких функций дознания в данном случае от вас я не жду. Не присваивайте себе того, что вам не поручают. Пожалуйста. — Те, кто знает Пуна лучше, могут понять, что это было предпоследнее предупреждение.

При виде жетона, дежурный прокурор чуть меняется в лице и удивлённо смотрит на Пуна. Не прикасаясь к самому жетону.

— Да просто поднесите его к вашему служебному связному амулету, по которому связываетесь с Её секретариатом, — холодно усмехается Пун. — Подтверждение автоматически будет и запрошено, и получено.

— Никогда не сталкивался с таким раньше лично, — извиняющимся тоном говорит прокурор. С опаской глядя на жетон.

— Что не отменяет регламентов вашего взаимодействия. Ну если хотите, можете вообще послать в Секретариат за подтверждением нарочного, — пожимает плечами Пун. — Десять минут я подожду. Но прошу учесть. Как Соратник Её Августейшества, я уже подозреваю вас в нелояльности и пренебрежении служебными обязанностями.