Валерий Большаков - Багатур
- Название:Багатур
- Автор:
- Жанр:
- Издательство:АСТ
- Год:2011
- Город:М.
- ISBN:97В-5-17-071108-6
- Рейтинг:
- Избранное:Добавить в избранное
-
Отзывы:
-
Ваша оценка:
Валерий Большаков - Багатур краткое содержание
Он стал Магистром, приближенным самого византийского императора…
И тут Судьба бросает его в будущее — на триста лет вперед, в страшный 1237-й год, прямо под копыта конницы Батыя.
И снова приходится выживать, снова подниматься из простых воинов…
Он поднимется, не вопрос. Но знать бы еще, какой стороны держаться…
Стоять ли за русских князей, братоубийц и губителей собственного народа?
Или поддержать монгольских ханов, огнем и мечом насаждающих новый порядок?
Багатур - читать онлайн бесплатно ознакомительный отрывок
Интервал:
Закладка:
Конники даже привставали с сёдел, дабы не пропустить увлекательного зрелища, и Олег не разочаровал почтенную публику — мгновенно выхватив меч, он с размаху ударил рысака варяжского плоской стороной клинка. Звонкий шлепок мигом сменился диким ржанием — рыжий рванул с места с такой прытью, что всадник почти упал спиной на круп.
Дорога освободилась, и Сухов чуток пришпорил чалого, хотя и не надеялся, что его оставят в покое. Так и вышло — конники, только что скалившие зубы, сурово нахмурили брови и потянулись к оружию.
— Ребята, — ласково заговорил Олег, — убить-то вы меня, конечно, убьёте, но двоих-троих из вас я обязательно прихвачу с собой. Может, и пятерых — это уж как повезёт.
— А вот хрен тебе! — воскликнул молодой воин. Он был без шлема, и его большие, лопухастые уши смешно оттопыривались, алея на просвет.
— Уши побереги, — хладнокровно посоветовал Сухов.
Добрый молодец бросил коня вперёд, сверкнула степняцкая сабля… Нет, прямой меч оказался быстрее — клинок отсёк молодчику левое ухо. Струйки не в меру горячей крови протекли за ворот чешуйчатого панциря.
— У-уй! — по-детски вскрикнул молодчик, мигом растеряв весь гонор.
— Займись им, Понч, — обронил Олег.
Демонстрация силы помогла — двое самых безбашенных всадников кинулись на Сухова, но вот основная масса придержала коней, оценив удар — молниеносный, могущий стать смертельным, но не ставший им.
Парочка наехала на Олега с двух сторон, грозя короткими копьями с крючьями, как вдруг раздался грозный бас военачальника, и копейщики неохотно отступили.
Хмурый командир подъехал поближе и спросил:
— Ай издалека?
— Из греков, — ответил Сухов.
Тут его перебил недовольный голос Пончика:
— Да убери ты свою железяку, дурак! Дай перевяжу!
Все повернулись к пострадавшему, рану которого пытался затампонировать Александр.
— Ну, куда ты руку суёшь?! — орал Пончев, серчая. — Занесёшь заразу — и майся с тобой потом!
— А это кто? — Командир качнул шлемом в сторону Шурика.
— Это мой оруженосец и врач, — ответил Сухов.
— А ты?
— А я — странствующий рыцарь.
— Латинянин небось?
Конники напряглись.
— Мы оба православные, — сказал «странствующий рыцарь».
— А не врёшь? — прищурился «варяг».
— Вот те крест!
Конники расслабились.
— Имя? — осведомился старшой.
— Имён у меня много… Можешь звать меня Олегом.
— И куда ж ты собралси, Олег?
— До князя Ярослава Всеволодовича собралси.
— А на что тебе князь?
— А послужить хочу князю. Ещё вопросы будут?
— Ишь ты, ершистый какой! Думаешь, раз ухо мальцу отчекрыжил, так и всё, в герои выбилсси?
— Могу и голову отчекрыжить, — холодно сказал Сухов. — Ему или тебе, мне без разницы.
— Не ерепенься! — буркнул старшой. — Меня кличут Якимом Влунковичем, [39] Реальное историческое лицо.
я у князя воевода н а больший, новоторжан [40] Новоторжане — жители города Новый Торг («пригород» Новгорода Великого), ныне Торжок. Суздальцы — здесь не жители Суздаля, а выходцы из Владимиро-Суздальского княжества, в данном случае переяславцы.
в узде держу и за всеми прочими приглядываю. Понял? Во-от… Али ты думал, будто сам Ярослав Всеволодович в дружину бойцов призывает? Не, без моей воли ни один конный али пеший в строй не становитсе! Понял? Во-от…
— А мне в строю делать нечего, — по-прежнему холодно вставил Олег, — вырос я из рядовых.
— Да цто ты говоришь? — съехидничал Яким.
— Что есть, то и говорю, — отрезал Сухов. — Я флотом командовал, тысячи в бой водил, крепости брал. Негоже мне всё сызнова начинать, не юныш какой.
— Так ты, смотрю, в воеводы метишь?
— Согласен и сотником начать.
Влункович довольно крякнул.
— Не, нам такие люди нужны! — осклабился он. — Наглые! Дерзкие! Поставлю тебя десятником. Понял? Во-от… Ежели портки не обгадишь и всё как есть исполнишь, тогда и потолкуем. Лады?
— Лады, — кивнул Сухов. — Чего надо хоть?
— Подол взять приступом! Исхитришься? Вдесятером-то?
— Легко, — обронил Олег.
Полки [41] Надо заметить, что к XIII веку понятие «дружина» претерпело изменения. Под дружиной понимался «княжой двор» — личное войско князя из его придворных. А полки формировались («нарубались») из воев-ополченцев по принципу «1 воин на коне и в доспехе полном (конно и оружно) с 10 сох». Если же возникала прямая и явная угроза, то воина выставляли и с 4 сох. (Соха — это единица поземельного налога, именно соха облагалась податями. К примеру, новгородская соха равнялась 3 обжам, а обжа — это та площадь земли, которую обрабатывал один человек — с конным плугом, но без помощников).
Ярослава Всеволодовича подступили к Подолу со стороны Почайны — днепровского притока, чьи тихие воды образовывали удобную гавань. Но это летом, а сейчас, на перепаде между зимою и весной, Почайну скрывала толстая кора льда. А сам лёд прятался под возами с сеном на корм лошадям и санями с припасами для войска, под палатками и шатрами, бойцами конными и пешими — тут их собралось несколько тысяч. Вои-новгородцы и новоторжане стояли вместе, суздальцы держались наособицу — распри делили не одних лишь князей, весь народ разводили они, сея рознь и вражду «межи человеки».
За пологим берегом поднимался не шибко высокий земляной вал, укреплённый острогом — частоколом из толстых брёвен с острёными верхушками. В одном месте линия укреплений прерывалась, оставляя проход, — его запирали мощные ворота.
Над крепостной стеной то и дело показывались головы защитников, качались наконечники копий, вылетали стрелы, пущенные навесом, но оборона шла вяло.
Дворяне и вои кучковались на льду Почайны, проверяя оружие, подтягивая завязки на панцирях и успевая лениво переговариваться:
— Како ся урядим, братие?
— Таран нужон, без тарана — куда?
— Да где ж ты таран возьмёшь? Близ городу больших деревьев не сыскать!
— Раньше надо было думать.
— А нам по чину не положено, это пущай князюшка думает!
— Верно баешь! Приказу такого не было, чтоб таран мастерить. Вот и стой.
— Да цего ж стоять зря? На льду-то? Дубеешь как дурак!
— А ты дубей как умный! Вона, лунку проколупай и рыбку лови. Удом своим! Не отмёрз ишшо?
— Почнём, что ли?
— Куда торописсе, кулик? [42] Кулики, сальники — обидные прозвища суздальцев.
— А чего сразу — таран? Што, на воротах белый свет клином сошёлси? Глянь, тын какой — не низок, не высок. В самый раз!
— Лестницу надо, да не одну.
— Во-во! А никто не побеспокоилси!
— Да успокойтеся вы! То таран им, то лестницы… Чего скажут, то и делать станем!
Олег оглядел свой большой десяток. Да-а… Зря он заподозрил Якима Влунковича в симпатиях к своей персоне — воевода отдал ему под руку ополченцев, набранных в новгородской глуши, — увальней в армяках и лаптях, вооружённых топорами и луками. Худые вечные [43] Вечные мужики, вечники — миряне с правом голоса на вече.
мужичонки, охотники-лесовики — вот такой у него личный состав. Новики все, салабоны-новобранцы. Редко у кого из них имелся шлем, а панцирь был в единственном числе — на румяном, кудрявом парне, гордо назвавшимся Олфоромеем Лысуном. Выучкой же, опытом боевым, похвастаться не мог ни один — схватки с медведями и волками не в счёт.
Интервал:
Закладка: