Иван Щукин - Капитан «Единорога»

– Внимание, – негромко произнесла Хейли, так же как и я, вглядываясь в экран. – Время.

Если судить по моим ощущениям, то ничего не изменилось. Кроме изображения на экране. Там появились звезды. А где-то далеко, прямо по курсу, должна была находиться планета Занзор.

– Что за… – воскликнула пилот. Затем быстро провела пальцем по экрану, выделяя какой-то уча сток, и нервно выкрикнула: – Увеличение!

Изображение звезд на мгновение размылось, и видневшаяся вдали точка прыгнула вперед, приобретя очертания планеты.

– Крупнее! – приказала Хейли. – Максимальное увеличение!

Изображение снова увеличилось и я смог наконец-то разглядеть то, что так удивило (или напугало?) женщину.

Планета пылала! Ее поверхность была затянута серо-оранжевой пылью, которую то тут, то там разрывали мощные взрывы.

– Что это, Хейли? – шепотом спросил я.

Но она не ответила. Вместо этого быстро набрала что-то на виртуальной клавиатуре и ударила по появившейся на панели красной кнопке. А в следующую секунду по кораблю прокатился вой тревожной сирены.

– Буцефал! Немедленно заблокировать все коммы на корабле! Отключить гиперсвязь! Отключить опознавательные маяки! Включай режим полной тишины! – продолжила сыпать приказами Хейли, стараясь перекричать сирену. Одновременно она что-то с немыслимой скоростью набирала на виртуальной клавиатуре. Пальцы так и порхали, а на лбу даже появилась испарина.

– Кейт, да что происходит?! – закричал я, из-за волнения назвав пилота по имени. – Ты можешь объяснить?!

– Орбитальная бомбардировка, – не прекращая набирать какой-то бессмысленный для меня текст, ответила Хейли. – Кто-то уничтожает все живое на планете.

– Это Занзор?! – чувствуя, как зашевелились волосы на затылке, а по телу побежали мурашки, негромко спросил я. Но пилот меня услышала.

– Был Занзор, – коротко бросила Хейли. – Не отвлекай меня, Том!

Заткнувшись, я уставился на экран, пытаясь понять, с чего она взяла, что это именно бомбардировка. И не понимал! Да, на поверхности планеты определенно что-то происходило. Что-то очень плохое. Но кто мог ее бомбить? За следующие несколько минут, которые показались мне очень долгими, в пультовой собрались все члены команды. Даже Марта с Линдой прибежали. Да что там, Хошель – и тот пришел. И все, как один, врываясь в помещение, застывали, глядя на экран. Только реакция у всех была разная. Сержант смотрел вроде бы спокойно, но сжал кулаки до побелевших костяшек. Док растерял всю свою отстраненность и невозмутимость и стоял, отвесив челюсть и широко раскрыв глаза. Все остальные смотрелись не лучше, бледные, напуганные, растерянные. Марта и Линда абсолютно одинаково обхватили ладонями свои лица, да так и застыли.

Я же ничего не понимал, но, глядя на реакцию остальных, тоже на всякий случай испугался.

– Все! – Хейли откинулась на спинку кресла и устало вытерла рукавом лоб. – Буцефал, начинай набирать скорость.

Все присутствующие как будто только и ждали этих слов, разом заговорили, что-то спрашивая у пилота. Вкупе с тревожной сиреной шум поднялся невероятный.

– Тихо! – рявкнул Сержант. Дождался, когда все замолчат, и обратился ко мне: – Капитан, может быть, выключить сирену? А то переселенцы там с ума сходят, наверное.

– Буц, выруби, – приказал я псевдоискину. Сию же секунду вой стих.

– Отлично! – преувеличенно бодро кивнул Вольт. – Объясните нам, что случилось?

– Хейли, – переадресовал я вопрос.

– Орбитальная бомбардировка, – повторила она. – Вынырнув, я сразу заметила, что с планетой что-то не так. На максимальном увеличении стало понятно, что к чему.

– Ага, – Сержант снова взглянул на экран. – Кто и зачем бомбит, конечно же, неизвестно?

– Откуда?! – удивленно воскликнула Хейли.

– Да это я так, – Вольт неопределенно махнул рукой, – мысли вслух.

– А с чего вы взяли, что это именно бомбардировка? – обратился я к пилоту.

– Смотрите, капитан, – она приблизилась к экрану и показала на что-то пальцем. – Видите эти точки?

Я кивнул.

– Это корабли. И они в данный момент как раз бомбят планету. А основная эскадра, должно быть, с другой стороны.

Приглядевшись, действительно обратил внимание, что те точки, на которые указала Хейли, медленно движутся. Было их немного, штук пять. Возможно, что с другой стороны планеты есть еще. Но мне все равно стало жутковато от мысли, что может натворить всего лишь десяток кораблей.

– Там кто-нибудь может выжить? – неожиданно хриплым голосом спросил я, ни к кому конкретно не обращаясь.

– Очень маловероятно, – тихо ответил Сер жант. – Разве что случайно. Может быть, кто-то как раз находился в шахтах. Только это лишь отсрочка.

На этой планете теперь долго не будет жизни.

В пультовой снова наступила тишина. Все напряженно вглядывались в изображение.

– Такое часто бывает? – спросил я.

– Нет, – Сержант покачал головой. – Первый раз вижу. До этого только в записи. Во времена Второй Космической было уничтожено население многих планет. Но чтобы так, в мирное время…

– Но кто мог такое сделать сейчас? – с истеричными нотками в голосе воскликнул Торакумо.

– Буцефал, – обратилась к псевдоискину Хейли, – удалось идентифицировать принадлежность этих кораблей?

– Да, пилот, – отозвался Буц. – Это второй карантинный флот САП. Они не скрываются.

– Карантинники? – недоуменно спросил Сержант. – Какого черта они забыли на этой планете?

– Кто это? – спросил я.

– Официально – это сугубо мирный флот, – ответил он. Но видя, что я не понимаю, принялся рассказывать: – На планетах, после терраформирования, бывают вспышки колониальной лихорадки. Эта болезнь, причины которой так и не выяснили, несколько раз выкашивала новые поселения подчистую. Так вот, карантинный флот оказывает помощь выжившим и следит, чтобы никто не покидал планету. Но чтобы эту планету зачищать… Про такое я даже не слышал.

– Док, – у меня в голове внезапно забрезжила догадка. – А тот паренек, которого мы должны были перевозить, чем он болен? Вы же ознакомились с историей болезни?

– Да. Там сказано, что это болезнь Контенга–Сивера, – отозвался Хошель. – Она поражает клетки организма, в результате чего они мутируют. Лечение возможно, но довольно длительное и дорогостояще.

С колониальной лихорадкой не имеет ничего общего.

– А они могли скрыть настоящую болезнь?

– Да какая теперь разница! – всплеснула руками молчавшая до этого Бекка. – Надо думать, как унести ноги! Если нас заметили, то уничтожат как свидетелей!

– А чем я, по-твоему, занималась?! – закричала на нее Хейли. – Я уже проложила курс на Иксипер.

– Почему на Иксипер? – перебил я собиравшуюся что-то ответить пилоту Ребекку. Еще ссор сейчас не хватало.