Иван Щукин - Капитан «Единорога»

– Как они могут так быстро набирать скорость? – растерянно спросил я, ни к кому конкретно не обращаясь.

– Их двигатели работают на жидком топливе, – ответила Хейли. – За счет этого просто невероятное ускорение. Такие движки стоят только на перехватчиках и только в составе эскадры с заправщиком. Расход этого топлива у них тоже фантастический.

– Капитан, – снова подал голос Буц. – С нами на связь пытается выйти один из перехватчиков.

– Соединяй, – переглянувшись с растерянной Хейли, приказал я. Действительно, неожиданно. Мы ожидали немедленной атаки, а они хотят переговоров.

– Капитан, – вместо того, чтобы обеспечить связь, сказал Буц. – Корабль противника вошел в зону поражения.

– Черт! – ругнулся я, решая, как быть. – Отставить! Давай связь.

Стоило мне договорить, как в пультовой раздался чужой голос:

– Эксплорер вызывает перехватчик САП «Стремительный»! Эксплорер вызывает перехватчик САП, «Стремительный»!

– «Стремительный», слышу вас, – ответил я, постаравшись, чтобы голос звучал спокойно.

– Говорит лейтенант Хернел. Эксплорер, вы находитесь в зоне карантина. Необходим досмотр. Немедленно начните снижение скорости.

– «Стремительный», на каком основании?

– Эксплорер, вы находитесь в зоне карантина.

Приказываю вам снизить скорость и лечь в дрейф! – проигнорировав мой вопрос, сказал Хернел.

– «Стремительный», повторяю, на каком основании досмотр?

– Вам все объяснит командующий. Снизьте скорость!

Вот блин! Что же делать? Я смотрел на проекцию и видел, что кораблик, который был как минимум в пять раз меньше «Единорога», резво нас догоняет. Вот он подлетел почти вплотную, потом качнулся влево и, еще раз ускорившись, поравнялся с нами.

– Эксплорер «Единорог», немедленно прекратите разгон и ложитесь в дрейф! – неожиданно произнес Хернел. У меня от этих слов мурашки побежали по телу. Я даже хотел спросить, откуда он узнал название нашего корабля, но вовремя прикусил язык, сообразив, что оно написано на борту.

– «Стремительный», назовите причину досмотра, – пытаясь потянуть время, сказал я. Буцефал, молодец, без команды вывел в углу голограммы время до нырка. Оставалось чуть больше трех минут.

– «Единорог», повторяю в последний раз, снижайте скорость и ложитесь в дрейф. В случае неповиновения вы будете уничтожены.

Ну вот и ответ на все вопросы. Не знаю, для чего им нужен этот досмотр, но оставлять нас в живых они точно не собираются. Иначе он сообщил бы нам хоть что-то. Я, конечно, могу ошибаться, но проверять как-то не хочется.

– Буц, отбой связи со «Стремительным»! – при казал я.

– Выполнено, – мгновенно ответил псевдоискин.

– Дай мне Сержанта!

– Выполнено!

– Сержант, видите противника?

– Так точно! – коротко отозвался тот.

– Огонь по моей команде! Как поняли?

– Вас понял!

– Буцефал, – снова обратился я к псевдоискину. – Наводи пушку на «Стремительного»!

– Капитан, в данный момент выстрелить невозможно. Нерасчетная траектория.

– Наводи, я сказал! – рявкнул я.

– Выполнено! Но повторюсь, выстрелить в данный момент невозможно.

– Заткнись! – велел я ему и приказал Вольту: – Сержант, огонь!

В ту же секунду на изображении стало видно, как из левого борта «Единорога» выдвинулись лазерные турели и практически сразу начали поливать «Стремительного» кроваво-красным дождем, оставляя на обшивке оплавленные росчерки. Продолжалось это всего лишь несколько мгновений, после чего корабль противника резко ушел в сторону и вверх.

– Буц, огонь! – заорал я.

На голограмме было видно, как плазменная пушка, установленная на крыше «Единорога», внезапно ожила и, повернувшись в сторону «Стремительного», выплюнула ослепительно-белый сгусток энергии в поравнявшийся с ней корабль. Вначале я подумал, что от выстрела эффекта не больше, чем от выстрелов лазерников. Но почти сразу стало видно, что «Стремительный», все еще пытающийся отдалиться от «Единорога», снова поменял траекторию движения, а затем его словно разорвало изнутри, и во все стороны, набирая скорость, полетели обломки.

– Готов! – азартно закричала Хейли.

Но я радоваться не спешил. Оставался еще второй корабль, который почему-то не спешил подходить на расстояние выстрела. И я до рези в глазах вглядывался в его изображение, пытаясь эту загадку решить.

Все прояснилось, когда от него в нашу сторону отделились две маленькие точки и очень быстро понеслись вперед. Одновременно с этим подал голос псевдоискин.

– По нам выпустили торпеды, капитан, – сообщил он.

– Щиты на корму! – приказал я ему. И после короткого «выполнено», спросил: – Их можно сбить?

– Возможно, но только одну, – был ответ.

– Выполняй. И передай по корабельной связи, чтобы все пристегнулись или за что-нибудь ухватились.

– Внимание! По нам будет нанесен торпедный удар! – прогремел по кораблю голос Буцефала. – Всем немедленно пристегнуться!

После этого в пультовой наступила абсолютная тишина. Мы все смотрели на то, как к нам приближаются торпеды, с каждым мгновением ускоряясь все больше и больше. Я даже дышать, по-моему, перестал.

– Капитан, готов сбить торпеду, – доложил Буц.

– Сбивай, – выкрикнул я, ругая его про себя все ми известными матюгами. Я был уверен, что псевдо искин собьет торпеду сам, без команды.

Пушка на «Единороге» снова пришла в движение и плюнула плазмой, сжигая одну из торпед. И, почти одновременно с этим вторая достигла цели.

Корабль тряхнуло так, что я вылетел из кресла и приложился грудью о приборную панель. Идиот! Всем пристегнуться приказал, а сам забыл!

После удара я подумал, что ослеп. Но нет, оказывается, это вырубилось освещение. Впрочем, ненадолго. Буквально на несколько секунд, которых мне как раз хватило, чтобы с трудом подняться с пола. Повернув голову в сторону голограммы, я ее не увидел. Похоже, что слетела после перепада с электроэнергией. Тогда перевел взгляд на обзорные экраны и застыл. На них была серая муть. А сразу после этого ожил Буцефал.

– Мы нырнули в подпространство, капитан, – сообщил он.

– Мы это сделали, – прошептал я и, улыбнувшись, посмотрел на Хейли. Вид у нее был офигевшеиспуганный. В отличие от меня, она была пристегнута и не летала по пультовой. Только вот почему-то радости на ее лице не было абсолютно.

– Хейли, – окликнул я ее. – Что-то случилось?

– Случилось? – она перевела на меня полубезумный взгляд, а потом истерично хохотнула. – Да нет, капитан. Что могло случиться? Подумаешь, уничтожили перехватчик САП! Мы теперь всего лишь вне закона!

Очередное собрание. Только на этот раз в кают-компании стояла мертвая, давящая на психику, тишина. А на лицах людей отсутствовало прежнее беззаботно-расслабленное выражение. Сейчас на них была лишь бесконечная усталость и какая-то обреченность, что ли. Хорошо еще, что это собрание мы проводим только спустя восемь часов после нырка. Да и усталость эта к месту, отвлекает от мрачных мыслей.