Роман Глушков - Грань бездны

– …Сведения насчет «Гольфстрима» верные. Савва Мизгирь собственными глазами видел, во что эти сволочи его превратили, – молвил я дрожащим от бессильного негодования голосом, переступив порог гостиничной комнаты. После чего налил себе из жбана полную кружку кактусидра, залпом осушил ее и, утерев рукавом рот, добавил: – Похоже, это конец! Раз нашего буксира больше нет, значит, и контейнеры нам тоже не вернуть.

– Что-то я, шкипер, плохо тебя понимаю, – нахмурился развалившийся на койке Убби. – Твоя развалюха цела и стоит в мастерской этого… как его… Синклера. Контейнеры лежат там же. Мы торчим уже не в тысяче километров, а всего в пяти кварталах от них. И вдруг сегодня ты приходишь и заявляешь, что все пропало и ничего у нас не выйдет. Какого пса, спрашивается?! Если ты надумал меня разыграть, то знай: я подобные шутки с детства не перевариваю.

– Что тут может быть непонятного? – Я уселся на стул и, откинувшись на спинку, скрестил руки на груди. – Дон Балтазар надавил на бургомистра Аркис-Грандбоула, и тот передал ему в подчинение Вика Синклера и всю его артель. Если тебе неизвестно, кто такой Синклер, то знай: он – лучший механик по эту сторону Хребта, собравший для Владычицы половину ее боевых бронекатов. И раз ему приказали взяться за «Гольфстрим», значит, теперь это уже не наш буксир, а совершенно другая машина. Смекаешь, что к чему?

– Нет. По мне, что одна четырехколесная развалюха, что другая – невелика разница. – Сандаварг потянулся и зевнул. В маленькой трактирной гостинице, где мы сегодня жили, он откровенно скучал. Здесь было так тесно и многолюдно, что наемник даже не имел возможности поупражняться с кистенем. Не говоря уже о том, чтобы пустить его в дело. Околачивающийся в трактире сброд шарахался от свирепого северянина как от чумного, а ищущие приключений рубаки не робкого десятка в эту дыру не забредали. И кабы не владелица таверны – веселая толстушка-вдова Бригитта, – у которой Убби пропадал едва ли не каждую ночь, он бы, наверное, и вовсе загнулся тут от тоски.

– Хорошо, представь себе, что кто-то украл у тебя братьев Ярнклота и Ярнскида и переделал первого в булаву, а из второго склепал для себя доспехи. – Я решил донести до Сандаварга свою мысль наиболее понятным ему способом. – Ты, конечно, нашел вора и свернул ему шею, но станешь ли ты после этого снова пользоваться отобранными у него вещами? Тем более что они окажутся тебе совершенно не по размеру.

– А что, управлять другой развалюхой для тебя так же трудно, как мне – драться в тесных доспехах? – ответил вопросом на вопрос северянин.

– Трудно – не то слово, – покачал я головой. – Знаешь, что Синклер сделал с «Гольфстримом»? Пока бронекат Мизгиря стоял под разгрузкой, Савва успел поболтать со знакомым клепальщиком. И тот, бахвалясь, сам показал ему, во что их артель может всего за месяц превратить обычный буксир. Вик оставил нетронутыми лишь Неутомимого Трудягу и колеса. Все остальное – от рамы до марсовой мачты – было заменено. Ходовая часть расширена в полтора раза и примерно во столько же увеличена база. Корпус, соответственно, тоже. Добавилась еще одна палуба – орудийная. На ней установлены не какие-то «Сморкачи» и «Плаксы», а, ты не поверишь, пара автоматических систем залповой стрельбы «Сембрадор», на которых Синклер просто помешан! Каждый из этих палубных комплексов может делать по два залпа в минуту, выпуская зараз дюжину тяжелых двухметровых гарпунов. Ради этого Синклеру пришлось усовершенствовать шасси, сделав поворотными не только передние, но и задние колеса. Отныне «Гольфстрим» может крутиться на месте, как гоняющаяся за своим хвостом шавка, ведя непрерывный обстрел цели попеременно с двух бортов! А также отклоняется от прямого курса, не меняя положения корпуса! Я уже не говорю про усложненную на порядок раздаточную систему двигателя, обычные легкие баллестирады, носовой таран и кормовую роторную катапульту-сепиллу! Целый месяц артельщики Вика работают в три смены не покладая рук. И если бы мы заранее не сказали Мизгирю, что они переделывают наш «Гольфстрим», сам Савва его ни за что бы не опознал.

– Эй-эй, шкипер, полегче! Осади, а то у меня сейчас голова расколется от твоих роторов и сепилл! – взмолился Сандаварг, закрыв уши ладонями. – Короче, ты просто испугался, что не совладаешь с крутым норовом этой новой развалюхи… или как ее там?

– Истребитель, – подсказал я. – Теперь это чудовище называется истребителем. И чтобы управлять им, нужна команда как минимум из восьми человек. Это во-первых. Во-вторых, мне потребуется время, чтобы разобраться в новом управлении и приноровиться к возросшей маневренности. В противном случае я даже не проведу истребитель по городским улицам и не перееду по насыпи через стену. Времени на тренировку у меня явно не будет, а за пределами Аркис-Грандбоула, когда «Гольфстрим» возьмет курс на Юг, нам его не захватить. Как видишь, и здесь все хуже некуда. В-третьих, угон боевого бронеката – это преступление уже иного толка. Сбагрив контейнеры, я планировал сбежать на Север, подальше от этих многолюдных мест, и поработать пару лет на твоих земляков. Однако угнав теперешний «Гольфстрим», мне не скрыться на нем от Кавалькады даже за каньоном Чарли Гиббса. С потерей обычного буксира Владычица еще смирилась бы. С угоном крепости на колесах – никогда. И в-четвертых, у нас до сих пор нет механика. А без него я на таком серьезном бронекате – как без обеих рук.

– Вот незадача! – проворчал Убби, почесывая живот. – А какое хорошее было утро, загрызи тебя пес! Моя женщина накормила меня завтраком, я принял ванну, побрился и начал подумывать, а не вздремнуть ли мне до обеда. Но тут пришел Проныра и отбил весь сон… Знаешь, шкипер, какая из твоих дурных привычек самая опасная? Всегда, как только ты заводишь со мной речь о трудностях, у меня прям рука чешется размозжить тебе голову. Даже не знаю почему. То ли ты все время не под настроение пристаешь ко мне с подобными разговорами, то ли паниковать раньше времени начинаешь, а я от этого бешусь, то ли талант у тебя такой – превращать любую проблему в стихийное бедствие.

– Есть и хорошие новости, – поспешил добавить я. – Синклер так и не сумел вскрыть контейнеры. Мизгирь сказал, они разложены на полу в том же цеху, где стоит «Гольфстрим». Все вроде бы на месте, ни один не взломан. Спрашивать, что это такое, Савва не стал – побоялся вызвать к себе подозрение. Впрочем, сомневаюсь, чтобы и артельщикам Вика сообщили раньше времени, что они найдут в тех ящиках.

– Ну ладно, хоть это радует, – слегка подобрел северянин. – А как насчет дона Балтазара? Мизгирь выяснил, когда он вернется за грузом и развалюхой?

– Артельщик обмолвился, что главный цех, где они находятся, должен освободиться через неделю. Синклер нервничает, боится, что не поспеет ко сроку с регулировкой ходовой части истребителя. Возле него, само собой, постоянно дежурят десятка полтора-два кабальеро. И еще с полсотни гвардейцев околачивается в городе на случай, если кто-то покусится на их трофеи.