Георгий Булавин - Новатерра

- О-о, явились, водяные с русалками! Православные тут пашут, не разгибая вый...

- Иди, пахарь православный, окунись, - смилостивился царь-батюшка. - Или вода таких больших не держит?

- И заботы, брат, ко дну тянут, и вообще мы - не по тем делам.

- По электричеству! - хохотнула Алина, кутаясь в огромное полоѓтенце.

- Чего-чего? - не понял Константин.

- Анекдот такой есть, но не совсем приличный. Вот если, сударь, угостите чем-нибудь сверх меры, я потеряю над собой контроль...

- Разденусь донага, - усмехнулся Александр.

- ...и расскажу, - ткнув его в бок, закончила Алина.

- Коньяк исключительно полезен юношам, - не унимался малость потерпевший гетман. - Особенно если пьёт его девушка.

А Константин, забросив марлю с 'потерпевшей' адово пекло сорной рыбой далеко в кусты, засуетился.

- О чем я и толкую! Щас, миледи!

- Фи, милорд! - попеняла ему Алина, соблазнительно изогнув гибкое тело в отблесках подрагивающего пламени, да так, что у Костика отпала челюсть. - 'Щас' и 'миледи' плохо сочетаются. Эдак вы угостите прекрасную даму не шампанским, а горилкой под цыбулю!

- Помилуйте, королева, - припомнил гетман булгаковского кота Бегемота, - разве я позволил бы себе налить даме водки?! Чистый спирт!

- Нашел, что цитировать на ночь глядя! - укоризненно бросила ему супруга.

- А в чем дело? Классикой брезгуем?

- Да уж не брезгуем, уж читали, потому и говорим - совесть имей, мы же не на балу у сатаны!

- Если быть абсолютно точным, после бала. Через двенадцать лет, - поправил гетман и злорадно усмехнулся, наблюдая, каким плотоядным взглядом пожирает Алину Константин.

Наверное, - подумал, - дозорный сейчас представляет её себе обнажённой Маргаритой, колотящей молотком по роялю в квартире ненавистного критика Латунского. Тем паче, что от полной наготы даму отделяли исчезающее малые клочки материи...

- Ладно, - вздохнул он, - довольно о грустном! Делаем закладку в тексте и соответствующие выводы по жизни, после чего переходим к неофициальной части нашего сегодняшнего мероприятия... Прозит, дамы и господа!

- Цум фоль! - поддержав немецкую здравицу мужа, Алина подняла бокал с вином. - Как говорили древние зулусы, айн унд цванцих, фир унд зибцих, что в переводе означает... За прекрасный вечер!

- За прекрасную даму! - галантно поклонился Константин.

- И прекрасную уху! - резюмировал гетман. - С наступающим вас, други, опьянением!..

'Царская' уха и впрямь вышла по-царски: в 'сорном' бульоне проварили плотву, забросили картофель, специи, коренья, и уже пеѓред самой готовностью - большие куски белорыбицы. Если к такому блюду приложиться накануне пьянки, водку не стоит и открывать - чистый перевод продукта. Впрочем, открыть необходимо было в любом случае - каплю её добавили в уху для вкуса. Дэн покрутил носом над остывшей плотвичкой, хрустко смолотил щедрый дар Кузьмина-старшего - мосол с приличным, килограмма в полтора, остатком мяса - и, шумно похлебав водички, улёгся на траве неподалеку от застолья. Гетман развалился в снятом с глиссера сидении, Алина, склонив голову ему на грудь, удобно устроилась на его же, разумеется, коленях, а Костик ворошил угли и переворачивал шампуры, полулежа с противоположной стороны кострища. Идиллию сопровождала задушевная беседа, тихая... мерная... спокойная... завораживающая. Лишь гетман иногда вносил юмористические (как ему казалось) коррективы.

- ...Я летними ночами обычно устраиваюсь спать на лоджии, - расѓсказывал Константин, - любуюсь звездами и думаю...

- Думаю, какое счастье, что у нас почти нет комаров!

- Вашество, имей совесть! - фыркнула Алина.

- ...думаю: сколько же ещё миров во Вселенной? Может быть, где-то там, невероятно далеко, тоже есть люди? Кто-то лучше нас, кто-то хуже, кто-то счастливее, кто-то несчастнее. Один из невеѓдомых собратьев, как и я, тоже вглядывается сейчас во тьму бесѓкрайнего космоса и думает - интересно, а что там, вдали, у мерѓцающих звезд?

... - Да почти тоже самое, - отмахнулся седовласый старец, - других разве оттенков и температур. В действительности интересѓно совсем другое - само понятие 'интересно'...

- Интересно... - в тон дозорному прошептала Алина. - Косѓтик, ты, наверное, в детстве мечтал стать бесстрашным покоритеѓлем космических пространств?

'Ах, каков пафос, каков слог! - с иронией подумал Александр, всё же ощутив неслабый укол ревности.

- Увы, Линочка, всё было много прозаичнее, - признался Констатин. - Я мечтал стать милиционером, как сосед дядя Серёжа Сикорский. Он носил на боку коричневый планшет, а домой приезжал иногда на УАЗике с мигалкой. Не помню, чему я более тогда завидовал, машиѓне или сумке. Мы дружили с его сыном Вовчиком, так что мне иногда удавалось попользоваться и тем, и другим. Как же давно это было!.. Что характерно, милиционером всё же стал. Когда нашу элитную бригаду в духе времени расформировали, попал в разведотдел Северо-Западного Управления внутренних войск МВД, правда, больше времени, как, вон, и Саныч, провёл на 'горячем поясе'.

- Был ранен? - участливо спросила Алина.

- Погиб пару раз, но не сильно, - не сдержался уставший молчать Александр.

- Нет, Линочка, Бог хранил, за двадцать шесть рейдов по ваххабитским тыѓлам - ни разу. А последнюю кампанию вообще провёл в штабе фронта, материалы авиаразведки расшифровывал. Тем самым летом как раз выпал мне отпуск. Жили мы тогда под Питером, на Карельском перешейке, в субботу утром собирались выеѓхать семьей на Ладогу... но утра уже не было... только пожары, выстрелы да ядовитые облака над городом Петра. Я посадил в машину двоих случайно встреченных людей, забил её продуктами из придорожного магазина и помчал на север, в объезд Ладожского озера. А после первой же ночевки не обнаружил ни машины, ни моих попутчиков. Так и побрёл... заре навстречу... а через месяц вы подобрали меня... такие вот дела...

Костик вздохнул и замолчал. Притихли и Алина с Александром, каждому было что вспомнить о тех страшных днях. Лишь через несколько минут Елизаров, докрасна растерев слезившиеся будто бы от едкого дыма глаза, всё так же молча опрокинул стопку водки и вдруг затянул:

Эх, проводи-ка меня, батя, да на войну.

И поседлай-ка ты коня да моего!

А я пойду да обниму печаль-жену -

Кабы не быть бы ей вдовой...

- Довелось мне, - вспоминал он, - как-то после очеѓредного награждения встречаться с Александром Яковлевичем... ну, Розенбаумом. Вот вы смотрите, ребята: еврей, вроде, а как душу русского человека понимал, хоть казака возьми, хоть бойца...

- Хоть одессита, - вставила Алина. - Был у меня когда-то... одна знакомая эмигрантка, так он... говорила, что чувствовала себя евреем...кой только в родном краю, в Израиле же моментально стал... хм, русской.

- Да и был она таким по духу, - протягивая жене шампур, усмехѓнулся гетман. - Закусывать не забывай, моя прелесть! Это лишь к горбачевской перестройке выяснилось, что все народы только и мечѓтали имперское ярмо поскорее сбросить.