Григорий Рожков - Американец

И так час за часом. Слава богу, немцам еще не известна тактика уличных боев, а если и известна, то пока этого не видно. Да и с нашей стороны не все гладко, много ошибок… То тут, то там происходит отступление попавших под удар наших частей. И это еще рейнджеров не отправили в бой… Я не питаю надежд на суперчудесный поворот событий, когда рейнджеры, выйдя на поле боя, сокрушат врага и победа будет за нами. Я просто неплохо оцениваю возможности батальона в сложившихся условиях.

После десяти часов, когда от полковника Попсуй-Шапко прибыл посыльный и сообщил, что немцы на юге вышли к Березине у Доманово, я ощутил легкую поступь полярной лисицы… Опять без нашего участия… В смысле, мы еще не подключились к обороне. Блин-блин-блин… Где же обещанные Роузом танки Хацкилевича? Где 5-я дивизия? Вашу мамашу… И эти бесконечно курсирующие мимо грузовики медслужбы. Вестники поражения. Сколько они уже вывезли раненых за Березину? Напряжение сил-то нарастает. А немцев с поляками явно больше, чем нас…

Над городом почти без перерывов кружатся юнкерсы, они, гады, подлетают, когда наше истребительное прикрытие уходит на дозаправку и пополнение боекомплекта. Но и без этого некоторым из гансов время от времени достается по полной программе. Зенитчики не спят! Меткая очередь из счетверенной пулеметной установки «Занавески» или точное попадание осколочного снаряда из 40-миллиметрового старины «бофорса» не оставляют фашистским асам ни шанса. Только чаще бы наши зенитчики попадали в самолеты противника, глядишь, и дышать стало бы легче… А зенитки вместо концентрирования в городе начали перетасовывать: часть 90-миллиметровых пушек и ЗСУ «Занавеска» отправили прикрывать мост, еще часть — на батареи гаубиц. К полудню ситуация зримо начала ухудшаться, и понадобились рейнджеры. Мой взвод в конечном итоге отправили в бой, на юг города…

На улице, где нам определили позицию, был полный хаос. Десяток инженеров из 23-го танкового батальона, словно белки на кофеине, шныряли перед нами, заметая последние следы своих приготовлений. На боевых инженеров было жалко смотреть — грязные, взмыленные, замученные. Целый день боев, потом ночное отступление без сна и отдыха, и вдобавок задача по подготовке минных заграждений, возведение неких подобий укреплений, создание завалов на улицах в одних местах и разбор — на других. Солнце еще высоко, не видать инженерам покоя…

Гримвэй указал мне зону ответственности и отправился с двумя взводами дальше на юг, в самое пекло. Ему можно позавидовать и посочувствовать. Там кэп попадет в мясорубку, но он не будет находиться в состоянии тягостного ожидания, выматывающего нервы не хуже жестокого сражения…

Размышления прервались в момент, когда инженеры начали потихоньку собираться. Многое они уже подготовили — установили управляемые противотанковые мины на проезжей части и неуправляемые противопехотные в проулках меж зданий и на задних двориках. В нескольких пустых домах установили мины-ловушки на основе растяжек (явный отклик моих нововведений). Также они устроили ряд искусственных завалов на соседних улицах и провели еще приличный список работ по подготовке позиций засады.

Командир инженеров, худосочный, но жилистый второй лейтенант доложил мне о выполнении поставленной задачи. Я поблагодарил его за работу и попросил оставить нескольких самых опытных и сообразительных саперов для обучения новой методике минирования ракетами. Лейтенант сначала заупрямился — понятно, ему все люди нужны, но важность такой информации сложно переоценить, поэтому он быстро сдался и лично для себя запросил схематическое изображение способа минирования.

Вскоре рейнджеры, под пристальным наблюдением оставшихся саперов, дополнительно минировали улицу — рыли в завалах обрушенных домов ямки для ракет, а потом маскировали заряды и прокладывали провода. Инженеров, нагруженных новой методой, отпустили к своим. Рейнджеры же приступили к нарезке для себя секторов ответственности, изучению местности, поиску различных путей подхода-отхода, простреливаемых и мертвых зон, незаметных лазеек для фланговых ударов. Как хорошо и полноценно ни проводи предподготовку, все равно самому для себя надо что-то доделывать. Чем лучше и дальновиднее подготовишься, тем легче будет в бою…

Немцы начали продвигаться вперед, как и предполагалось. А могло ли быть иначе? Сомневаюсь…

Сначала мимо нас по улице просто пролетела пятерка грузовиков в сопровождении трех бронемашин разной степени помятости из дивизии генерала Роуза. Парни драпали, и делали это, я вам скажу, знатно. Только пыль столбом. Кинг долго матерился вслед беглецам за порванные провода, ведущие к ракетам. Пришлось напрячь рейнджеров еще немного и зарыть проводку в разбитый асфальт… Потом следом за автомашинами по нашей и соседней улице хлынули волны отступающих солдат из 3-й бронетанковой и 6-й стрелковой дивизий. Среди них не было ни одного рейнджера, а значит, Гримвэй либо уже ушел в соседний район, как и было оговорено, либо еще даже не вступил в бой, ожидая удобного момента, либо самое ужасное — он и два взвода уже погибли… Черт, даже и не думай о подобном, лейтенант!..

Затем пришла беда — прямо на плечах у отходивших солдат висели немцы… Несколько взводов отступающих остановились недалеко от нас и чуть было не полезли в заминированные дома и проулки. Кинг опять матерился и посылал всех и вся далеко и надолго. Солдат, решившихся помочь нам с засадой, разместили ниже по улице, за нашими спинами. Когда мы начнем отход, они прикроют, а потом мы их. Надо им пулемет выделить. Или не надо? У них свой есть? Даже два? Прекрасно! Ну, вроде все решили…

Укрываясь в тени за грудой обломков на полуразрушенной крыше единственного уцелевшего в квартале четырехэтажного здания, я разглядел в бинокль немецкую разведку, залезшую в зону нашей ответственности. Легкий бронеавтомобиль Sd Kfz 222 с автоматической 20-миллиметровой пушкой, не поднимая пыли, медленно выехал из-за здания и замер, спрятавшись за грудой обломков. Высунувшаяся из башенки голова в наушниках с минуту рассматривала окружающий мир и что-то говорила в микрофон рации. Еще через минуту броневик медленно сдал задом и скрылся за зданием. Оставив наблюдать дальше Райта и Холса, я как можно быстрее спустился на первый этаж здания и произнес слова, ознаменовавшие начало долгого дня рейнджеров первого взвода:

— К бою!..

Мысль о том, что бой будет легким, когда для него все готово, оказалась правильной лишь для первого боя.

Отряд немцев, возглавляемый средним танком Pz IV (я рассмеялся, увидев, что по улице идет классическая «четверка» моего мира, только с новой башней и длинноствольной 75-мм пушкой), мы расщепили на атомы точным залпом ракетных ловушек. Танку не повезло конкретно. Его броня не смогла противостоять паре кумулятивных ракет, пробивших бортовую и доставших боекомплект. Башню танка забросило на соседнее двухэтажное здание…