Андрей Прокофьев - А. А. Прокоп [СИ]
- Название:А. А. Прокоп [СИ]
- Автор:
- Жанр:
- Издательство:неизвестно
- Год:неизвестен
- ISBN:нет данных
- Рейтинг:
- Избранное:Добавить в избранное
-
Отзывы:
-
Ваша оценка:
Андрей Прокофьев - А. А. Прокоп [СИ] краткое содержание
А. А. Прокоп [СИ] - читать онлайн бесплатно ознакомительный отрывок
Интервал:
Закладка:
Палачи напротив разогревались всё больше и больше. Смертельное действо предавало им азарта, с ним приходил жар — возбуждение. Матом криком — горели глаза. Давно были брошены рукавицы, потеряны перчатки. Выдыш всё время курил. Между затяжками он громко, сурово кричал низким отрывистым голосом.
— Быстрее! Быстрее! Что возитесь сволочи!
Резников через несколько минут потерял интерес к казни и, отойдя в сторону, смотрел на стену морозного притихшего леса. Степан с неприязнью подумал о том, что Резников думает о чём-то своём. Тепло от ладошки Сони исчезло, и сейчас Степан, отдавал ей своё. Глаза Сони были закрыты. Она не могла смотреть, но слышала и слёзы скатывались из её глаз. Быстро замерзали, почти застывали на щеках…
Отец Кирилл напрасно ждал Степана на берегу озера. Он сидел уже больше двух часов. За это время изменилась погода, появился неприятный ветер. Снова по коже отца Кирилла пополз холод.
— «Как и тогда — ни к добру это» — подумал отец Кирилл и переменил место ожидания, пересев так, чтобы ещё лучше было видно дорогу. Долго смотрел на открывающуюся пустоту, всё ещё надеясь увидеть фигуру Степана, приближающегося к нему быстрой походкой.
Степана не было. Озеро покрылось холодной рябью, за ней появилась волна, а на волне одиноко болталась лодка, чёрная, старая и совершенно пустая. Её бросало из стороны в сторону, она то приближалась, то удалялась от отца Кирилла.
— «Пасечников» — пронеслось в мозгу отца Кирилла.
Испуганные глаза, переживающие всё вместе. Всё в одном наборе; страх, ненависть, бессилие — смотрели на отца Кирилла через прямоугольную щель, вырубленную в нижнем бревне сруба. Ещё ниже шёл кирпич каменного фундамента, добротного и самого видного дома местного купца Варламова.
Пасечников смотрел, сжимая в руке револьвер с двумя патронами в барабане. Одетый в солдатскую шинель, сильно обросший жесткой рыжеватой щетиной. Ему было холодно, пробирал сильный озноб, и какое-то время он старательно целился в Резникова, через всю ту же щель.
Перестал дышать, слился в одно с коротким дулом пистолета. Дрогнули пальцы перед последним движением. Застыла последняя доля секунды, но по воле злой иронии, Резников сделал шаг в сторону быстро и резко, как будто что-то почувствовал. Все старания Пасечникова превратились в пустоту. Не было у него другой позиции. Он закрыл глаза, сжал челюсти и свободную от пистолета руку в кулак. Просто боялся закричать, не выдержать напряжения. Ответить воем на издевательство, фатальное невезение, что приготовила для него судьба.
Несколько секунд, в них плачь — стон. Слёзы бога выпадающие морозным инеем и дыхание замерзающего льда, который не подозревая того становился в глазах Пасечникова проклятием вечности. Застывающей прямо здесь, остановившейся перед ним, чтобы он смог её увидеть и запомнить на очень долгое время.
— София Алексеевна, Степан Владимирович, но как же так, но как же так — шептал Пасечников.
— София Алексеевна, не может так быть.
Пасечников тихо шептал сам себе, а через его глаза отец Кирилл уже видел другую картину.
Сначала была долгая ночная метель с закрывшим всё небо снегом. Круговерти, через которые нет метра пространства — отсутствует шаг. Ночь отпустила вожжи, но утро, успокоив непогоду, не могло исправить её последствия. Люди теряли темп, и хотя были они молоды, и хотя они старались, но усилия требовали времени. Оно же не хотело изменить свой ход, учесть обстоятельства, по которым пытались эти люди опередить его.
— Чёртова метель, проклятая сука — выругался высокий мужчина с округлой бородой, одетый в длинный тулуп. В его руках была винтовка.
— Если бы по чистому, может быть и успели — произнёс низкий коренастый мужик на лице, которого были видны лишь жесткие торчащие неровно усы.
— Всё равно, давайте на Яровое — произнёс высокий.
Отряд поздно получил информацию. Непогода помогла Резникову. Смерть получила свою дань в полном объёме, а заходящее в глазах Пасечникова зимнее солнце видело лишь окоченевшие трупы на белом снегу.
…Отец Кирилл вздрогнул. Пасечников бродил между мертвыми. Аккуратно, нежно прикрывал чем-то трупы двоих, — мужчины и женщины.
— «Нужно идти»- подумал отец Кирилл, но всё ещё на что-то надеясь, продолжал сидеть, возле им самим когда-то обустроенной могилы Резникова и Выдыша.
— Ну, вот и всё Степан — дружелюбно с наигранной улыбкой на лице проговорил Резников.
Степан не ответил ему. Он смотрел на казненных людей. Страха не было, не было и отвращения. Зато было осознание — чёткое определенное. Ещё он боялся лишний раз смотреть Соне в глаза. Тяжкое испытание, подошедшее ни ко времени, и хоть время заканчивалось прямо на глазах, он по-прежнему чувствовал бешеную досаду, она и не давала ему приблизиться к Соне. Одна часть сознания понимала, что он должен сделать сейчас, а другая упрямо сопротивлялась. Было ей безразлично на стоявшую в двух шагах смерть, которая усмехалась глазами Резникова, которая блуждала в апатии Калинина, которая ожесточенно сливаясь с белизной, маячила на мрачном лице Выдыша.
— Степа, посмотри на меня. Не отворачивайся от меня — еле слышно, теряя последние илы прошептала Соня.
— Я погубил тебя Соня — произнёс Степан, чуть громче.
Резников расслышал его слова и не замедлил вмешаться.
— Я бы поспорил, кто кого погубил.
— Это не так Степа и ты должен знать, должен понимать — сказала Соня.
Её глаза устремились к заходящему красному солнцу. Из-за рта Резникова шёл пар. На волосах поблескивал серебряный иней. Кисти рук были красными, а глаза продолжали смеяться, испытывая несказанное удовольствие. Степан крепко сжал руку Сони, преодолев преграду долго не отводя глаз, смотрел в её глаза, потянулся поцеловать её губы. Резников терпеливо позволил им слиться в последнем поцелуе.
— Ну, всё хватит! — закричал он через полминуты — Я и так слишком добр к вам. Останусь таковым и дальше. Вас просто расстреляют, достойная смерть.
Резников отошёл и взмахом руки подозвал двух казаков.
— Стрелять не будешь? — спросил он у Выдыша.
— Замерз уже, мать твою — пробурчал Выдыш, и это означало, что стрелять он не намерен.
Двое бравых казаков, одним из которых был прадед Степана, подбежали к Резникову, вытянулись по полной форме. Тот от чего-то долго смотрел на них, затем, не произнося слов, махнул рукой одному из них, тот быстро удалился, оставив прадеда в одиночестве.
— Капитан! — закричал Резников.
Пошатываясь к Резникову, подошёл Калинин.
— Слушаю — произнёс он непринужденным дружеским тоном.
— Поучаствуй — так же мягко сказал Резников.
— Люблю, мать его — символизм, просто обожаю — добавил Резников.
Читать дальшеИнтервал:
Закладка: