Максим Тихомиров - Дело треножников
- Название:Дело треножников
- Автор:
- Жанр:
- Издательство:неизвестно
- Год:неизвестен
- ISBN:нет данных
- Рейтинг:
- Избранное:Добавить в избранное
-
Отзывы:
-
Ваша оценка:
Максим Тихомиров - Дело треножников краткое содержание
Альтернативная история, построенная на основе миров Уэллса, Конан Дойля, Кристи, Уиндема, Берроуза и других писателей начала двадцатого века. Альтернативная физика, основанная на представлении о ней тех же писателей. Альтернативная биохимия.
Вторжением с Марса и последовавшей за ним Великой Мировой войной закончилась эпоха викторианских джентльменов, когда убийство считалось величайшим преступлением, а точёные ножки столов обряжали в многослойные юбочки во избежание фривольных мыслей. Война закончилась, выжившие марсиане размещены в алиенских резервациях, с ними постепенно налаживаются дипломатические отношения.
Лондон оправляется от последствий атомных бомбардировок, горожане привыкают жить рядом с двумя постоянно действующими вулканами, в глубине которых постепенно прожигают себе путь к центру Земли кайзеровские ядерные боеголовки — в этом весь ужас атомных бомб, однажды взорванные, они будут взрываться вечно. Подстёгнутая войной и нашествием наука сделала гигантский скачок, и уже никого не удивляют паромобили на улицах и работающие на атомном ходу аэробусы в небе над лондонской Кровлей. Не удивляет и падение ценности человеческой жизни. Наступает новая эра — эра Мориарти.
Таков новый мир, в котором приходится жить двум джентльменам ушедшей эпохи — Шерлоку Холмсу и доктору Ватсону. Эра Мориарти не могла не изменить и их, но они предпочитают не обсуждать эти изменения даже между собой. Им помогает работать с электронной передвижной картотекой по имени Дороти молодая мисс Хадсон, суфражистка, выпускница Гарварда и внучка той самой миссис Хадсон.
Дело треножников - читать онлайн бесплатно полную версию (весь текст целиком)
Интервал:
Закладка:
— Анна-Вероника! — с вызовом встретила взгляд великого сыщика наша секретарша. — С этого момента — Анна-Вероника.
— Да-да, безусловно, — нетерпеливо отмахнулся Холмс. — Простите, запамятовал.
— И попрошу без сарказма, мистер Холмс! — строго сказала новоявленная Анна-Вероника. — Право каждой женщины — носить то имя, которое её саму устраивает наилучшим образом, которое подходит ей здесь и сейчас, которое позволяет ей пребывать в гармонии с собственным внутренним миром! И то, что вы мой босс, вовсе не даёт вам…
— Да-да, мисс Хадсон, — поспешно вернулся мой друг к нейтральному обращению. — Пусть я и не вижу вследствие косности своего мужского ума, каким образом имя «Анна-Вероника» превосходит в своём соответствии озвученным вами пунктам ту же «Анжелику», но я готов смириться с вашим правом к самовыражению, милочка, если это пойдёт на пользу расследованию.
— Вне всякого сомнения, — вздёрнула усыпанный веснушками носик наша невыносимая эмансипе. Я любовался ею в этот момент. Раскрасневшись от эмоций, оседлав любимого конька демагогии о равенстве полов и одновременном превосходстве женщины над мужчиной, готовая растерзать любого, кто посмеет ей перечить, мисс Хадсон расцветала, подобно прекрасному, пусть и весьма экзотическому, цветку среди унылой серости английских традиций и стереотипов. Глаза её метали зелёные молнии, рыжие пряди, выбившись из-под шляпки, падали на лицо, и возмутительница спокойствия совершенно очаровательно пыталась сдуть их уголком рта — впрочем, безо всякого успеха.
— Боже, что за бред?! — вскричал Лестрейд, до этого лишь таращивший изумлённые глаза на обоих спорщиков. — Холмс?! Вы, с вашим рациональным умом истинного джентльмена, соглашаетесь с этой чушью?!
— Увы, мой дорогой Лестрейд! — мой друг развёл руками в комическом отчаянии. — Женщины — удивительные существа. Я давно имел несчастье убедиться, что метод дедукции далеко не всегда применим в понимании свойственной им логики. На мой взгляд, следует оставить за женщинами право менять по настроению имя, подобно тому, как они меняют наряды, когда хотят — в противном случае мы рискуем ввязаться в затяжную позиционную войну, в которой заранее обречены на поражение. Женщины гораздо упорнее в своих заблуждениях, чем мы с вами, мой дорогой шеф-инспектор, и гораздо настойчивее в достижении целей — какими бы абсурдными они нам с вами ни казались.
Лестрейд выслушал эту тираду с отвисшей челюстью, после чего расхохотался и махнул рукой в знак согласия. Мисс Хадсон ещё выше вздёрнула носик и залилась краской негодования.
— Ещё одно типичное проявление мужского шовинизма! — процедила она сквозь зубы, совладав, наконец, с собой.
— Разве я не согласился с вашей точкой зрения, мисс Хадсон? — приподнял бровь мой друг в наигранном удивлении.
— Согласие, данное в столь оскорбительной форме, не может считаться истинным согласием! — блеснула профессиональными познаниями наша секретарша. И, подумав, добавила, как плюнула. — Сэр!
— Диспут о значимости формы и содержания оставим до лучших времён, — пресёк готовый разгореться с новой силой конфликт Холмс. — А теперь, если вы не возражаете, мисс, мы хотели бы услышать, что же вы видели.
— Немногое, — ответила, поджав губы, мисс Хадсон. — Спустившись с треножника, доктор некоторое время расхаживал с совершенно потрясённым видом…
— С треножника? Я?! — моему изумлению не было предела. — Холмс, я что, был там?
С этими словами я ткнул пальцем вверх.
— Да, мой друг, — ответил Холмс. — Путь наверх по верёвочной лестнице вы преодолели с завидной энергией. Спускались, правда, гораздо медленнее, но спишем это на глубокую задумчивость и потрясение от увиденного.
— Боги! — вырвалось у меня. — Не представляю даже, что могло побудить меня на столь безрассудный поступок!
— Любопытство, я полагаю, — пожал плечами великий сыщик. — Это одна из основных страстей, что движут человечеством наряду с ленью, алчностью и вожделением. Вряд ли я ошибусь, высказав предположение, что вы захотели увидеть всё своими собственными глазами.
— Знать бы ещё, что я там увидел, — уныло отозвался я. Память не хранила никаких воспоминаний о случившемся, начиная с момента, когда мой друг начал своё восхождение на личную Джомолунгму марсианского треножника.
— Многое, уверяю вас, — сказал Шерлок Холмс. — Вполне достаточно для того, чтобы впасть в состояние некоторого возбуждения, но слишком мало для того, чтобы ваш мозг милосердно лишил вас воспоминаний об увиденном. Вы ведь не подвержены падучей, доктор?
— Нет, друг мой. И на отдалённые последствия фронтовой контузии списать подобную амнезию нельзя.
— Уверены?
— Со всей определённостью могу заявить это, — сказал я твёрдо.
Холмс кивнул. Я отдал должное деликатности моего друга, который не стал настаивать на объяснениях.
Иначе объяснять пришлось бы слишком многое — а мы уже давным-давно пришли к негласной договорённости, согласно которой старались избегать лишних вопросов касаемо прошлого. Те годы во время Великой войны, что мы провели вдали друг от друга, изменили нас настолько, что порой я задавал себе вопрос — Шерлок Холмс, плечом к плечу с которым мы столько пережили в довоенное время, и тот Холмс, которого я встретил в послевоенном, оправляющемся от немецких бомбёжек Лондоне несколько лет назад — один ли и тот же это человек?
И далеко не всегда ответ на этот вопрос устраивал меня — а порой я и вовсе не находил ответа.
Впрочем, время от времени, глядя на своё отражение в зеркале, я задаю тот же вопрос и себе самому.
И ответ мне не нравится.
— Продолжайте, сударыня, — обратился меж тем Холмс к мисс Хадсон.
— Спустившись с треножника, доктор описал несколько кругов под этим… шатром. Задавал какие-то вопросы полицейским, — тут я мог только развести руками в ответ на вопросительный взгляд моего друга, — потом подошёл к дворцовой ограде и некоторое время рассматривал разрушенную оранжерею. Сквозь брешь, проделанную треножником, продолжали выбираться триффиды. Они то и дело приближались к вам, а вы их отталкивали с крайне брезгливым видом, а они всё лезли и лезли — их вообще очень много бродит тут неприкаянными. Надеюсь, полиция и садовники скоро вернут их всех туда, где им и положено быть. Отвратительные твари!
— Не могу с вами не согласиться, — заметил Холмс. — Особенно после того, что мы увидели в капсуле треножника.
— И что же мы увидели? — заранее внутренне содрогаясь, спросил я.
— Триффидов, — ответил мой друг. — Взрослые особи, числом пять.
— Но что делать триффидам в кабине марсианского треножника?! — вскричал я, совершенно сбитый с толку. Во тьме, скрывавшей мои воспоминания о последних событиях, забрезжил просвет — и то, что смутно заворочалось в памяти, совершенно мне не понравилось.
Читать дальшеИнтервал:
Закладка: