Максим Ковалёв - По зову полной Луны
- Название:По зову полной Луны
- Автор:
- Жанр:
- Издательство:неизвестно
- Год:неизвестен
- ISBN:нет данных
- Рейтинг:
- Избранное:Добавить в избранное
-
Отзывы:
-
Ваша оценка:
Максим Ковалёв - По зову полной Луны краткое содержание
По зову полной Луны - читать онлайн бесплатно полную версию (весь текст целиком)
Интервал:
Закладка:
— Кого только в армию не набирают. Ещё на границу посылать додумываются… Штабные крысы. — Праведный гнев с трудом отпускал сотника.
Как только четверо их занятых делом сослуживцев, несущих на плечах длинное бревно (по эту сторону от Стены в ближайшей округе не росло ничего выше ракитника), освободили проход, бездари скрылись в толще угловой башни. Догвиль ещё некоторое время смотрел им в след, потом перевёл взгляд на строительные леса. Возле них полдюжины солдат, руководимых строителем из Бермонда, мешали в широком корыте крепёжный раствор.
— Ты куда столько раствора бухаешь, увалень тугодумный! Половина же расплещется, пока его подымут. — Все стражники, а с ними и городской мужик, хотя его-то подобный окрик никак не должен был касаться, испуганно воззрились на сотника. Догвиль же обращался лишь к тому из них, кто перекладывал лопатой раствор из корыта в меньшую бадейку. — А ну, подошёл ко мне. Бегом!
Через два дня к вечеру Великая Стена залатала-таки полученную прореху. Теперь на фоне прежней обшарпанной кладки красовалась новая ярко-серая заплатка, навеки отметившая место несостоявшегося прорыва.
Как ни странно, Догвиль остался вполне доволен проделанной работой. Сотник ограничился лишь недолгой речью об упадке нравственности и уважения ко всему великому в современной армии, кои следует безжалостно перевоспитывать (здесь Юлиан невольно вскинул бровь), после чего солдаты, а с ними и наёмные строители были отпущены «по домам». Умученные стражники тогда еле дотащились до бани отмываться.
Общее погребение состоялось ещё накануне. На кладбище, что у берёзовой рощи, собрался весь город. После молитвы местного храмовика по стариковски подтянутый комендант в безупречно сидящем на его субтильной фигуре мундире, как и положено, пусть только на эту церемонию, опоясанный мечом, произнёс хорошую речь о «храбрости и доблести». Гарнизон, выстроенный в ровные шеренги, внимая в молчание. Шесть обёрнутых в саваны тел были опущены в шесть вырытых рядком могил и быстро засыпали под пасмурным, того и гляди, готовым вновь разрыдаться небом. Потом женщины возложили на холмики свежей земли цветы.
— Юлик.
— Ум…
— Юлик.
— А? Что случилось?!
— Ничего не случилось. Я спрашиваю: ты спишь?
Возня под одеялом, сердитое ворчание:
— Уснёшь тут. Опять гуляете! Шуму от вас, как… Постой-ка…
Лопух лежал, подложив под щёку ладонь, и смотрел, как на соседней койке вновь завозились. Наконец из-под одеяла высунулась растрёпанная шевелюра.
— Эй, а ты чего не со всеми? Тоже простыл? Так чаю с мёдом выпил бы, вместо своего пива, мне вроде помогает.
— Да нет. — Лопух, не мигая, глядел на приятеля с другой стороны прохода между двумя рядами коек.
— Что тогда? Нам же завтра выходной дали, можем спокойно отсыпаться хоть до обеда.
Остальные семеро их соседей — койка Ворчуна-Серхо стояла аккуратно застланной, ожидая нового «жильца», — укладываться явно не собирались. Столы в центре казармы были сдвинуты, стражники сидели за ними кружком в желтушном свете масляной лампы. Топилась печь, в которой время от времени рьяно шуровали кочергой. Дальние же части барака тонули в сумраке.
Поздний вечер. Время сна и отдыха. Где угодно, только не здесь и не сейчас.
После трёх дней стройки, закончившихся парилкой, стражники надумали немного расслабиться. Непрерывный галдёж, дробное перекатывание игральных костей, смех и стук соударяющихся кружек разбудили б и покойника. Звучали здравицы за «одержанную победу» и «в память о погибших», и то, что рядом кто-то пытался спать, никого не волновало. Правда, выпивохи всё же старались орать в полголоса. Но и здесь главную роль играло не желание учесть интересы меньшинства, а негласное правило, по которому если не буянить и не высовываться на улицу, сотники смотрели на подобные солдатские междусобойчики сквозь пальцы. Командный состав их гарнизона рассуждал так: раз расслабиться подчинённым в такой глуши считай и негде, а душа, как известно, порой просит праздника, то в некоторых вопросах можно проявить лояльность. Парни без особых последствий развеются, а значит, суровые армейские будни перестанут казаться им столь суровыми. «Послаблениями» в казармах всё же старались не злоупотреблять. Наказание за чрезмерную гульбу взималось по полной, с урезанием жалования и, напротив, усилением физических нагрузок для провинившихся. Вернувшийся из лазарета Лапоть как десятник строго следил за исполнением данного договора.
— Я здоров. Просто не охота ни пить, ни играть, — помолчав, ответил Лопух.
— Ну, спи, раз так, — сквозь зевок протянул приятель.
Какое-то время держалась тишина, даже гуляки приумолкли. Час был поздний, и хмель всё сильнее смаривал их.
— Юлик, ты зачем в армию пошёл?
— А? — задремавший Юлиан вновь дёрнулся.
— Я вот сирота, с малых лет у тётки жил. Наша деревня — Малиновка — неподалёку тут. Денег всегда не хватало, ютились впятером в тесной избе. Надоело мне это. Как только двадцать годков стукнуло, я сразу к вербовщикам и подался. Так всем лучше было… Думаю, в отпуск съездить, проведать своих.
— Ты чего в воспоминания ударился? — Юлиан внимательнее присмотрелся к непривычно грустному лицу друга. — Мне твоя история давно известна.
— Я и говорю — со мной всё ясно, — продолжил Лопух. Глаза его в сумраке казались тёмными провалами, в которых отражались отблески лампы. — А зачем ты солдатом стал, до сих пор понять не могу.
Юлиан улёгся на спину и теперь следил за тем, как меж потолочных балок мечутся размытые тени сидящих за столами.
— Да, единственный наследник рода. Усадьба в пригороде столицы. Почти законченный университет. Перед ним все дороги открыты — отец позаботится. Гуляй и бед не знай. А он, тупица, собирает вещички, пишет прощальное послание и исчезает в неизвестном направлении… Короче, у меня почти всё, как и у тебя! — Юлиан заложил руки за голову и усмехнулся — раз не суждено выспаться, отчего бы ни поболтать. — Я же уже рассказывал.
— Ещё расскажи, интересно ведь. Не у каждого такая жизнь была.
— Хм, интересно… Сам знаешь, нашли меня, пусть и не сразу. Целый год довелось пожить вольной жизнью! Я тогда в Северном уделе обитал. Бродяжничал, подрабатывал, где придётся — землекопом, углежогом, а если везло, то писцом у какого-нибудь купчишки. Пару месяцев сидел на одном месте, потом срывался, забрасывал мешок с пожитками за спину и уходил, куда глаза глядят. Как сейчас помню, весна была. Вишня цвела — страсть! Все сады в белом пуху стояли. Приехал ко мне отец. Уж не знаю, как он меня выследил, может я кому-то из знакомых семьи на глаза попался, а тот и послал весточку. Словом, свалился он мне как снег на голову. Уговаривал вернуться. Дескать, мать от переживаний вся больная сделалась. Ругался. Чуть у нас до драки не дошло. Потом заплакал. Но всё без толку… Когда он уезжал, я с ним письмо матери отправил и ещё писать обещал. Не помню, когда уж последний раз отсылал.
Читать дальшеИнтервал:
Закладка: