Дэниел Абрахам - Предательство среди зимы
- Название:Предательство среди зимы
- Автор:
- Жанр:
- Издательство:АСТ, АСТ Москва, Харвест
- Год:2009
- Город:Москва
- ISBN:978-5-17-058558-8, 978-5-403-01468-7, 978-985-16-7117-1
- Рейтинг:
- Избранное:Добавить в избранное
-
Отзывы:
-
Ваша оценка:
Дэниел Абрахам - Предательство среди зимы краткое содержание
Странный, экзотический мир…
Здесь на руинах древней империи образовались города Хайема, коими управляют могущественные властители — хаи, и коим вечно угрожает воинственный сосед — царство Гальт.
Здесь поэзия имеет магическую силу, ибо только поэты в силах призывать и подчинять своей власти таинственных духов — андатов, способных помочь людям и в мирные дни, и в грозную годину войны.
Но Ота, знатный юноша из города Сарайкет, не хочет ни власти над андатами, ни жребия поэта, ни могущества политика. Он мечтает о свободе и преуспевании, которыми в этом мире могут обладать лишь купцы и мореплаватели…
Впрочем, судьба не спрашивает, хочет ли избранный ею соответствовать своему предначертанию.
И вскоре Ота и его лучшие друзья — поэты Маати и Семай — оказываются замешаны в смертельно опасный заговор, цель которого — уничтожить законного властителя Сарайкета и посадить на его место умную, сильную и хищную женщину, готовую на все ради вожделенной цели…
Предательство среди зимы - читать онлайн бесплатно полную версию (весь текст целиком)
Интервал:
Закладка:
Он вошел через снежную дверь в покои Господина вестей, знакомые ему с лета. Когда он снял верхний плащ и дал отвести себя в комнату, где слуги хая оговаривали время аудиенции, Пиюн Си, помощник Господина вестей, сразу принял позу приветствия.
— Как приятно, что вы вернулись! Хай говорил, что вы приедете. Но он ждал вас раньше.
Из его рта шел пар, хотя в комнате было тепло. За время пути представление Маати о тепле и холоде изменилось.
— Дорога была длиннее, чем я рассчитывал, — объяснил Маати.
— У высочайшего сейчас встречи, его нельзя беспокоить. Он послал нам указания касательно вашего жилья…
Маати ощутил укол разочарования. Наивно было ожидать, что Ота-кво выйдет ему навстречу, и все-таки именно на это он и надеялся.
— Мне подойдет все, что у вас есть, — сказал Маати.
— Не волнуйтесь, Пиюн-тя, — произнес женский голос сзади. — Я сама размещу гостя.
За эти месяцы Киян ничуть не изменилась. Ее волосы — черные с белыми прядями — были завязаны узлом, который выглядел слишком просто над узорными одеждами хайской жены. В ее улыбке не было ни ледяной вежливости, ни приторной радости придворных интриганов. Киян обняла поэта, и он почувствовал от ее волос аромат лавандового масла. Став женой хая, Киян все равно смотрелась бы уместнее на постоялом дворе или на рынке, где раньше торговалась с мясниками и зеленщиками.
Хотя, возможно, Маати только вообразил себе эту неизменность.
— Ты усталый, — сказала она и повела его по длинному пролету изношенных до гладкости гранитных ступеней. — Сколько ты провел в дороге?
— Я оставил дая-кво до Ночи Свечей, — ответил Маати.
— Ты до сих пор одет как поэт, — тихо сказала она.
Значит, знает.
— Дай-кво принял предложение Оты-кво. Меня оставили в числе поэтов, запретив появляться в бурых одеждах на церемониях. Еще мне нельзя жить в доме поэта и ни в коем случае нельзя намекать, что я говорю от имени дая-кво.
— А Семай?
— Думаю, Семаю пришла пара писем с упреками. Впрочем, худший удар я взял на себя. Так проще, да и я перенес это легче, чем в юности.
Двери в конце лестницы были открыты. Киян и Маати спустились под улицу и снег, и освещенный свечами ход показался почти жарким. Дыхание перестало рождать призраков.
— Мне жаль, — молвила Киян, которая шла впереди. — Несправедливо, что ты пострадал за правильный поступок.
— Я не пострадал, — возразил Маати. — Быть на хорошем счету у дая-кво не так-то весело. Со временем я все больше радуюсь своей опале.
Киян фыркнула от смеха.
Весь коридор сиял золотом. Высокая сводчатая арка была покрыта плиткой, отражающей свет, и тот висел в воздухе, как пыльца. Издали доносилось эхо музыки. И вдруг в мелодию вступили голоса — словно в воздухе зашептались боги. Маати замедлил шаг. Киян обернулась.
— Зимний хор, — объяснила она. И добавила тише, почти благоговейно: — В зимние месяцы многим нечего делать. И, пожалуй, в холоде и темноте музыка особенно нужна.
— Какая красота! Я знал о подземелье, но…
— Это совсем другой город, — сказала Киян. — Представь, как чувствую себя я! Пришлось управлять тем, о чем я и не подозревала.
Они двинулись дальше.
— Как он?
— В заботах. — Киян грустно улыбнулась. — Работает с утра до вечера, пока с ног не валится, и встает рано. Каждый день его ждут тысяча неотложных дел и тысяча формальностей, которые отбирают время. Это его раздражает. Вот и сейчас будет злиться, что не смог тебя встретить. Хорошо хоть я смогла. Пытаюсь как-то ему помочь. Слежу за тем, что важно для него лично, пока он защищает город от хаоса.
— Думаю, город и без него какое-то время продержится, по привычке, — заметил Маати.
— Управление отнимает все время, какое есть, — с отвращением сказала Киян.
Они прошли через широкие ворота в огромный подземный зал. Под потолком сияла белым светом тысяча фонарей. Мужчины, женщины и дети сновали по своим делам, и их голоса журчали, словно ручеек по камням.
Неподалеку пел нищий; лакированный ящик для подаяний стоял перед ним на каменном полу. Маати заметил повозку водовоза, потом еще одного торговца, который предлагал рис с рыбой в кульках из вощеной бумаги. Как настоящая улица, как огромная беседка с крышей из камня!
— Отвести тебя в покои? — спросила Киян. — Или сначала что-нибудь поешь? Посреди зимы мало свежего, но я нашла женщину, которая готовит замечательную ячменную похлебку.
— Вообще-то… нельзя ли сначала познакомиться с ребенком?
Улыбка Киян засияла собственным светом.
— Ты можешь вообразить мир, где я бы сказала «нельзя»?
Киян кивнула в сторону бокового хода и повела Маати на запад, еще глубже. Переход от общего пространства улиц к дворцовым коридорам оказался почти незаметным. Ворота были, да, но открытые. Кое-где стояли стражники. Вскоре Маати видел лишь слуг или рабов хая: они попали под хайский дворец. Киян остановилась у тонкой дубовой двери, открыла ее и жестом поманила за собой на лестницу.
Детская находилась высоко над подземным миром. В каменном очаге ревел огонь, а в окна светило настоящее солнце. Няня, девушка от силы шестнадцати зим, дремала на стуле, а ее подопечный гукал и пускал пузыри. Маати подошел к краю кроватки, и ребенок затих, уставился на него недоверчивыми глазами, а потом расплылся в широкой беззубой улыбке.
— Она только перестала просыпаться по ночам, — прошептала Киян, стараясь не разбудить служанку. — Две недели были ужасные колики. Не знаю, что бы мы делали, если бы не няни. Теперь ей лучше. Мы назвали ее Эя.
Киян взяла в руки дочь и привычным движением усадила себе на колени. Маати вспомнил, как сам сажал ребенка на колени, давным-давно, далеко отсюда… Киян будто прочитала его мысли.
— Тани-кя сказал, что если с даем-кво будет все так, как ты думал, ты станешь искать сына. Его имя Найит?
— Найит, — кивнул Маати. — Я разослал письма повсюду, но ответа не получил. Побуду здесь, на одном месте. Если он и его мать захотят меня найти…
— Мне очень жаль, — промолвила Киян. — Им тоже нелегко, но…
Маати только покачал головой. Кареглазая малютка хватала ручонками воздух и гулькала. Ей было невдомек, сколько понадобилось крови, боли и предательства, чтобы она появилась в этих стенах.
— Красавица, — сказал Маати.
— Не глупи!
Молодой поэт прислонился к стенке бассейна. Рядом Размягченный Камень болтал ногами в теплой воде и безмятежно смотрел на густой ароматный пар, заполнявший баню. С той стороны из бассейна вышла компания девушек и направилась за одеждой, оставив слугу вылавливать пляшущие по волнам подносы с чайниками и блюдцами. Баараф нетерпеливо шлепнул по воде.
— Потом посмотришь на голых девок! Я о деле. Если Маати-тя вернулся, чтобы помочь мне упорядочить книги…
Читать дальшеИнтервал:
Закладка: