Ника Алова - Братья

Выбравшись из постели, Тэйнен направилась к шкафу, распахнула его и от души выругалась. Конечно же, никто и не подумал принести сюда ее вещи, и вот теперь из доступной одежды у нее имелись только тонкая нижняя сорочка, прозрачность которой она вчера явно недооценила, и проклятое платье, в которое ей без посторонней помощи ни за что не влезть.

Единственным выходом оставалось воспользоваться вещами Криана, быстренько дойти до своей, теперь уже бывшей, комнаты и переодеться там. В конце концов, шансы кого-то встретить по пути были не так уж велики. Судя по всему, вчерашнее празднование удалось на славу, и большинство обитателей форта сейчас мирно отсыпаются, в точности как Криан.

Тэйнен довольно быстро отыскала в шкафу чистые вещи, выскользнула из сорочки, и только успела просунуть голову в ворот слишком для себя просторной мужской рубахи, когда услышала из-за спины тихий, усталый голос:

— Тэй, принеси воды. Пожалуйста.

Криан, оказывается, успел проснуться, и теперь лежал на спине, заложив руки за голову. Глаза его были, к счастью, закрыты.

Стянув рубашку на горле рукой, Тэйнен сходила до столика у камина, взяла стоявший там кувшин с водой и вернулась в спальню. Криан тем временем успел отыскать где-то небольшой флакончик с темно-зеленой жидкостью и стакан. Забрав кувшин, он наполнил стакан водой, отмерил туда же десяток капель из флакончика, и разом выпил эту смесь.

— Спасибо. Ты куда-то собралась?

— Теперь уже никуда, — фыркнула Тэйнен, унеся кувшин на место. — Как прошли переговоры?

— Прекрасно.

Мужчина помотал головой, словно стряхивая остатки сна и похмелья, и добавил:

— Все вышло даже лучше, чем я ожидал. Правда, возможно, столько пить все же не стоило.

— Мне нужны мои вещи, — решительно заявила Тэйнен.

— Будут тебе твои вещи. Дай народу хоть немного проспаться.

— Я могу сходить за ними сама.

— А зачем? Ты и так выглядишь замечательно.

Тэйнен опустила глаза, и вспомнила, что так и не надела штаны. А рубашка, хотя и была достаточно длинной, доставала только до середины бедер.

— И не надо так на меня смотреть! — сердито выдохнула девушка, мучительно надеясь не покраснеть.

— Как? — невинно осведомился Криан, пряча стакан под кровать. — Да и потом, начинать горевать тебе надо будет, когда мужчины перестанут вот так на тебя смотреть. А сейчас еще рано.

— И все равно, не смотри.

— Хорошо, не буду, — сдался мужчина, садясь в постели и принимаясь стаскивать сапоги.

Тэйнен прилегла на противоположный край кровати, и принялась смотреть в окно. Небо было затянуто низкими осенними тучами и явно собиралось в самом скором времени разразиться ливнем. Идти куда-то по промозглым коридорам категорически не хотелось, зато очень хотелось снова забраться под толстое шерстяное одеяло и полежать в тепле и уюте, пока форт окончательно не проснется, и не придет пора завтракать.

Нырнув под одеяло, Тэйнен невольно поежилась. Постель успела остыть, и теперь простыня казалась облитой холодной водой. Чтобы согреться побыстрее, девушка легла на бок, и притянула колени поближе к груди. Перина чуть шевельнулась, и теплая рука мужчины, змеей проскользнув возле шеи, обняла Тэйнен за плечи.

— Все будет хорошо, — защекотал ухо еле слышный шепот. — Самое страшное уже позади.

Наверное, Криан имел в виду авантюру со свадьбой, и соглашение с Ровари. Но Тэйнен подумала совсем о другом. Самое страшное действительно было уже позади, и осталось лишь просто жить дальше, по возможности делая все, что надо.

И все же, впереди еще оставалось кое-что, очень страшное для них обоих. Теперь, возможно, более страшное, чем когда-либо прежде. Их ожидала встреча с Роаном. И когда они встретятся, у Роана будет полное право упрекнуть их обоих в том, сколь недолгим было горе потери брата и возлюбленного, и в том, сколь быстро было найдено утешение.

— Перестань думать о Роане, — неожиданно раздраженно попросил Криан. — Тебе незачем чувствовать себя перед ним виноватой, потому что он видел и всегда будет видеть в тебе только трофей. А твоя любовь ему совершенно без надобности.

— Я знаю, — сухо ответила Тэйнен.

Подобные мысли действительно все чаще приходили ей в голову. Роану и впрямь нужна была скорее игрушка, способ самоутвердиться, чем подлинное чувство. То, что ему ответили взаимностью, говорило ему лишь о том, что он в самом деле заслуживает любви.

Но причина была не только в Роане. Тэйнен никак не могла выбросить из головы Элоан, хотя та так и не объявилась, и, вроде бы, не предпринимала никаких попыток устранения соперницы. А еще ей было неудобно признаваться даже самой себе в том, сколь огромное облегчение она испытала, услышав, что противная фурия не была брошена, а сама, по своей воле, порвала с Крианом.

— И про Элоан забудь, — почти взмолился мужчина. — Или научись уже толком скрывать свои мысли!

— Кстати, — не удержалась Тэй. — А куда она исчезла?

— Тогда, вернувшись из Лориада, я столкнулся с этой особой, — немного неохотно отозвался Криан. — И поклялся, что не женюсь на ней, даже если она останется последней невестой на свете, потому она может не стараться. Надо полагать, я был весьма убедителен.

По тону мужчины Тэйнен догадалась, что кроме этой, довольно невинной, фразы он высказал бывшей любовнице много чего еще. Но продолжать расспросы отчего-то совершенно не хотелось. Было слишком тепло и уютно, шею чуть щекотало дыханием, девушка сама не заметила, как вытянула ноги, всем телом прижимаясь к обнявшему ее Криану. Казалось, лежать вот так вдвоем, в тишине, можно было целую вечность.

В отличие от Роана, всегда приносившего волнения и перемены, Криан олицетворял спокойствие и надежность. Он был именно таким, каким, вероятно, большинство женщин представляют себе идеального мужа. Неудивительно, что столь многие из них стремились добиться его благосклонности.

Тэйнен вздохнула. Наверное, ей, ставшей в этом соревновании победительницей, следовало радоваться, но радости не было. Одни только тревожные мысли о будущем, о Роане, о том, что он задумал, и о неуклонно надвигающейся войне.

— Не грусти, — шепнул Криан. — Поскольку, как мне сдается, хуже уже некуда, впереди нас ждут перемены к лучшему.

— Возможно, — согласилась Тэйнен.

Возможно, это было лишь иллюзией. Из всего предыдущего жизненного опыта девушка вполне определенно уяснила для себя, что, сколь бы плохи дела ни были, всегда есть куда хуже. Но сейчас грустить почему-то в самом деле расхотелось. Может быть даже и потому, что свободная от объятий рука мужчины беззастенчиво скользнула под и без того задравшуюся рубашку.

Тара, судя по всему, проснулась уже довольно давно, потому что успела собрать и аккуратно уложить вещи Тэйнен, благо, вещей этих было не так уж много. Тэй напоследок прошлась по комнате, проверяя, не осталось ли там чего. На подоконнике она обнаружила позабытый флакончик, и, невольно ахнув, начала искать, как бы отмерить зелье.