Стивен Эриксон - Увечный бог

"Дерьмо. Сплошное дерьмо".

В сорока шагах виднелась идущая параллельно долине дорожная насыпь; ее уступчатый склон был покрыт гладкими валунами. Идти к ней пришлось бы по полю, года два как не паханому. Справа, в сотне шагов, была группа строений - дом фермера окнами к полю, почтовые конюшни и гостиница.

Синдекан зашагал, устало глядя на крутой край дороги. Оказавшись там, вложил меч в ножны и полез наверх.

За дорогой тянулись на треть лиги пустые поля, пересекаемые ветрозащитными стенами, как будто хаотически расположенными заплатами. - Так лучше, - пробурчал он.

Никакая армия не захочет идти здесь - стены станут преградой, ведь почти все они высотой в рост человека. Напасть сможет разбиться на полукогорты и удерживать одну стену за другой. Пока коланцы прорываются, битва за Шпиль будет давно выиграна.

"Но остается сама дорога и ближнее поле. Достаточно узко. Где же расположить узел обороны? На дороге или на поле? А как насчет адского каменного склона? Ни за какие деньги не стал бы его защищать. Попытка его пройти станет для них кошмаром, но не слишком долгим. Тогда поставлю когорты в пяти шагах от края, пусть ожидают. Мы запрем их как в бутылке, не давая литься по сторонам. Сработает. Должно сработать".

Упершись руками в бедра, он оглянулся на солдат Серых Шлемов. Запыхались, почти все согнулись или стоят на коленях, дыша словно карпы на берегу.

Он указал на здания: - Раненых туда. Лекари, спешите. Остальные выпейте остатки воды, если еще не выпили. Перекусите, пока можно. Мы будем удерживать дорогу и эту сторону. Почти все. Хочу, чтобы две когорты перешли на ту сторону и помешали им прорваться. Если полезут, заставьте их заплатить, братья и сестры. Ну, марш к зданиям, строиться за двадцать шагов.

Ни одного упрека. Напасть подобралась и двинулась вдоль неровного, усеянного сорняками поля.

Развернувшись, Синдекан поглядел на дорогу. Что это, блеск наконечников?

Он сверкнул глазами на солдат. - Шагай бодрее! Враг замечен на дороге! "Да сохранят нас сегодня Волки!"

Высший водраз Фестиан подал знак, увидел, как колонны сходят с дороги, разбиваясь перед разгороженными полями. Разведка с пиками ринулась вперед, удостоверяясь, что ворота проходимы.

В семи сотнях шагов по дороге видна треклятая Напасть. Ее огороженные поля не волнуют.

Фестиан был намерен яростно сойтись с Серыми Шлемами, давя силой пятнадцати тысяч коланской тяжелой пехоты, а потом послать восемь тысяч в обход, чтобы вышли на дорогу за спинами врага. Вначале они сокрушат противника на самой дороге, потом погонят к югу, через узкое поле, к краю долины - где вместо отступления их ждет гибельный спуск по опасным откосам.

Он был намерен сделать работу быстро.

В отдалении видна была верхняя треть Шпиля. Ниже весь уступчатый перешеек затянут клубами пыли или дыма. Зрелище это его напугало.

"А теперь Брат Старательный мертв. Пойман в некую гнусную магическую западню. Все выпало на вашу долю, Сестра Почтенная. Но мы победим. Правосудие - меч несравненный. Молю, Сестра, держитесь. Мы идем".

Гиллимада замедлила шаги, чтобы быть наравне с Боевым Вождем. Он смотрел на громадную женщину, с трудом дыша.

- Я послала разведчиков на дорогу - там солдаты.

Спакс кивнул, не в силах разговаривать. Он не мог и вспомнить, когда в последний раз водил набеги; воины топали позади со всей дьявольской легкостью молодых, его же ноги подламывались, в боку саднило, пот разъедал укус на члене, оставленный прошлой ночью дочкой Абрастали. Она пыталась его оторвать зубами в гневе и разочаровании, узнав, что беременна - а он-то тут почти ни при чем! Простое невезение, что его чемпион оказался ближайшей штукой, на которую излился весь гнев и так далее.

- Мы могли бы напасть, - предложила Тартеналка громовым голосом. - Сюрприз!

- Мож... можем мы их обогнать?

- Тартеналы могут, но не вы. Они используют дорогу. Там дорога. Моя разведка видела ее и солдат. Бегущих.

- Твоя разведка видела... видела... Напасть?

- Нет. Солдаты Колансе! На дороге. Бегущие.

"Ох, проклятые боги-Баргасты, я завяз в вашей тине? Очень похоже! Причем вместе с безмозглой деревенской клушей!" - Деревья давно валила, женщина?

- Чего? Нет тут деревьев! Я о них голову бы ударяла. Рада, что нет деревьев! - Она зычно захохотала, потрясла головой. - Ваш язык, он такой неуклюжий! - Резко вздохнула, и потекла струя звуков, которые Спакс никогда не счел бы свойственными Теблорам.

- Что это было? - спросил он, когда она закончила.

- Я делаю поэтичные песни на родном языке. Я тем и знаменита, ха, ха!

- Могла бы перевести?

- Нет. Бесполезно. У вас одно слово на одну мысль. У нас много мыслей на одно слово! Вы все говорите слишком медленно и нам приходится замедляться, и мы устаем от вас, людишек!

Спакс вздохнул, потряс головой: - Прямо сейчас ни одного слова, совсем ни одного!

- Тебя понести?

"О, и посмотреть, как я справлюсь перед лицом всех своих воинов! Они умрут от смеха, врагу никакие мечи и пики не нужны!" - Даже не трогай! - зарычал он.

- Ха, ха, ха!

Коланцы не тратили зря времени, они потекли с дороги, чтобы встать на поле против Напасти. Едва сомкнув щиты и выхватив мечи, они двинулись, равняя шаг по оставшимся на насыпи.

Синдекан стоял во втором ряду. Ему страстно хотелось оказаться рядом с товарищами-лекарями, в домах, но он же командует, место его здесь - с братьями и сестрами.

Они все еще задыхаются, ноги подкашиваются - он знает признаки переутомления мышц. Времени полностью восстановиться нет. "Дело будет неприятное".

Коланцы подошли на шесть шагов и ринулись в бой.

Гиллимада снова отстала от своих. - Там дерутся!

- Ради милостей Худа, Теблора - мы медленные, но не глухие!

- Нам идти к ним?

- Если только хочешь драться на чертовом склоне! Нет, мы пройдем дальше заварухи, влезем за Напастью и двинемся туда.

- Но я хочу убивать полукровок!

- Может, тебе выпадет случай...

- Нет! Хочу убивать прямо сейчас! Это важно!

- Отлично! Ты поведешь контратаку, едва окажемся наверху. Лады?

Гиллимада широко улыбнулась. Зубы у нее были ровные и белоснежные. - И срубим все деревья, какие увидим!

Он сверкнул глазами, но лишь в спину - она уже убежала вперед. Сердце готово было разорваться, он гадал, не случится ли это в миг боя - внезапное сжатие в груди или что еще там бывает. Он был уверен: это больно. Очень.

Поглядев на склон слева, Спакс заметил летящую пыль - а потом блеск копий или пик, или даже мечей. Впереди Теблора издала вопль; Спакс прищурился, видя падающие тела, оружие, молотящие руки и ноги.

- Дальше! Дальше!

Воины напирали сзади. Спакс зарычал : - Обходите меня, чтоб вас! Догоню!