Кристофер Раули - Драконы Аргоната

Чем ниже спускался маленький отряд, тем гуще становились заросли, сквозь которые приходилось продираться. Продвижение замедлилось, но деревья Кройского леса становились все ближе и ближе.

Наконец путники добрались до настоящего леса: их обступили березы, осины и высокие сосны. Торн предложил сделать привал. Лессис выслала на разведку ворону, но та еще не успела скрыться из виду, как снизу донесся рев. За хриплыми криками и жуткими завываниями последовал топот копыт. Затем глухо протрубил рог.

Этот звук Релкин знал слишком хорошо. Так трубили рога бесов.

есы поднимались по склону, их кони с шумом проламывались сквозь кустарник. Вдоль банок, к отчаянию беглецов, снизу, из лесу, донесся лай охотничьих собак. Создавалось впечатление, будто враги затаились в засаде, поджидая императора и его спутников. Видимо, им удалось угадать решение Торна – впрочем, немудрено: выбор у беглецов был невелик.

– Что теперь? – спросила Лессис тихим, спокойным голосом, чтобы Торн не вздумал защищаться или оправдываться. Ей не стоило выказывать ни малейших признаков тревоги.

– Поворачиваем назад. Придется поискать другой путь, – отвечал Торн, не теряя времени на лишние разговоры.

Развернувшись, спутники принялись карабкаться вверх по той самой крутой тропе, по которой только что спустились. Снова по ущельям и лощинам, сквозь заросли и по голым скалам.

Собачий лай сделался еще громче, гончие учуяли дракона, и незнакомый запах привел их в невероятное возбуждение. Будь у нее время, Лессис навела бы чары, способные сбить собак со следа, но увы, враг был слишком близко.

Император, Великая Ведьма, посол и все прочие удвоили усилия, там, где тропа забирала вверх не слишком круто. Они бежали бегом, а когда приходилось взбираться по почти отвесному склону, цеплялись за корни и стебли. Их подгоняло отчаяние.

Погоня несколько поотстала – крутой подъем нельзя было одолеть верхом, и бесам пришлось спешиться, потеряв около минуты. Но они трубили в рога, оповещая остальные вражеские отряды, что беглецы обнаружены.

Наконец император и его спутники добрались до вершины и снова оказались на охотничьей тропе, тянувшейся вдоль северного склона горы Нищих. Стараясь двигаться как можно быстрее, они направились на юго-запад.

– Можно попробовать пройти вон той лощиной, – предложил Релкин. – Спуск там довольно крутой, но дракон с ним справится. Этим путем мы выйдем к Ежевичному Лесу, а потом двинем на запад и скоро доберемся до Куоша.

– Куоша? – переспросил Торн.

– Куош – деревня, в ней есть старинный Драконий дом. Сейчас там два кожистоспинных да еще и медношкурые – наставник Макумбер готовит их к поступлению на службу. Есть там и старые драконы, но больше драконихи, непривычные к битвам.

– А ты, стало быть, считаешь, что будет битва? – спросил Торн, испытующе глядя на драконира.

– Так ведь ясно, что они собираются делать. Здесь уйма бесов, да еще эти непонятные звери. Имея в своем распоряжении столько сил, они не отступятся и будут добиваться своего во что бы то ни стало.

Торн кивнул:

– Боюсь, что ты прав.

Слышавший весь этот разговор император поджал губы и поинтересовался:

– Все ли драконопасы столь искушены в вопросах военной тактики?

– Пожалуй, нет, Ваше Величество, – невозмутимо ответила Лессис.

Император посмотрел ей прямо в глаза – взгляд его был задумчив. Она знала этого паренька, очень хорошо знала. Паскаль отвернулся и снова взглянул на Релкина.

– Куош – это то самое место, где мы с Базилом выросли, – пояснил Релкин, видя вокруг вопросительные взгляды.

– Вот оно что, – сообразил наконец Торн.

Вновь затрубил рог. Собачий лай раздался совсем неподалеку.

– Торопитесь, – воскликнул Торн. – Они близко!

– Торопиться, – проворчал Базил, подойдя к Релкину и вскинув свою большую голову. – Да мы ничего другого и не делали с того момента, как встретили эту компанию.

Релкин не мог не согласиться. Надо же, день начинался так хорошо, а чем все обернулось? На них охотятся с собаками. Даже завтрак, и тот пришлось отдать императору.

Там, где позволяла тропа, они переходили на бег, а в других местах карабкались по глинистому сланцу или голому камню. Вереск и карликовые сосны в какой-то мере укрывали их от преследователей. Те снова поотстали: собачий лай звучал не так громко.

Наползавшие с юга тучи полностью затянули небо. Солнце больше не проглядывало. Вскоре начал накрапывать небольшой дождик. Когда беглецы выбрались на вересковую пустошь, покрывавшую западный склон Бреннансийского холма, небо почернело, а тучи налились свинцовой тяжестью. Прямо в вершину видневшегося в отдалении холма Паулерс три раза подряд ударила молния: зрелище было более чем впечатляющее.

Дождь усиливался. Налетел шквальный ветер. Скользя и падая, беглецы спешили по пологому травянистому склону вниз, к каменистому ущелью.

Небо расколол удар грома. Сверкнула ослепительная, казавшаяся вблизи пурпурно-белой, молния. Громовой раскат заставил вздрогнуть даже виверна. Люди и дракон бежали со всех ног под яростно хлещущим, проливным дождем. На юго-западе, над холмом Паулерс, блеснула еще одна молния. На какой-то миг вспышка высветила долину – лес, поля и маячившую вдалеке башенку куошского храма.

Горные тропы не были приспособлены для прогулок. Подошвы скользили, и Лессис несколько раз упала. К счастью, она не ушиблась и на ноги поднималась мгновенно, но вынуждена была признать, что удобные, разношенные кунфшонские башмаки решительно непригодны для скалолазания.

– Там! – воскликнул посол Коринг, указывая на юг.

Все обернулись и увидели возглавляемый людьми отряд верховых бесов, устремившийся наперерез беглецам. Из конских копыт летели брызги и грязь. Судя по скорости враги могли перехватить беглецов как раз перед входом в ущелье.

– Быстрее! Мы проскочим! – воскликнул император и со всех ног побежал навстречу неминуемому столкновению.

– Нет, Ваше Величество! Нет! – закричала Лессис, но было уже слишком поздно.

Паскаль умчался вперед, Тори и Лодер бежали за ним по пятам. Релкин и дракон устремились следом. Затем мимо Лессис пробежал посол, и ей пришлось бежать вдогонку, держа наготове длинный нож. Ведьма старалась не думать о том, что случится, если император сложит здесь голову. Как вообще могли они пойти на такой риск? Предпринять дальнее путешествие, зная, что в Падмасе объявился новый враг! И какой! Это безумие, оправдать которое невозможно.