Дженнифер Фаллон - Медалон

— Ты имеешь в виду присутствие в Гринхарборе принцессы Адрины? Она могла стать вестником мира?

Дамиан пожал плечами.

— Кто знает? Мне пришлось потрудиться, но я — слава богам — ухитрился избежать встречи с ее светлостью. Говорят, она совершенно несносная, капризная и избалованная девица. Даже сам Габлет не смог подкупить никого, кто согласился бы взять ее в жены. — Брэк усмехнулся при мысли, что девушка и в самом деле должна быть настоящей стервой, раз о ее репутации знали все — от жителей Гринхарбора до военлорда удаленной провинции. Дамиан наклонился в седле и ласково похлопал по шее собственного золотого жеребца. Ни у него самого, ни у его наездников не было магических способностей, с помощью которых можно было бы общаться с этими необычными животными, но уход за ними был самым тщательным. Военлорд взглянул на харшини, его улыбка погасла.

— Единственное, что объединяет Хитрию и Фардоннию, — это то, что Сестринская община преследует язычников. Дрендик в свое время спас немало невинных жизней. За это я многое могу ему простить. Даже то, что он фардоннец.

Брэк спешился и снял свои вещи со спины Рассекающего Облака. Он будет скучать по жеребцу, но не рискнет взять его с собой в Медалон. Не то чтобы кто-то в Медалоне смог бы распознать его породу, но и лишние комментарии по поводу, несомненно, благородного вида животного были совершенно ни к чему. Лучше не привлекать излишнего внимания.

— Если я могу еще чем-то помочь, — произнес Дамиан, принимая вожжи Рассекающего, — то только скажи.

— Попытайся не развязать гражданскую войну, пока меня здесь не будет.

— Лучше попроси об этом богов, — предложил Дамиан. — Они управляют ситуацией в большей степени, чем я.

Брэк пожал Дамиану руку. Ему действительно нравился молодой военлорд, но это не значит, что нужно прислушиваться к его словам.

— Доверяй собственному здравому смыслу, Дамиан, — не полагайся в этом на богов. У них полно своих дел.

Молодой человек посерьезнел:

— Так же, как и у харшини.

Брэк не стал оправдываться и отвергать обвинение. На какое-то мгновение установилась гнетущая тишина.

— Ты ищешь дитя демона, правда? — очень тихо спросил Дамиан, хотя рядом не было никого, кто мог бы их подслушать. Сопровождавший их до границы отряд сейчас укрывался в рощице поодаль.

— Кто тебе это сказал?

— Считай, что я пришел к этому путем собственных размышлений, — он только пожал плечами. — Слухи о нем ходят почти все время, сколько я себя помню. И мне кажется, что именно это могло быть той самой причиной, которая заставила харшини после стольких лет прервать, наконец, свое молчание. Ты собираешься его убить?

Брэк вздрогнул от неожиданного предположения.

— Не знаю.

— Тогда ответь мне на один вопрос.

— Если смогу.

— Если это и вправду ребенок Лорандранека, то он должен быть примерно как ты, верно? Харшини, но способный на насилие. В таком случае он может убить бога, да? Поэтому Лорандранек отозвал всех харшини в Убежище? Подождать рождения ребенка, который сможет уничтожить Хафисту?

Брэк подивился способности Дамиана сложить головоломку из столь мелких и разрозненных деталей. Однако его сестра была Верховным Аррионом. Лиге чародеев было известно много такого, о чем простые люди даже не подозревали. Заданный Вулфблэйдом вопрос пугал своей глубиной. Он объяснял, почему богам не терпелось удостовериться, что дитя демона живет и здравствует. Неужели Хафиста обрел такую силу, что прочие боги настолько обеспокоились, что позволили этому ребенку появиться на свет? Брэк вздрогнул и снова переключил внимание на Дамиана.

— Речь шла об одном вопросе, а ты огласил целый список.

— Предположим, я не силен в счете.

— Я не могу ответить ни на один, — покачал головой Брэк.

— Не не можешь, а не ответишь, — обвинил его военлорд.

— Не могу, — возразил Брэк, — просто потому что не знаю.

Застава сильно изменилась с тех пор, как Брэк видел городок в последний раз. Он значительно вырос — в западной части появились новые здания из красного кирпича и стало существенно больше таверн и постоялых дворов. Солдат тоже заметно прибавилось.

От красных мундиров рябило в глазах. Сами защитники тоже оказались другими — теперь это были не исполненные энтузиазма юнцы, а закаленные, отлично обученные и известные своей репутацией самых дисциплинированных солдат воины. Тем не менее их присутствие в городе порождало некое неопределенное напряжение. Люди настороженно оглядывались, прежде чем что-то сказать, даже несмолкающие рыночные торговцы выглядели менее словоохотливыми, нежели обычно.

Пеший переход до Заставы занял у Брэка почти две недели. Осторожность в его деле была предпочтительнее скорости. По совету Дамиана Вулфблэйда он обменял свою одежду моряка на кожаные штаны, льняную рубашку и еще какую-то теплую одежку, определенного названия которой ему подобрать так и не удалось. Но из-за своей золотистой кожи и необычно высокого роста он так и не стал похож на медалонца. Его отец был родом из Медалона. Брэк унаследовал от него голубые глаза и взрывной характер. Этот характер был извечным противником Брэка. Даже тот мир и покой, что насквозь пронизывали места обитания харшини, не могли усмирить его беспокойный нрав и избавить от внезапных вспышек ярости. «Забавно, — думал Брэк, — что двадцать лет, которые он по собственному почину провел среди людей, научили его самоконтролю больше, чем столетия, прожитые в Убежище».

Капитан Дрендик, как и ожидалось, оказался огромным светлобородым фардоннцем, резко выделявшимся на фоне окружавших его худощавых темноволосых людей. «Здесь не обошлось без примеси хитрианской крови», — догадался Брэк. Возможно, этим и объяснялось дружелюбное отношение моряка к Дамиану. На борту ему помогали два его брата, почти такие же крупные и светловолосые, как и капитан, хотя далеко не столь необъятные в обхвате. Брэк представился другом Дамиана, и Дрендик радостно принял его в свою компанию, не преминув добавить, что благотворительность не является сильной стороной его натуры. Капитан объяснил, что Брэк может или отработать свое путешествие на север на борту, или заплатить определенную сумму. Брэк выбрал работу. Дрендика впечатлило наличие у его нового знакомого опыта дальних плаваний, так что заключенное соглашение вполне удовлетворило обе стороны. Фардоннца не заинтересовало происхождение Брэка и причины его путешествия а север, так что Брэку не пришлось ничего объяснять.

Они отплыли из порта Заставы на двадцатый день месяца маргараны. Дул легкий ветерок, подталкивающий баржу вперед. Дрендик предсказывал, что они доберутся до Броденвэйля еще к середине весны. Оттуда Брэк планировал отправиться пешком в Цитадель и отыскать там ребенка Лорандранека.