Сергей Малицкий - Достояние павших

– Был он с утра в зале? – спросил Мадр.

– Был, – закивала Дора. – Только не заказывал ничего. Сидел в дальнем углу. Четвертый день уж как. Как раз со стороны коридора. То ли дремал под капюшоном, то ли еще что. Лампы у него на столе не было. Я подходила к нему, спрашивала, он только головой помотал. Хотя Казур говорил, что за день до того, как он стал трупом, заказывал у него жаркое. Но только одно мясо. Без вина и с кровью.

– Казур? – повернулся к Дилбу Клокс.

– Тоже служка, – поднял воротник куртки Дилб. – В зале на разносе пять человек работают. Ребятишки. Они шустрые. Да и сироты все. Вот Дора и четыре мальчишки. Всем лет по десять-одиннадцать. Только никто ничего не знает.

– И что же он? – не понял Клокс. – Прорычал ему заказ? Или пролаял?

– Сказал, – ответила Дора. – Я слышала голос. Обычный. Только как будто сквозь зубы.

– Сквозь клыки, – буркнул Дилб.

– Что, и никого с мечом не видели? – нахмурился Мадр.

– С оружием, кроме кинжалов, вход в зал запрещен, – пояснил Дилб. – Можно оставить на входе, можно поспорить с охраной. но все одно не войдешь, так что проще не нарываться. Это сейчас Байрел основную стражу снял, но два охранника и теперь у главного входа. Брат не любит тех, кто с гонором. Не было никого с мечом.

– А через эту дверь не могли войти? – спросил Мадр.

– Нет, – замотал головой Дилб. – Она изнутри запирается. Выйти – могли. Войти – нет. Вон, ее Дора открыла. Ты что, думаешь, я просто так Дору позвал? Она тут самая шустрая. Она ведь нашла тайник.

– Тайник? – не понял Клокс.

– Покажи, Дора, – попросил Дилб.

Девчонка просияла довольной улыбкой, шагнула к черной стене и ухватилась, как показалось Дойтену, за угол одного из темных камней, что составляли ее. Мгновение, и осколок остался у нее в руке, а в стене открылась дыра.

– Да тут можно не один меч спрятать, – хмыкнул Мадр, засовывая руку в отверстие.

– Даже копье, – довольно заключила Дора. – Ниша позволяет. Даже твое ружье, – она посмотрела на Дойтена. – Но приклад застрянет.

– Откуда ты знаешь, что это называется прикладом? – удивился Дойтен.

– От отца, – шмыгнула носом Дора. – Он был… охотником.

– От отца, – пробормотал Клокс, почесывая бороду. – Ладно. Иди дочка. А то скоро не зубами, а губами стучать будешь от холода. Если что, снова переговорим с тобой, заодно и с этим… Казуром. И с другими служками. Иди.

– Дверь только не запирай! – окликнул девчонку Дилб. – Мы сейчас закончим, и тоже потчеваться пойдем.

Дойтен проводил взглядом щуплую фигуру, дождался хлопка двери, почесал через котто живот:

– Долго еще топтаться здесь? Судья! И в самом деле, давай уже заканчивать. Нам бы тоже не помешало… в тепло и к еде. Да и в нужник заглянуть. Все ж таки на холоде, сам понимаешь.

– Сейчас, – отмахнулся Клокс, подошел к тайнику, сделал вид, что хватается за рукоять меча, развернулся и ткнул им в пустоту.

– Точно так, – кивнул Мадр. – Но удар нюхач получил ниже. Мечник был коротышка. Или упал на колено.

Клокс посмотрел на Дилба.

– А ты что скажешь?

– Да чего тут говорить? – ответил Дилб. – Скорее всего этот… нюхач кого-то выслеживал. Мерзавца, как говорит эта Алаин. Хотя, может и не мерзавца. Заприметил нужного человечка и пошел за ним. С мешком, ведь. А человек тот и сам не промах. Шмыгнул в эту дверь, достал из тайника меч, развернулся и проткнул преследователя. Вот и все. И поверь мне, правильно сделал. Видано ли этакую пакость на собственном следу терпеть? Честно говоря, я и сам был бы не прочь проткнуть такое. И что же, я буду мерзавец после этого? А чего, ждать, когда он тебе в загривок вцепится? Ты видел его зубы? Ты чего хочешь-то? Найти этого удальца, что ли? Райди сказал, что ваше дело казус этот учесть, опросить всех и на том закончить дело. Или как?

– Там видно будет, хотя опросить всех придется по-любому, – задумался Клокс и повернулся к Мадру. – Что еще?

– Спросить хочу, – осторожно вставил вновь в темное отверстие кусок камня Мадр. – Кто-то из постоянных обитателей Дрохайта покидал город в последние дни? Из тех, кто живет здесь давно или служит?

– Народу в городе полно, – сказал Дилб, – но никто не уходил в последние месяц-два. Только прибывали. Затаились – это да, а так-то… Сейчас лед встанет на озере, самая путина начнется. Все здесь. И по рыбе, и по пушнине, все. Хотя… все лодки не сочтешь…

– Неужто не счел? – удивился Клокс. – Не узнаю твоего брата.

– Да счел, конечно, – скривился Дилб. – Байрел с этого начал. На месте пока все. Были во всяком случае. Только скоро не нужны будут лодки. Впрочем, какая разница?

– Значит и убийца здесь, – кивнул Мадр. – Иначе как бы он нашел этот тайник? На него тоже время нужно. Не думаю, что это кто-то местный, но, может быть, пришлый, что осесть здесь пытается? Или пережидает что-то. К примеру, погоню и розыск. А девчонка права. Тайник свежий. И выдолблен не так давно. Только выдолблен с той стороны. Что там?

– Кладовая, – ответил Дилб. – Но она ниже, в подвале. Как раз здесь – лестница. Под лестницей кто хочет может ковыряться. Охраны там нет. А когда рыбаки пьяные песни горланят, и долбить можно. Не будешь знать, и не найдешь никогда. Я обыскивал. Ни следов, ничего. Хотя, странное есть. Как раз под лестницей паутины нет. Словно выметено.

– Надо будет посмотреть, – заметил Клокс. – Запоминай, Мадр.

– Обязательно, – кивнул Мадр. – Что было в руках у трупа? Только точно.

– Ну, Умар же сказал, – поднял воротник Дилб. – Мешок, веревка, пакля. Да, и пузырек сонного зелья в кулаке. Еле разжали кулак-то. Только пузырек ненадписанный.

– Кто определил снадобье? – спросил Клокс.

– Лэн, – начал переступать с ноги на ногу Дилб. – Член совета от ремесленных. Он же четвертый сэгат. Это мы его так называем. У него часовня. Хотя, какая часовня. Молельный сарай. На вонючем островке. Храм Ожидания Воли Всевышнего. Тьфу. Какой он старшина и сэгат? Пьяница! Хотя, тут к нему с уважением. Появится скоро, я уж послал покричать ему, наверное, уже весла к лодке ладит. Ты же захочешь с ним говорить?

– На каком островке? – не понял Дойтен. – А мы где?

– Потом, – мотнул головой Клокс. – Комнату этого нюхача обыскивали?

– Обыскивали, – кивнул Дилб. – Нет там ничего. Он даже постель не разбирал, так и спал на рогоже. Если вообще спал. Заперта она пока. А мешок, веревку, да и снадобье – все там и оставили.

– И это надо будет посмотреть, – кивнул Клокс. – Пометь себе, Мадр, и это. Перекусишь, и за дело.

– Что ты все на Мадра вешаешь? – нахмурился Дойтен.

– Я что ли буду твое ружье таскать? – удивился Клокс. – Не сомневайся, тебе тоже дело найдется. О чем мы еще не спросили?

– С чего вы взяли, что нюхач был убит не этим мечом, если он торчал у него из спины? – вспомнил Дойтен.