Шердан - Страж времен

У нескольких мин тросы-минрепы, удерживающие оружие на якоре, были свернуты несколько раз и прихвачены посередине цинковой проволокой. Хитро придумано - через несколько недель, когда японцы уже выловят мины и будут активно использовать порт, цинк окислится, проволока лопнет и мина всплывет со дна. И хорошо если не прямо под каким-то невезучим кораблем.

Канонерка несколько раз слегка изменила курс - нечего вытягивать минное заграждение в цепочку, пусть японцы помучаются. Штурман старательно чертил карандашом по карте, занося примерные координаты минного поля.

Последняя! Беляев выдохнул. Японцы на 'Чиоде' не подавали признаков жизни и это было хорошо. Сражаться пусть и с устаревшим, но броненосным крейсером канонерка не могла по определению. А уж с минами на палубе ... достаточно было одного-единственного снаряда, чтобы превратить корабль даже не в куски - в пар.

А теперь - домой, в Артур! За наградами и почестями за образцовое выполнение задания! Или ... Беляев задумчиво посмотрел на огоньки японских транспортов.

'Действуйте дерзко, действуйте с выдумкой! Проявляйте инициативу!' - вспомнил он слова вице-адмирала Макарова на совещании командиров кораблей, посвященном вопросам тактики. Три транспорта - это несколько тысяч японских солдат, десятки орудий, сотни тонн боеприпасов, амуниции и продовольствия. Не разумнее ли их уничтожить сейчас? Тем более что охраны нет вообще и резвиться можно совершенно безнаказанно. Когда ещё представится такой удобный случай? После такой победы царь не поскупится на ордена и звания для героев. А крейсер отгорожен минами, которые уже должны были встать на боевой взвод. Даже если 'Чиода' каким-то чудом и выйдет из порта, то ловить канонерку в темноте по мелям - гиблое дело.

- Атакуем транспорты!

Первый - темная громада, подсвеченная бортовыми огнями и огоньками иллюминаторов. Даже без бинокля было видно как по палубе и надстройкам перемещаются толпы японцев. Торпеда угодила прямо в середину корпуса и у борта обреченного корабля встал фонтан огня и воды. По ушам ударил грохот взрыва.

-Ура-а-а! - завопила команда.

- Огонь!

Стреляло всё - от крупнокалиберных 203 мм орудий, сделавших бы честь любому броненосному крейсеру, до противоминных пушек, ожесточенно плевавшихся бронебойными снарядами. У дульца пулемета плясало и билось пламя. Последняя новинка - бронебойно-зажигательные и трассирующие пули непрерывным потоком обрушивались на противника. Матросы, не занятые у орудий и механизмов заняли места у фальшборта, на надстройке, мачтах и обстреливали противника из винтовок.

- Лево руля!

Канонерка словно голодная акула описывала дугу вокруг беззащитных транспортов - Беляев подставлял противника под огонь кормовой шестидюймовки. Шквальный огонь делал свое дело - вражеские корабли были окутаны паром и дымом, подсвеченными изнутри огнем пожаров. По палубам пароходов метались люди, некоторые прыгали в ледяную воду.

Один из транспортов сорвало с якорей и теперь он под градом снарядов и пуль дрейфовал по течению, охваченный пламенем и окутанный дымом.

- Ура-а-а!

Григорий Павлович тоже подался общему азарту и расстрелял в сторону противника барабан 'нагана'.

Идиллия закончилась, когда канлодка почти завершила круг вокруг избиваемых транспортов. Корпус содрогнулся от удара, под днищем раздался скрип, некоторые офицеры и нижние чины не удержались на ногах. Пулемет мгновенно захлебнулся, стрельба из пушек прекратилась, а на мостик прилетела, лязгнув штыком, упущенная кем-то на мачте винтовка.

- Задели дном отмель!

- Доложить о повреждениях!

Из трюма сообщили, что есть течь, но слабая. Запустили помпы. Канонерка продолжила движение, обстрел транспортов возобновился, но Беляев уже решил, что хорошего помаленьку и пора уходить.

- Достаточно! Япошки уже тонут. Возвращаемся в Порт-Артур.

Канонерка двинулась на запад. Кормовое орудие выпустило несколько последних снарядов в сторону транспортов и умолкло. Поэтому во внезапно наступившей тишине особенно четко был слышен гул взрыва. Все уставились в сторону Чемульпо, пытаясь понять что там произошло.

- Вероятно, 'Чиода' попробовал выйти и подорвался, - выразил общее мнение штурман.

- Ура-а-а! - снова загремело над волнами.

***

Я стоял на мостике своего флагманского броненосца 'Микаса' и смотрел в сторону берега. Из воды торчали мачты и трубы утопленных кораблей, а примерно в миле, на отмели чернел изрешеченный и порядком обгоревший корпус парохода. Приплыли.

Этого я не хотел... Нет, честно, именно ЭТОГО не хотел. Хотя, что там - я именно затем и отправил на рейд Чемульпо три старых парохода, набитых обитателями трущоб, портовых кварталов и даже якудза. Этих хотя бы не было жаль. Но вот остальные пассажиры и команды попали по полной. Ну не ожидал я ТАКОЙ бойни!

Замысел-то был изначально какой - устроить провокацию, чтобы обеспечить сочувствие хотя бы части общественности во всем мире, пристальное внимание за соблюдением Женевских конвенций и сплотить нацию перед тяжелейшей войной. Отдал приказ 'почистить порты'. Наловили, кто подвернулся под руку, объявили им, что их переселяют в Корею, запихнули на транспорты. Максимум, что я предполагал, это краткий обстрел с предельной дистанции при прорыве канонерки. Нескольких случайных попаданий в гражданские суда более чем хватило бы для шумихи.

Но я, именно я, недооценил, не сумел угадать действия царских офицеров. А крейсер 'Чиода' имел приказ не атаковать первым до получения известия о начале войны и не помешал 'Корейцу' выйти в море. Только когда началась стрельба, на крейсере сообразили, что происходит, бросились на помощь ... и подорвались на мине. Крейсер уцелел - царские мины имеют сравнительно небольшой заряд слабой взрывчатки, но командир 'Чиоды' Мураками Какуити решил, что он во всем виноват и сделал себе харакири раньше, чем я успел запретить.

Итог - около тысячи погибших, из них четверть женщины и дети. Это останется на моей совести до конца дней. Уцелело всего несколько десятков человек на транспорте, который выбросило течением на отмель. Ещё временно заблокирован порт и поврежден устаревший крейсер, но это уже мелочь. Которая меня, однако, устраивает. Надеюсь, теперь мне не будут мешать...

Остается только сделать так, чтобы гибель этих людей не стала напрасной и бесполезной.

***

Пресса во всем мире кроме России неистовствовала. Газеты с кричащими заголовками 'Бойня в Чемульпо!', 'Капитан российской канонерки застрелился от невыносимого позора', 'Царь выразил сожаление и приказал начать расследование', 'Нападение без объявления войны' раскупались как горячие пирожки.

Действия Российского Императорского Флота, так или иначе, осудили все правительства, более-менее значимые персоны и венценосные особы.