Игорь Аббакумов - Я начинаю путь...
- Название:Я начинаю путь...
- Автор:
- Жанр:
- Издательство:Флюид ФриФлай
- Год:2019
- Город:Москва
- ISBN:978-5-906827-15-9
- Рейтинг:
- Избранное:Добавить в избранное
-
Отзывы:
-
Ваша оценка:
Игорь Аббакумов - Я начинаю путь... краткое содержание
Я начинаю путь... - читать онлайн бесплатно ознакомительный отрывок
Интервал:
Закладка:
— Ольга Ивановна, а за что вы получили свою медаль?
Медаль у нее была всего одна — «партизанская» и носила она ее только на официальные мероприятия. Ответ нас поразил:
— За то, что провалила задание.
Естественно мы начали ее пытать: как так, за это еще и награждают? Оказывается, что только таких и награждали. Просто она после провала сумела уйти в партизанский отряд. Там она и дождалась прихода Красной Армии, стирая партизанам белье и готовя пищу. Благодаря этому, она проходила по спискам отряда и когда начали награждать всех скопом, как «виновных» так и непричастных, то наградные документы заполняли на основании этих списков. А вот тем разведчикам, кто работал успешно и не провалил ни одного задания, не повезло. Их ни в одних списках не было. Поэтому доказать что-либо у них не вышло. А в списки не попали, потому, что немцы иногда захватывали списки партизан и ни один начальник разведки будучи в здравом уме, не пойдет на раскрытие своей агентуры таким способом. Так что бумажка она и в Африке бумажка.
— Ольга Ивановна, а как вы вообще выполняли задания?
— Ой девчонки, вспоминать противно. Лучше вам этого никогда не знать.
Это еще больше подстегнуло наш интерес. Мы начали упрашивать ее рассказать. И тогда, не выдержав нашего напора, она такое выдала! Слушая ее, мы поневоле примеряли сказанное ей на себя и нам становилось противно и страшно. Такое невозможно выдумать. Это можно только самому испытать. После ее откровения нам стало понятно, почему она ничего подобного не говорила нам на официальных мероприятиях. Там ведь от нее требовалась благостная картинка. А то вдруг, услышав правду, мы все из себя такие нежные и ранимые в «Дом Хи-хи» прямо всей школой загремим?
Начала она свой рассказ с того, что разведчик не должен вызывать удивления у окружающих. Он часть окружающей его жизни и живет по ее законам. Основной «легендой» прикрытия у таких как она, была роль сироты-попрошайки. Это естественное решение ибо война наиболее жестоко ударила именно по детям. Те, кто потерял родителей были вынуждены кормиться именно таким образом. Поэтому попрошайничество было массовым явлением и никого не удивляла. Не все были добры к попрошайкам. Часто вместо подаяния, сироты получали пинки и затрещины.
— Тут нельзя притворяться. Просить подаяние нужно по-настоящему. Также по-настоящему нужно было и жить с него. И унижения, к которым невозможно привыкнуть, тоже настоящие. А ведь это не все. Нужно уметь защитить себя от настоящих попрошаек, потому, что все «хлебные» места уже поделены и за них идет драка.
А еще хватало и тех, кто пытался зарабатывать на жизнь, склоняя девочек к занятию проституцией. Таким тоже приходилось давать отпор. Иначе беда. Сколько девок сломали эти твари!
— Смотришь на таких. Сегодня вроде ничего. Завтра плачет горючими слезами, потому что ее уже «обломали», а послезавтра из петли вынимаешь, потому что сил у нее не нашлось жить после этого.
Все это меркло на фоне того, что вытворяли сами немцы и их прислужники. Вот уж кто всегда был опасен.
— Партизан они боялись до усрачки. А потому береглись изо всех сил. Наши ведь бездельем не маялись и уж если выходили из леса, то жуть наводили страшную. Немцы в такие дни вообще на ушах стояли и даже просто пройти мимо них было опасно. Им в такие дни ничего не стоило пристрелить без разговоров человека только за то, что он руки в карманах держит: а вдруг за гранатой полез? Про полицаев и говорить не стоит. Те вообще нервные да пьяные ходили. Без самогона они всю свою лихость враз теряли.
Именно полицаи проявляли наибольшую бдительность. Поэтому соваться разведчику самому в лес не стоило. Первый же патруль, остановивший тебя, помимо прочего, обязательно тщательно обнюхивает человека. Если унюхают запах костра или мыла — прощай и жизнь и свобода. Замучают гады! Все общение с партизанами — только через присланного связника. Записки в тайнике? Да вы что? Кто так делает? Вы просто не понимаете, что там творилось. Первый же обыск и записка для тебя станет приговором. Да что записка, даже огрызок карандаша в твоих вещах станет источником неприятностей. Моментом вопрос: ты что записывать сучка собралась? Бумага, чтобы попу вытирать? Если только это не чистый листок. Кстати вытирать нужно не очень тщательно. И вообще, о привычной гигиене стоит забыть. Если уж играешь нищенку, сделай так, чтобы к тебе противно было подойти, а не то, что коснуться. Поэтому волосы состриги до самых корней, чтобы тифа боялись. Одежду ни в коем случае не стирать и самой не мыться. От тебя должно разить как из помойки. Иначе на подозрение нарвешься. Люди тебе должны не подавать милостыню, а кидать как псу паршивому.
— Противно? А думаете мне было приятно засранкой опустившейся себя чувствовать? После провала, когда ушла в отряд, первым делом всю одежду тщательно отстирала и вымылась как следует. Вот счастья мне было! Для меня до сих пор стирка и мытье лучшее из удовольствий. Хоть в холодной воде, хоть в горячей. А даже и в ледяной.
По словам Ольги Ивановны, такая нечистоплотность служила не только средством маскировки. Любителей мерзко развлечься с малолеткой тоже хватало. Ведь жизнь и достоинство человека на оккупированной территории ничего не стоила и ничем не была защищена. После такого откровения, нам стал понятен источник той ненависти, что эти люди испытывали к врагам. Я бы тоже готова была убить того, из-за кого пришлось бы жить в унижении, в грязи и постоянно озираясь.
Но это мне ясно. А как мне убедить здешних взрослых, что предоставленные сами себе дети, не только выживут в самых невероятных условиях, но и сумеют выйти победителем в схватке с врагом? По нашим меркам, этот мир настоящего горя не знал и о многом представления просто не имеет.
Глава 29. Смена команды
На некоторое время я выключилась из привычного ритма жизни. У Маши умерла бабушка по матери, проживавшая в Вологде. Пришлось ехать, отдавать последнюю дань памяти человеку, которого я ни разу не видела вживую. Целую неделю меня не было в Питере. А когда я вернулась, оказалось, что в мое отсутствие многое поменялось. Пришлось входить в курс дела.
И вот я сижу с Бонифацией Ипатьевной в кафешке, наслаждаясь хорошим кофе и отличным мороженым. Мороженое — прямо как из моего детства, а кофе здешний все-таки даст фору тому, что я потребляла до переселения сюда. Моя собеседница, отдавая дань уважения мороженому, пить кофе избегает. Вместо него она заказала ликер. Не знаю, каковы здешние ликеры на вкус, но в прежней жизни я ими не увлекалась. Уж если пить, то что-то более серьезное. Или совсем не пить. Похоже, что собеседница моя в этом со мной согласилась бы и если бы не правила приличия, то она наверняка предпочла бы хорошую водку и селедочку с лучком. Да под рассыпчатую картошечку, политую маслицем. Ну а если это недопустимо, то от коньячка бы она точно не отказалась. Главное, чтобы это был не тот шмурдяк, что производят французы, а настоящий продукт, созданный творческим гением древнейшего народа нашей державы. Вот тогда бы она разошлась! И даже поехала. В гостиничный номер. С дружком под ручку. Но положение в обществе обязывает, а потому чисто женские напитки. Правда, нашей беседе это ничуть не мешает. Вот мы и беседуем, о своем, о масонском.
Читать дальшеИнтервал:
Закладка: