Виталий Каплан - Юг там, где солнце
- Название:Юг там, где солнце
- Автор:
- Жанр:
- Издательство:Издательство: АиФ-Принт
- Год:2002
- Город:Москва
- ISBN:ISBN: 5-93229-083-8
- Рейтинг:
- Избранное:Добавить в избранное
-
Отзывы:
-
Ваша оценка:
Виталий Каплан - Юг там, где солнце краткое содержание
Повесть «Юг там, где солнце» переносит читателя в альтернативный мир, где в России православие стало не просто государственной религией, но и стержнем самого государства. В ходе расследования агент Управления Защиты Веры постепенно встает перед выбором — выполнить служебный долг или поступить по велению сердца.
Юг там, где солнце - читать онлайн бесплатно ознакомительный отрывок
Интервал:
Закладка:
Ну что, пора от размышлений переходить к делу. А то еще утопает Кузьминична на какой-нибудь базар — и жди её полдня, жарься в невидимой духовке.
Я спрятал записную книжку, вложив туда и бумажку Никитича, поднялся со скамейки — ох, как это было неприятно, из прохладной тополиной тени — да на плюющееся издевательским огнём солнце.
Идти предстояло довольно далеко — во всяком случае, так выходило по дяди Фединой записке. Сперва до центра, потом через рынок — на Центральное шоссе, по нему до микрорайона Столбцы, а там уже и рукой подать до Малой Аллеи.
Вчера, во время слепого блуждания по Барсовским улицам, я более-менее уже представлял план города, и как дойти до центра, в общем-то знал.
Но жара… Нет, всё-таки я, согласно легенде, парнишка простой, почти что отдыхающий — а значит, рубашку долой, в сумку её, гадину, в сумку! Довольно с меня и майки. И ту бы скинул, но ведь бабки на лавочках шептаться станут. А лишний шёпот мне ни к чему.
Вот что хорошо было в этом городе — попадались местами ларьки с квасом. Странно, как я вчера их не приметил. Впрочем, наверное, к пяти часам их уже закрывают.
Путь до городского центра можно было бы измерять выпитыми стаканами. Иногда возникала у меня трезвая мысль — а ну как в городе с туалетами похуже, чем с ларьками? А дикие кусты могут в нужную минуту и не возникнуть. Что тогда? Да, трезвость была права. Но жажда тем не менее перетягивала канат.
Центр оказался довольно тихим и пустынным местом. Уж на что домик Никитича стоял на отшибе, но даже и на тамошних улицах люди встречались не в пример чаще. А тут — вымерло население, точно динозавры. Лишь изредка пронесётся на велике лопоухий пацан, прочапает куда-то бабка с неподъемного вида баулом, или пара-тройка помятых личностей не спеша проследует к магазину. А ведь суббота, между прочим, на работе никто не торчит. По огородам, что ли, расползлись? Воду на своём горбу таскают, бедолаги.
Я их очень даже неплохо понимал. В такую пору стоит лишь раз не полить посадки — и прощай овощи-фрукты. Ушла любовь, увяли помидоры. Сейчас это надлежало толковать буквально.
Вот и приземистое, вросшее в землю корнями здание городской управы. Чёрно-жёлтый флаг обвис на штыре унылой тряпкой, вот тебе и «Взвейся, державное знамя…» Тёмные прямоугольники окон подслеповато уставились на меня, словно недоумевая — чего этот, в майке, сюда припёрся? По какой такой казённой надобности?
Возле высокого крыльца отдыхали несколько пропылённых машин и грязно-серая, с едва заметными подпалинами рыжая дворняга. Смотрела она грустно. «Всё равно ведь ничего не дашь,» — написано было на её умной мохнатой физиономии.
Чем-то мне она не понравилась. Не то чтобы лаяла псина, скалила зубы — нет, ни намёка на агрессию. Но настроение почему-то сразу же испортилась, точно дохлую мышь съел. Что-то вспомнилось вдруг пакостно-склизкое, и тут же вновь забылось, но гнилой запах, однако же, не желал выветриваться из мозгов.
А вот уже и рынок виден. Впрочем, его приближение и раньше можно было вычислить — народ стал мало-помалу появляться. Ну-ну, суббота, базарный день.
Можно обойти базар стороной, и крюк не такой уж длинный получится, но можно и насквозь. Искать обходы мне не слишком хотелось, а может, по человеческому обществу соскучился — и я пошёл прямым путём.
Человеческое общество возникло тут же, не успел я пройти сквозь главный вход — настежь распахнутые железные ворота, некогда окрашенные салатовой краской, но многолетние дожди поучаствовали в творческом процессе, и ныне ворота приобрели весьма подозрительный цвет. Такой, наверное, имеют сдохшие крокодилы.
Нельзя сказать, чтобы торговля шла особенно бойко, но всё же я был удивлён обилием фруктов и овощей. Надо же, несмотря на засуху, что-то ещё растёт! Горы крутобоких яблок на прилавках (по-моему, недозрелых), крупная, едва ли не с детский кулачок малина, бутылочный отсвет крыжовника, и конечно, зелень, всюду зелень, огромные пучки лука, даже на расстоянии испускающие пронзительный аромат, душистый укроп, и налитая рыжим хрустом морковь, и вёдра удивительно чистой картошки, не то что у нас в Столице, чёрные от грязи магазинные клубни, нет — здесь каждое «земляное яблоко» было заботливо отмыто, и дразняще отсвечивало то жёлтым, то синевато-розовым.
Я шёл мимо всего этого огородного буйства, не торопясь, разглядывал дары природы, кое-где даже попробовал прицениться — не всерьёз, конечно, но исключительно из спортивного интереса. Кстати, цены здесь оказались ненамного ниже столичных, так что прощай мечта о провинциальной дешевизне. Хотя, впрочем, это понятно — в такое лето, в такой адской топке, и всё же что-то выросло…
Что самое интересное — торговали и грибами. Хотя уж им-то, казалось бы, неоткуда взяться, уже месяц ни намёка на дождь, лишь изредка собирались задумчивые тучи, густели, отливали по краям свинцовым блеском — а потом как-то незаметно линяли, и злобно-торжествующее солнце вновь самодержавно воцарялось в дымчатой голубизне.
И тем не менее грибы были. Несколько хмурых, помятых жизнью тёток стояли в ряд, и на их газетках красовалось разложенное богатство — груды смахивающих на апельсиновые корки лисичек, крепкие на вид, солидные боровики. И скользкие, рыжеватые маслята, поблёскивают плёночкой — и как только она по такой жаре не высохла?
— Места знать надо, — сообщила мне одна из тёток, заметив моё недоумение. — Ну что, молодой человек, берёшь? Недорого совсем…
— Спасибо, — кивнул я. — В другой раз.
И, не оглядываясь, быстро зашагал к выходу.
Вот такие же маслята были в нашей корзине, что пристроилась у меня на коленях. Не столь уж удачным выдалось лето — втроём едва заполнили тару, хотя собирали чуть ли не с самого утра. Солнце уже потихоньку сползло к горизонту, когда, наконец, наш «Гепард» негромко взревел и, набирая скорость, покатился по горячему асфальту.
Папа гнал, конечно, лихо. Наверное, ему просто хотелось быстрее добраться до дома, влезть в пижаму и устремиться к телевизору. Он не мог спокойно уснуть, не выслушав последних известий. Мама в этом отношении была поспокойнее, но всё же отцовский пыл частично затронул и её. Тем более, до выборов оставалось не больше двух недель, официальные прогнозы родителей только смешили, а разговоры с друзьями на нашей чистенькой шестиметровой кухне — пугали.
— Ты видишь, что они умнеют прямо на глазах? — говорил в таких случаях дядя Олег, давнишний папин приятель, ещё с институтских времён.
— Это не ум, это хитрость дурака, — обычно отвечал папа, но как-то невесело кривились у него губы.
— Нам от этого не легче. Сейчас они вошли в блок с Верхушкиным, завтра к этой гоп-компании присоединится Мухинская команда — и готово дело. Державники наберут свои вожделенные две трети. И пожалуйста, законный демократический путь. Как в Дойчланде в своё время.
Читать дальшеИнтервал:
Закладка: