Грим - Ученик слесаря [СИ]
- Название:Ученик слесаря [СИ]
- Автор:
- Жанр:
- Издательство:СИ
- Год:неизвестен
- ISBN:нет данных
- Рейтинг:
- Избранное:Добавить в избранное
-
Отзывы:
-
Ваша оценка:
Грим - Ученик слесаря [СИ] краткое содержание
Ученик слесаря [СИ] - читать онлайн бесплатно полную версию (весь текст целиком)
Интервал:
Закладка:
Веревка, табурет… Иван поднял глаза к потолку, почти уверенный в том, что сейчас увидит. Так и есть: в потолке торчал крюк. Крюк, судя по всему, торчал довольно давно, во всяком случае, был вбит или ввинчен еще до того, как потолок в последний раз белили.
Дядя Петя без всяких внутренних колебаний — он раз или два показал Ивану свой профиль, профиль был безмятежен, от сомнений и горестей чист — привычным, как показалось Ивану, движеньем, встал на табурет и почти не глядя накинул конец веревки, завязанный в кольцо, на крюк. Другой конец, но уже не с кольцом, а с петлей, накинул себе на шею. Небрежно, не глядя вниз, дернул ногой, табурет упал, а дядя Петя повис в полуметре над полом, словно над бездной, подумал Иван, но повис он как-то буднично, спокойно, без судорог и конвульсий. Ни один мускул не дрогнул, бровь не шевельнулась, а что говорят о повешенных — о высунутых языках, выпученных глазах и железной эрекции — так этого и в помине не было. Эрекция, впрочем, могла быть и не видна. Наверное, он и на стене цеха так висел, тихо и безмятежно, пока Иван и ныне покойный Етишкин, не вытянули его на парапет. Руки наставника свободно свисали вдоль тела. Он только однажды — и едва ль не игриво — оттолкнулся пятой от стены, чтобы, простерев руку, дотянуться до выключателя и погасить свет.
Эти манипуляции с петлей заняли ровным счетом двадцать секунд — от того момента, когда он вдел в нее голову и до того, как погасло электричество. Иван даже, когда первая оторопь прошла, склонен был счесть, что все вышеприведенное ему привиделось. Сколько произошло за эти два месяца — нахватаешься, словно зайчиков от электросварки Етишкина, глюков. И глюки эти, как слесари кровавые в глазах, могут быть чрезвычайно реальны.
Минуту спустя он подкрался к окну, попытался вглядеться во тьму, но ничего не увидел. Луны не было. Звезды задернуты тучами. Фонари не простирали свои лучи в этот двор. Бесполезный в этом отношении фонарь стоял через дорогу и лил свет себе под ногу. Ждать же проезжей машины, чтобы попробовать воспользоваться светом ее фар, в это время суток, в этом забытом даже муниципалитетом закутке, вряд ли вообще стоило.
Еще какое-то время спустя он обнаружил себя у забора, сидящим на корточках, с затекшими ногами и пустой головой. Не знающим, как поступить. Ломать дверь или разбивать окно, во всяком случае, было уже поздно. Но с другой стороны, учитывая опыт прошлого повешения, все вполне могло еще и обойтись. Может, у него хобби такое. Припоминая, как ловко он все это проделал, создавалось впечатление, что пользуется он петлей не в первый раз. Может, как царь Митридат, постепенно приучавший свой организм к ядам, этот себя к петле пристраивает? Надеется обмануть смерть? Может, это йога такая? Нет, не бывает подобных йог. Разве что один раз в жизни, в самом ее конце.
Он подошел к окну и — будь что будет — направил в стекло свой условный источник света, годящийся лишь для того, чтобы вставить ключ в замок квартиры или автомобиля. Нет, света хватило. Тело висело. И более того, Иван готов был поклясться, что едва он включил свой фонарь, как Петруха резко зажмурил глаза.
Тут уж не на шутку испуганный, Иван в два прыжка пересек двор и перемахнул через забор. И припустил темной стороной обочины в сторону центра, торопясь покинуть этот квартал до полуночи. Именно в полночь лезет из всех щелей всякая нечисть. Он поднажал еще, словно сама смерть в сумерках гналась за ним.
Укладываясь в постель и упрекая себя за трусость — по опыту зная, что подобные упреки сильно угнетают жизнь, опуская настроение иной раз ниже той отметки, при которой влачить эту жизнь еще стоит — он попытался как-то оправдаться перед собой. Спасать этого человека от самоповешенья ему уже приходилось. И если в тот раз это было квалифицировано как оплошность, интересное и без пяти минут трагическое стечение обстоятельств, то теперь он готов был сменить эту формулировку на умысел. И если наставник вторично сунул голову в петлю, значит, были веские причины у него для этого. Может, действительно виноват в том, в чем Иван его подозревает, и вот — угрызения. Может, другая причина есть, не менее веская. А может — глюк, объект сомнительной объективности. Засыпая, Иван все больше склонялся к последнему.
А может, то не Петруха висел? А его родной или двоюродный брат, схожий лицом и комплекцией? А может, таких как Петруха уже полгорода. И это нашествие иных существ всему миру бедой грозит.
Утро было туманное. Перешагнув порог четвертого цеха, ступив из тумана в туман, Иван на минуту остановился. Грохот и лязг не так давил уши, как в разгар рабочего дня: была пересмена.
Ивана терзали сомненья: как поступить. Как дать знать о смерти Петрухи? Кому? Милиции? Ни в коем случае нельзя было выдавать своего вчерашнего присутствия на месте повешенья.
Отгулы его истекли, сегодня он должен выйти, механик в любом случае обязан обеспокоиться его отсутствием. Вызваться его навестить?
Но все его сомнения и колебания тут же развеялись, едва он, вошел в слесарку. Ибо первый взгляд Ивана пал на то место, где обычно по утрам сидел Петруха. И первым, кто отразился в его зрачках, был он.
Сидел в своей обычной похмельной позе, навалившись на стену, отрешенность была в его лице. Но Иван-то знал, что никакого похмелья не было, пьяным вчера наставник не выглядел, да и не был им. Висение в петле его утомило? Потеря зуба лишила сил?
Он все же прикрыл за собой дверь, застигнутый столбняком в дверном проеме, хотя инстинкт требовал оставить ее открытой, как это делает опытный почтальон, заходя в незнакомый двор, опасаясь возможного пса. Но здесь бригада была в обычном своем составе, так что немедленного нападения скорее всего не произойдет. Да и с какой стати ему нападать? Чего ты разнервничался?
— Здравствуйте, — поздоровался Иван с коллективом. И отдельно — с наставником. — З…здорово дядь Петь. П…привет.
Наставник, не глядя, кивнул. Все выглядело как обычно. На верстаке забивали козла. Токарь, открыв шкаф с инструментом, ковырялся в нем. Вот только Слесаря не было. И его возможный убийца вот он сидел, вялый и безынициативный. Отмается полдня и завалится в раздевалке с открытым ртом и выпученными глазами.
Иван подумал, что так должен бы выглядеть висельник, а не наоборот. То есть, в петле аккуратно он выглядел, словно спящий, насколько Иван при свете синей подсветки мог рассмотреть, а спя, был похож на висяка. Аномалия какая-то. Недаром сны его вычурны. В таком иррациональном состоянии — что может сниться нормального?
Полдня прошло, как в тумане, который во внешнем мире к полудню рассеялся. Внутренний туман в голове продолжал существовать. Иван даже особо не всматривался, заглядывая в рот уснувшего после обеда наставника: зуба не было, он это краем глаза отметил, охлопывая его карманы в поисках связки ключей. Ключи он обнаружил быстро. Искать долго не пришлось. А если б пришлось, то Иван, скорее всего, прекратил бы это брезгливое занятие.
Читать дальшеИнтервал:
Закладка: