Бентли Литтл - Страховщик

Брачную ночь Хант и Бет провели в «Уэстуорд лук» – шикарном отеле у подножия Каталинас, откуда открывался потрясающий вид на ночной город. К югу, в направлении Тьюбака, бушевала гроза, и за окном, над россыпью многоцветных огней центрального Тусона, вспарывали темное небо иссиня-бледные молнии.

– Как красиво! – проговорила Бет.

В самом деле, красота была невероятная. Вспышка молнии, на миг выхватывая из тьмы вершины гор, придавала им мрачное величие, а в сочетании и контрасте бушующей бури с недвижными электрическими огнями города ощущалось какое-то волшебство.

Они стояли у окна, пока гроза не стихла; а потом помогли друг другу раздеться и занялись любовью, медленно и страстно. Надо сказать, для брачной ночи Хант и Бет заранее планировали «что-то особенное», разные экзотические позы и игрушки, чтобы ночь получилась необычной и запомнилась надолго – но теперь вдруг поняли, что все это не нужно. Эта ночь и так особенная, незачем измышлять какие-то ухищрения, чтобы выделить ее среди прочих.

Они любили друг друга так же, как всегда, и уснули, не разжимая объятий.

Наутро Хант и Бет отправились в путь. О том, где и как провести медовый месяц, договорились не сразу: Хант хотел в поход куда-нибудь в глушь, в Монтану, Вайоминг или даже в Канаду, а Бет предпочитала Калифорнию и обычные калифорнийские достопримечательности. Хант почти не спорил: он скучал по Калифорнии и с радостью согласился стать для Бет «гидом» и все ей там показать.

Они побывали в Голливуде, в Диснейленде, в Гриффит-парке, в Библиотеке Хантингтона; но больше всего Бет хотела искупаться и поваляться на пляже. Погода стояла теплая, солнечная, похожая на конец лета. Хант повез жену на Сил-Бич: они прогулялись по его любимому пирсу и пообедали в мексиканском ресторане на Мейн-стрит. Однако вода в Сил-Бич была, как обычно, мутная и грязная, а Бет не терпелось окунуться в море, и Хант повез ее вдоль побережья на юг, в Кристал-Ков.

Увы, не ему одному пришла эта светлая мысль: по приезде обнаружилось, что парковка возле пляжа набита битком. Хант коршуном кружил вокруг парковки, пока не заметил, что две юные девицы идут от пляжа к открытому «Фольксвагену». Хант затормозил и замер, ловя момент. Девицы не торопились. Наконец сели в «Фольксваген», отъехали… и в тот же миг из-за спины у Ханта вынырнул красный «Мустанг» и рванул на освободившееся место!

Хант отчаянно нажал на сигнал.

– Ах ты сукин сын! – завопил он, опустив стекло.

Бет положила руку ему на плечо.

– Ладно тебе, дело того не стоит. Смотри, вон еще место освободилось!

В самом деле, в двух машинах от них замигал задними огнями, готовясь выезжать с парковки, потрепанный пикап. На сей раз Хант не полагался на волю случая. Он подъехал к пикапу и пристроился прямо у него за спиной, рассчитывая пятиться задом вместе с ним, а потом быстро проскользнуть на освободившееся место. Технику эту он отточил еще в студенческие годы, в кампусе, где постоянно шла борьба за парковочные места.

Пикап начал выезжать со стоянки; Хант сдал назад – и в этот миг прямо на хвост ему, перегородив выезд, сел старый «Шевроле». Пикап продолжал пятиться. Хант отчаянно засигналил – однако, похоже, ни в пикапе, ни в «Шевроле» его не слышали. Деваться было некуда.

Пикап «поцеловал» его задним бампером в крыло.

Из кабины пикапа с причитаниями выскочил водитель.

– О боже мой! – восклицал он. – Простите, бога ради! Я вас не заметил! Ради бога, извините! Вы целы?

Хант и Бет тоже вышли из машины.

– С нами все в порядке, – ответил Хант. – Я не мог убраться с дороги: вон тот идиот, – и он махнул рукой назад, в сторону «Шевроле», – перегородил мне выезд.

Однако «идиота» здесь уже не было: он заметил, что в дальнем конце ряда выезжает с парковки красный джип, и рванул туда.

– Моя машина не пострадала. А ваша?

Хант и Бет внимательно осмотрели переднюю часть «Сааба» – и ни вмятин, ни иных повреждений не заметили. Водитель пикапа смотрел вместе с ними.

– Кажется, ничего нет, – с надеждой в голосе проговорил он.

– Я тоже ничего не вижу, – согласился Хант. – Похоже, все мы отделались легким испугом.

– Может быть, на всякий случай обменяемся информацией о страховке?

О страховке.

День был солнечный и жаркий, но по спине у Ханта пробежал холодок.

– Не надо, – ответил он. – Все нормально.

– Вдруг вы потом заметите…

– Не беспокойтесь, – прервал его Хант.

– Вы уверены?

Без четверти хре-е-ена-а-а-дцать…

– Уверен.

– Может быть, все-таки… – начала Бет.

– Незачем. Просто незачем, – твердо ответил Хант.

В обеденный перерыв Хорхе встретился с Инес у гинеколога. Инес сидела в кожаном кресле, рассеянно листая женский журнал с улыбчивой актрисой на обложке.

– Извини, я задержался, – сказал Хорхе.

Жена молча улыбнулась и сжала его руку.

Дверь рядом с окошком регистратуры распахнулась, выглянула медсестра с папкой в руках.

– Миссис Маркес!

Оба встали и пошли следом за медсестрой в смотровую. Здесь медсестра взвесила Инес, измерила ей температуру и давление. За две недели Инес прибавила пять фунтов, все остальное тоже было в норме.

– Доктор Бергман сейчас подойдет, – сообщила медсестра и скрылась за дверью.

Инес осталась на смотровой кушетке; Хорхе нервно расхаживал по кабинету, разглядывая контейнер с ватными тампонами, разноцветный строй флаконов с антибактериальным мылом на раковине, красочную схему женской репродуктивной системы на противоположной стене.

– Знаешь, – заговорил он, – с нашей страховой компанией работает много акушеров-гинекологов, можно выбирать.

– Мне нравится, что меня лечит женщина, – твердо ответила Инес.

– Да нет, я просто…

Послышался вежливый стук в дверь, и вошла доктор Бергман. Против ее пола Хорхе ничего не имел – смущал ее возраст. Очевидная, бьющая в глаза молодость. Доктор Бергман явно только что окончила медицинский институт: быть может, училась она на «отлично», но Хорхе полагал, что прилежание не заменяет опыта. Ребенок у них первый, и Хорхе определенно предпочел бы, чтобы Инес «вел» какой-нибудь многоопытный доктор с седыми усами.

Впрочем, по существу претензий к доктору Бергман не было: держалась она уверенно, очень профессионально и, похоже, дело свое знала. К тому же, подумал Хорхе, Инес ей доверяет. Это тоже чего-то стоит.

Доктор приподняла на Инес блузку и принялась ощупывать ее выпуклый живот.

– Все хорошо? – тревожно спросил Хорхе.

– Все отлично, – заверила Бергман, выпрямляясь. – Готовы послушать, как бьется сердце?

– Конечно! – радостно улыбнулась Инес.

Эту часть осмотра Инес обожала, а Хорхе побаивался. Ну да, чудо жизни и все такое, а современные медицинские технологии и вправду творят чудеса, однако каждый раз он боялся, что что-то пойдет не так. Например, у доктора вытянется лицо, и она скажет: «Ой, а у ребеночка-то порок сердца!» И их малыш родится инвалидом…