Джим Батчер - Холодные деньки

К черту все. У меня не было времени на ерунду.

Я сгорбился, надеясь, что меня никто не подстрелит снова и шагнул на мост.

Лили сделала вид, что не замечает меня, пока я не подошел на расстояние трех метров. А потом она оторвала свой взгляд от воды, но так и не посмотрела на меня.

Что же, это я настоял на встрече. Я остановился, сделал поклон и сказал:

- Спасибо, что согласилась встретиться со мной, Летняя Леди.

Она склонила голову в наименьшем из поклонов.

- Сэр Рыцарь.

- С недавних пор.

– Относительно чего? – спросила она.

- Относительно моей жизни, естественно, - сказал я.

- Столько событий, - согласилась она. - Отгремели битвы. Пали империи.

Наконец-то она повернула голову и посмотрела прямо на меня

- Друзья изменились.

По меркам смертных женщин Лили была великолепна. После становления Лили как Летней Леди ее красота была настолько приумножена, что уже не воспринималась человеческой, она была настолько интенсивна и материальна, что воспринималась как сияние, исходящее от ее кожи. Особенность ее красоты была отлична от красоты Мейв и Мэб. Их очарование было пустотой. Их вид не вызывал ничего, кроме желания, требующего немедленного удовлетворения.

В отличие от них, красота Лилии была огнем, источником света и теплоты, тем, что создает глубокое чувство удовлетворения. В ее присутствии боль моего сердца поутихла и я внезапно осознал, что впервые за последние месяцы могу спокойно дышать.

Внезапно моя темная сторона заполнила мое сознание яркой и реалистичной картинкой - мой кулак вцепился в волосы Лили, мои губы покрыли ее нежный и чувственный рот, ее тело корчится на земле под моим весом. Это не было праздной мыслью, мечтой или фантазией. Это был план. Я не могу убить ее, потому что Лили бессмертна. Но это не означает, что я не могу ее изнасиловать.

Со скованным горлом я несколько секунд боролся с этой сценой, пленившей мое сознание. Я заставил отвести свой взгляд и уставился на гладь озера. Схватившись обеими руками в поручень, я склонился над ним. Меня немного волновало то, что если я не дам им что-то предпринять, то они сделают что-нибудь глупое. Я прокашлялся и вновь нанял на работу свой орально-вербальный аппарат.

- Я не единственный, кто изменился за последнее время.

Я чувствовал на себе ее взгляд, внимательно изучавший мое лицо. Мне кажется, что она точно знала о бушевавших во мне чувствах.

- Действительно, - проронила она. - Но каждый из нас сделал свой выбор, не так ли? И теперь мы те, кто мы есть. Мне жаль, что я доставила вам неудобство, сэр Рыцарь.

- Что? Да неужели?

Периферийным зрением я заметил как она склонила голову.

- Секунду назад вы смотрели на меня. Когда-то я уже видела такое выражение лица.

- Слейт.

- Да.

- Ну, - заметил я, - я не Слейт. Я не домашний питомец для Мейв, с которым она играет время от времени.

- Нет, - ответила Лили грустным голосом. - Вы - орудие войны, принадлежащее Мэб. Бедняга. У вас было такое доброе сердце.

- Было?

- Оно уже не ваше, - спокойно ответила Лили.

- Я не согласен, - сказал я. - Категорически.

- А то желание, которое вы только что ощутили? - спросила она. - Не родилось ли оно в вашем сердце, сэр Рыцарь?

- Да, - кратко подтвердил я.

Лили на мгновение замерла, ее голова склонилась в сторону.

- У каждого есть темная сторона, - сказал я. - Меня не заботит, насколько ты нежна, благочестива, искренна и преданна. Всегда есть темная сторона. Похоть. Алчность. Насилие. Для того, чтобы она проявилась вовсе не нужна злая королева. Это часть каждого. У кого-то больше, у кого-то меньше, но всегда и у всех.

- Вы говорите, что с рождения были таким грешником? - спросила Лили.

- Я говорю, что мог бы им стать, - сказал я. - Но я выбрал другое. И до сих пор продолжаю выбирать.

Лили слабо улыбнулась и обернулась к озеру.

- Вы желали говорить со мной о моем рыцаре.

- Ах да, Хват, - сказал я. - Он дал мне время до полудня, чтобы я убрался из города, а иначе мы устраиваем перестрелку в духе старого вестерна. Я очень занят. Мне нужно быть в городе. Но я не хочу, чтобы кто-то из нас пострадал.

- И что же вы хотите от меня?

- Прикажите ему сдать назад, - сказал я. - Хотя бы на несколько дней. Это очень важно.

Лил склонила голову.

- Меня очень огорчает то, что я вам скажу, сэр Рыцарь. Нет. Я не буду.

Я попытался не слишком громко скрежетать зубами:

– И почему же нет?

Она снова вгляделась в меня, ее зеленые глаза были предельно внимательными.

- Как же так? - спросила она. - Как могло так случится, что вы явились непонятно откуда и пытаетесь действовать, не имея никакого понимания о том, что здесь происходит?

- Ого, - хмурясь произнес я. - Вы имеете в виду здесь и сейчас?

- Я имею в виду - здесь, - ответила Лили. - В нашем мире.

- Хм… Возможно вы не в курсе, но в нашем мире я некоторое время отсутствовал.

Лили покачала головой.

- Все части паззла перед Вами. Вам остается только собрать их.

- Не слишком ли неопределенно? - спросил я. - Почему бы вам прямо не сказать о том, что вы имеете в виду, черт подери?

- Если Вы действительно все знаете, то нет никакой потребности говорить. Если Вы действительно не знаете ничего, то никакие слова не убедят вас. Некоторые вещи должны быть осознанны самостоятельно.

Я отхаркнул мокроту и сплюнул в озеро. Примите на свой счет, доблестные телохранители.

- Лили, - начал я. - Послушайте, это не сложно. Хват собирается ко мне подкатить. Я не хочу его крови. Поэтому я пришел с миром, пытаясь договориться не допустить этого. Что я такого сделал сегодня, из-за чего вы убеждены, что я маниакальный психопат, которому нельзя доверять?

- Да ничего вы не сделали, - ответила Лили. - Это не связано с тем, на что вы можете повлиять. Просто вы не понимаете.

Я вскинул руки вверх.

- Не понимаю чего??

Лили нахмурилась, с видимым беспокойством изучая мою персону.

- Вы…

Она покачала головой.

- Боже, Гарри. Ты так похож на себя. Ты же не ее раб?

- Нет, - ответил я. - Все еще нет.

Лили кивнула и, казалась, в мгновенье приняла решение. Затем она спросила:

- Я причиню тебе боль, если прикоснусь?

– Зачем? – спросил я.

- Потому что я должна знать, - ответила она. - Я должна знать, что ты не покорился ей.

- Чего?

Она покачала головой.

- Я не могу рисковать и отвечать на твои вопросы, пока не буду уверена в этом.

Я хмыкнул. Этого и следовало ожидать. Пожалуй, я смогу удержать своего внутреннего дикаря на поводке, если за это получу некоторые ответы.

— Хорошо, — сказал я. — Можешь не стесняться.

Лили кивнула. Затем подошла ко мне. Она встала на цыпочки и коснулась моего лба тонкими, тёплыми пальцами, как мать, проверяющая, нет ли у ребёнка жара. Она стояла так довольно долго, её взгляд был устремлён вдаль.